Лесной царь

Down in Your Forest

Down in Your Forest

            Был вечер, и последние лучи умирающего солнца прорезали верхушки сосен, освещая привычную серость поднимающегося с озер тумана. В это время года в лесах всегда туман, разница температур, из-за нее сыро, промозгло и эта привычная дорога между городками Саус-Лейк и Фоллс-Лейк кажется трассой вникуда, обрывающейся там, куда не попадает свет фар и без того редких машин. Наверное, это вечная проблема маленьких городов, окруженных лесом с одной стороны и горами - с другой. Все сидят в своей местности и стараются лишний раз не высовывать носа из дома. Да и в такую погоду хороший хозяин собаку из дома не выгонит, что уже говорить про волка.... да, серый?

Серый был крайне недоволен, что я вытащил его из теплого кресла и буквально принудил составить мне компанию на этот вечер, но виду не подавал, только водил мокрым носом по стеклу, стараясь почувствовать воздух за пределами салона автомобиля. В общем-то, из-за него мы и выбрались . Накануне вечером, когда я закончил обход и убедился в спокойной обстановке вокруг, Грей начал вести себя очень странно и беспокойно.  Мне даже пришлось выйти из дома и пройтись с ним вниз по лесу, чтобы он убедился в нашей с ним безопасности и неприкосновенности. Хотя кто нас найдет, эти леса я знаю лучше всех живущих здесь, даже лучше местных коренных народов чивере. Густые кроны деревьев, горы и непроходимые топи сделали хранителей леса почти неуязвимыми.

            Когда-то давно эти народы жили в долинах гор и озер, шаманы были хранителями этого леса, хранителями земного равновесия. Чивере верили, что лес живой, у него есть душа, и если лес уничтожить, что все живое в мире начнет погибать. Сейчас их почти не осталось, кто-то в резеврациях, и утратил память предков, потерял свои корни....а это почти как умереть.

            Дорога виляла как змея, устремляясь вниз- мы преодолели перевал и совсем скоро двинемся назад, домой. Живые стволы пихты и секвои начали меняться на почерневшие, обугленные головешки. Пейзаж за окном стремительно менялся на неприятный мне. Я  сжал руль двумя руками и прибавил скорость. Быстрее бы проехать этот участок, воспоминания о том пожаре всплывали в моей памяти. Как будто это было вчера, а не 5 лет назад. Как будто я сейчас там нахожусь, как будто... В нос ударил запах горелой кожи и волос, я зажмурился чтобы отогнать навязчивое видение и смахнул с кисти правой руки металлический браслет часов, закрыл шрамы от ожогов, чтобы они не попадались мне на глаза. Я как мальчишка. Снова убегаю от напугавшей меня действительности, не могу совладать с собой и изменить то, что мешает мне спокойно спать по ночам.

            Волк как будто почувствовал мое настроение и заерзал на кожаном сидении в попытках уткнуться мне мокрым носом в ухо. Совсем скоро мы приедем домой. Его ждет свежее мясо, меня-сигара и холодный виски, пляска языков пламени в камине, полное умировтворение...

Яркие вспышки дальнего света фар прервали нашу с ним волчью идиллию, мне даже пришлось прижаться к обочине чтобы пропустить этого лихача на черном «Ауди». Автомобиль несся, срезая повороты как остервеневший, у меня даже закралась мысль что это один из пьяных заезжих лесорубов из бригады Купера опять надрался в баре Саус-Лейка, но нет. Номера были местные, машина скорее всего направлялась в Фоллс, впрочем, день благодарения скоро, но куда так торопиться, разве что на тот свет?

Волк протяжно завыл и зарычал, оскаливая зубы. Кажется, придется сделать остановку.

Мне было тоже не совсем спокойно, когда в лесу что-то происходит с людьми или с животными, в груди поселяется противное вяжущее чувство, как будто внутренности полили смолой и все это добро начало прилипать друг к другу. Я слышу все, что происходит за многие мили, вижу во тьме отлично, лучше, чем совы или волки, но все равно каждый раз боюсь, как тогда, в ноябре, что случится что-то неисправимое, что я не смогу предотвратить катастрофу. Тревога уводит меня в безликий хоровод, из которого мне трудно выбраться, даже не смотря на мою внешнюю невозмутимость. Грей заскулил и потерся мордой о мою колючую щеку. Я не брился с неделю, и выглядел как типичный лесник — тяжелые ботинки, рубашка в клетку, кожаная темная куртка и «Ремингтон» в багажнике пикапа. Все очень типично, чтобы не выделятся из общей массы. Я остановил автомобиль подальше от обочины, заехав за крупную сосну, выключил фары и заглушил двигатель. Лес потихоньку начал восстанавливаться без участия человека,  на некоторых деревьях стали появляться новые зеленые ростки, но тут все еще было тихо, туманно и сыро. Птицы не вили гнезд, а олени обходили его стороной. Я погладил рукой ствол сухого дерева и в моей ладони остался кусок коры. Она приятно пахла и липла к рукам из-за остатков смолы на ней, когда-то здесь были сотни, нет, тысячи таких деревьев. А сейчас лес сияет чернотой, как дыра внутри меня, этот лес оставил огромную незаживающую рану.

Лязг металла вдалеке  заставил меня выйти из своих неприятных мыслей, и я, взяв винтовку из машины, решительно двинулся вперед.

Грей бежал впереди, разрезая грудью ветер, ему было хорошо и беззаботно. Под ногами хрустели ветки, шелестела хвоя и это, пожалуй, был самый лучший аккомпанемент к вынужденной вечерней прогулке.

Мотор заглох. За поворотом, одиноко светя фарой лежала перевернутая «Ауди». Упасть вниз по склону машине не давало две полусгоревшие секвойи, которые держали её как два штыря. Черный блестящий автомобиль напоминал жука, который перевернулся на спину и не может встать, беспомощно двигает лапками и ждет, когда кто-нибудь поднимет его в нужное положение относительно земной плоскости.

Я усмехнулся про себя, наверняка внутри лежит пьяный в стельку работяга. И мне придется вытаскивать его (или его труп?) и везти в больницу. Мой серый друг ненавидит кататься в багажнике, от сырости и туманов у него начинается ревматизм.

Противно пахло горелыми тормозами, маслом и бензином. Крышка капота была смята и отброшена в сторону, вероятно от удара. В тонированных стеклах автомобиля не было видно есть ли кто внутри, поэтому я решительно двинулся к водительской двери и попытался открыть ее. Пара рывков ручки и ничего. Заблокировано изнутри. Надо разбивать стекло. Сняв винтовку с плеча я приготовился разбить прикладом стекло со стороны пассажирского сидения, чтобы водителя не повредило осколками. Жив он или мертв, не важно- битое стекло под кожей еще никого не красило.