Лесная графиня

Глава 7

Ольга Терская смотрела какой-то странный сериал: сюжет явно азиатский, но в антураже европейском. Прямо по канону: коварство и любовь, подковерные интриги, разбитые сердца, злодеи и наивная героиня. Девушке хотелось нажать на перемотку или хотя бы приостановить показ явно не ею выбранного зрелища, однако состояние пассивного наблюдателя, ощущаемое ею, как и странная, несвойственная привычному телу легкость, смахивающая вообще на бестелесность, этого не позволяли: картинки продолжали мелькать перед ней, и голос за кадром продолжал невеселое по факту повествование. Пришлось смириться.

***

Итак, что получается? Жила-была девочка в большом красивом особняке, родители мотались по заграницам по каким-то супер-важным делам, а дочь их росла под присмотром мамок-нянек, учителей и иже с ними. Все было хорошо, но вот вернулся отец девочки с новой семьей. Упсс! Бывает.

Маменька, как оказалось, в зарубежье померши, отец, не будь лохом, там же подженился на знойной волоокой красавице, и родился у них чудный пухлый мальчик, долгожданный папенькой наследник имени и состояния.

Вместе с братом приобрела героиня сериала и сестру – дочь мачехи от первого брака, признанную отцом и наделенную теми же плюшками, что и героиня, то есть, титулом и положением в обществе.

Дальше история завертелась по законам жанра. Появление гостей на пороге и сообщение о смерти родной матери героиня восприняла относительно спокойно. Мать она почти не знала, поэтому и потерю ощущала отстраненно, второй же брак отца вполне себе укладывался в привычную картину мира – не прозябать же мужчине в расцвете сил в одиночестве, в самом деле?

Граф с родной дочерью на первых порах был нежен и заботлив, они много времени проводили в разговорах о жизни в разлуке, успехах в учебе и работе, смеялись, а мачеха и сестра были милы, скромны и тактичны, не вмешиваясь в общение отца и героини.

Очарованный умом и способностями выросшей без него дочери, граф Вольский (вот и личная инфа пошла, машинально отметила Ольга), уверенный в ее надежности и внимании, а также щедрости по отношению к младшему поколению, возложил на графинюшку миссию введения иностранок, ставших неотъемлемой частью семьи, в жизнь поместья и местного сообщества.

Героиня, естественно, прониклась высоким доверием отца и, дабы оправдать его, принялась изо всех сил помогать благоприобретенной родне осваиваться на новом месте.

Занятия языком, танцами, этикетом и прочим позволили обеим девочкам-почти ровесницам (несколько лет разницы не в счет) сблизиться настолько, что героиня не жалела для сестры ничего. Она была такой милой и очаровательной, эта восточная малышка! Миниатюрная, но фигуристая обладательница черных глаз, шикарных смоляных волос, нежной улыбки и мелодичного голоска быстро завоевала сердце старшей подруги своей наивностью,открытостью и простотой.

Ольгерда Вольская искренне полюбила младшую родственницу и щедро делилась с ней знаниями и всем, что та хотела бы иметь. Ведь дарить подарки оказалось даже приятнее, чем получать, особенно когда в ответ тебя крепко обнимают, целуют и долго-долго благодарят, осыпают комплиментами и заверениями в вечной преданности.

Хочется Джемме это платье с жемчужной вышивкой – на! Вот эти гранаты будут изумительно смотреться на твоей смуглой шейке, бери и не благодари, мне будет приятно видеть их на тебе!

Джемма боится лошадей и не умеет ездить верхом? Как же так? Конечно, моя любимая кобылка Пегги, покладистая, хорошо выезжена, она станет ей лучшей компанией на прогулке уже после нескольких уроков у моего тренера, фрина Шварца.

Нравится вид из окна моей комнаты, сестра? Ты права, он прекрасен, я любовалась им всю жизнь...Теперь и ты сможешь насладиться открывающимся пейзажем, потому что я только буду рада, если ты переедешь сюда. Где буду жить я? Рядом? Да, Вы правы, матушка, братику нужна просторная детская…И, совершенно верно, гостевые спальни лучше держать свободными, на всякий случай. Решено, я перееду в мансарду, всегда мечтала об уютной небольшой комнатке под крышей!

***

И так далее, и тому подобное. У Оли сводило зубы от патоки, что лилась на голову бедной героини. Одурманенная лестью новоприобретенной сестры, очарованная ласковостью мачехи, приходившей к ней в комнату каждый вечер и тихими пожеланиями сладких снов и благодарностью за теплый прием, советами «по-женски» и прочей чепухой, покоренная младенческими проказами крохи-братца, сверкающего сливами черных очей и заливисто смеющегося, когда его немного тискаешь, графинюшка не слушала ни робких замечаний горничной относительно неправильности поведения родни в ее отсутствие или излишней привязанности между ними, не оспаривала участившие случаи наказания мачехой домовых слуг и их увольнения, не противилась постепенному закреплению мачехи в качестве полноправной хозяйки в доме, не возражала против сокращения своих расходов и уменьшения доли участия в делах поместья.

Отец Ольгерды, вышедший на службу в министерство, в особняке почти не бывал, во взаимоотношения женщин не лез, только благодарил старшую дочь за понимание, жену – за усилия по поддержанию порядка в доме, где слуги подраспустились из-за отсутствия твердой руки, младшую дочь (не падчерицу, Боже упаси!) – за красоту и скромность, а сыночка баловал, тютюшкал и целовал при каждом удобном случае. Просто идиллия, мать вашу!