Лесник. История одного леса

Глава III

Зайдя в пустой дом, почувствовал смрад...
Засохшая грязь, осколки посуды...
Но сердцем он был и этому рад...
Нашлось бы лекарство душевной простуды...

Что было съестного, собрав у камина,
На стол, на тарелку все разложив,
На стул сел, представил такую картину,
Что был это сна ужасный порыв.

Спокойно питаясь остатками пищи,
Себе другую он жизнь представлял,
Лишь ветер сквозь щёлки оконные свищет,
Что розовых дней мечты подавлял.

Слегка подкрепившись, скинул лохмотья,
Натёрся снежком и прыгнул в постель,
Чтоб перед сном задуматься хоть бы -
Как же красиво поёт свиристель...

Одеялом накрывшись, уткнулся в подушку,
Неловкое слово сказал и уснул...
И солнце упало лучом на опушку,
И ветер потише... теплее... подул.

Два дня и две ночи, сдружившись, играли.
Открыться природу они призывали -
Открыться, помочь лесной той надежде,
Чтоб ярко горела, в сердцах, как и прежде.

Два дня солнце плавило тучи над лесом.
Два дня управлялось с тёмным навесом.
Ясный свет, чтоб, сонный лес озарил.
Новый мир, чтоб, стал чуть лучше, чем был.

Чтоб вновь запели звонкие птицы,
Чтобы в лучах утопали синицы,
Чтобы деревья от спячки проснулись,
К радостным, тёплым мечтам потянулись.

Счастливых зверей с отблеском мех,
Первых подснежников искренний смех, -
Все возле дома, в лесу, оживилось,
Перед Природой Великой склонилось.

Две ночи парад звёзд радовал небо.
Две ночи по тропам притягивал небыль.
Вся живность водила ночной хоровод,
Стараясь разжечь синеющий свод.

И даже серые мышки и совы
При лунном свете забыться готовы!
И сообща отправиться в путь,
Чтоб с доброю вестью по лесу шагнуть.

Землю ночами пушистые грели.
Утром пернатые солнышку пели.
Верили - время парнишки придёт,
Когда он Лесничего дело возьмёт.

Двое суток не стали для леса простыми,
Но зато для дальнейшей судьбы ключевыми...
Парень спал и не знал, что за окнами лёд
Ожидает печальный и мокрый уход.

Побежали ручьи. Заиграла капель.
И от звуков весны он покинул постель.
Побежал на крыльцо, бросил тёмную нить,
Ведь теперь по-особому хочется жить!

Ярко так! По-весеннему! Хочется жить!
Просто жить, улыбаясь каждому дню,
Из колодца чистой водицы попить,
И Спасибо сказать каждой белке и пню.

И душа чуть воспряла...
Светит солнце в глаза...
И тоска чуть увяла...
Позабыта гроза...

Дом, забытый, уставший,
Порадовать нужно.
Лес поможет. Он знает.
Все смогут лишь дружно.
Смертью дом весь пропахший
Грусть, тоску нагнетает...
А развеет истому
Лишь лучей миллионы...

Закипела уборка в "запачканном" доме.
Вся засохшая грязь и пятна от крови,
Было вымыто начисто здание, кроме...
Кроме пятен души, что не выразить в слове.

Осколки посуды, сломана мебель -
Уже не порушит его новый стебель.
Все сброшено в этот проклятый подвал…
В котором когда-то он сам прозябал...

Ступив на крыльцо, на лес бросил взгляд -
Вдали собирался звериный отряд,
Неспешным он шагом двигался к дому,
Смешанным чувством, давно уж знакомым...

С испуга парнишка прыгнул за дверь.
Но тут ощутил он огромную тень...
Себе прошептал: "Ну что же, поверь,
Что это не худший в твоей жизни день".

Уже был готов он принять смертный бой,
Лишь только заслышав зверей гулкий вой
И крепких когтей об дверь скрежетание...
Не уж-то лес снова обрёк на страданье?

Внезапно настало глухое молчанье...
Движенья с обеих сторон, ожиданье...
Лишь тихо под дверь пушистая лапа
Прокралась, неся с собой свежий запах.

Прокралась и дверь на себя потянула.
Вдруг что-то в открытую щель прошмыгнуло,
К ногам подходило неспешно и робко...
Какая-то вновь лесная уловка?

Сушеные яблоки, шишки, грибы,
Посыпались на пол, привстав на дыбы,
Под ними открылся маленький ежик,
Неловко манящий к зверям на порожек.

Парнишка решился и дверь распахнул,
Хотя поначалу немного струхнул,
Увидев зверей у себя на крыльце,
Но вида не подал на строгом лице.

Цепочка зверей по лесу тянулась,
И каждый с собой подарок принёс,
Чтоб в дом лесника радость вернулась,
Лесной сын здоровым и крепким чтоб рос.

Медвежий мед плотно уселся на полке,
С ежа для шитья в подарок иголки.
Лисицина рыба легла на тарелки,
И заячьи шкурки от волка, как грелки.

Последним пришёл добрый серый волчонок.
Знакомую лапу подал и завыл,
Хвостом завилял, а глазами ребенок,
Он вечную дружбу свою предложил.

И судьбы друзей сплетут воедино
Одну нерушимую, прочную нить,
Чтоб человеку и волку помимо
Многих бед, просто, семьёю пожить.