Лесной ключ

Глава 11. Аквалиса.

Афанасий в последний момент, схватив за рукав куртки втянул меня обратно под купол. Сам же подняв посох над головой, вышел из купола, с укором глянув на меня. Оглядевшись по сторонам, он глубоко вдохнул и громко воскликнул:

— Остановитесь, безумцы! Что вы делаете? Я вижу, как вам важен дом и защита близких! Ваша сила и воля могущественны, но ненависть может разрушить все. Посмотрите, какой урон вы нанесли вашей земле. Оглядитесь вокруг! Огонь подбирается к вашим жилищам, а воздух пропитался дымом пожарища, устроенным вами. Пар ошпаривает все поблизости. Горячий водяной туман обжигает. Разве вы не понимаете, что эта битва неумолимо приведет к еще большему ожесточению между вами и разрушению всего, что вам дорого?

Непримиримые враги, тяжело дыша, мгновенно повернулись в сторону незнакомца, посмевшего прервать их битву. Прислушиваясь к произнесенным словам, они посмотрели вокруг. Их глазам открылась печальная картина. Трава, окружавшая поляну, местами выгорела. Кое-где еще полыхал пожар. Капельки горячего пара дымились на земле. Гнездо с испуганным птенцом утопало кипятке. Издав грозных клич, ошеломлённые противники отскочили в разные стороны. Из ран обоих бойцов текла кровь. Магия ушла, пришло понимание содеянного.

Афанасий, немного пробежав, взлетел над землёй, подбираясь к осипшему от рева птенцу, и взял его на руки. Тот, уткнувшись клювом в плащ Стража затих, продолжая трястись от страха. Обожженная крыса пыталась уползти в траву, но сделав, но после нескольких попыток её травмированные лапы ослабли. Она упала без движения, опустив нос в землю, закрыла глаза, жалобно застонав. Ошпаренная птица, подлетела к Афанасию, теряя в воздухе перья. Двумя целыми крыльями из четырех она забрала птенца у Стража и попыталась подняться высоко в небо, но смогла долететь лишь до разрушенного гнезда. Нежно опустив на землю птенца, она легла рядом с ним и затихла, угольки в ее глазах потухли, уступив место темноте.

Афанасий стукнул посохом об землю и обошел вокруг него. Протянул руку к небу и со всей силы дунул. В тот же миг из совершенно чистого неба пошел дождь, усмиряя огонь и остужая кипяток. Потом Афанасий достал из мешка полотенце, развернул его и вытащил два пузырька с темной пахучей жидкостью. Из одного полил себе на руки и обмазал перья ошпаренной птицы. Несколько капель из второго он влил в ее клюв. Афанасий поискал глазами крысу, но нигде не нашел — лишь небольшая лужа указывала место, где ещё недавно она лежала. Тщательно обыскав поляну, Страж нахмурился и зашёл к нам в невидимый купол.

— Крыса исчезла. Она казалась мне сильно раненной и обожженной. Это довольно странно и очень опасно, — тихо сказал Афанасий. — Не хочу вас пугать, но мне кажется, все здесь произошедшее было направлено на устрашение. Обычно раненые не сбегают.

— Может уползла, ведь это она виновата? Хотела украсть птенца и сожрать. Как же я ее упустил? Можно мне выйти и поискать своими методами? — нетерпеливо спросил Бадик, готовый немедленно догнать пропавшую крысу.

— Хорошо, сейчас здесь безопасно, но никуда с поляны не уходи. Понял? — произнес Афанасий и покачал головой. На меня он даже не посмотрел, показывая, что недоволен моей несдержанностью.

Бадик слегка вильнул хвостом, выскочил из невидимого купола и с охотничьим азартом пустился на поиски пропавшей крысы. Он тщательно обнюхивал каждый кусочек земли, каждую травинку, но запах гари перебивал все остальные запахи. Вслед за собакой из купала вышла и я. Едкий запах пожарища ударил в нос, моментально вызвав слезы, но я не обращала внимание на это. Огонь был потушен, а пар охлажден. Вовремя прошедший дождь сделал свое дело. Ноги вязли в коричневой мокрой грязи, разъезжались в разные стороны, но я упорно шла к гнезду. Птенец мирно спал, укрывшись крыльями, посапывая и вздрагивая во сне. Да уж натерпелся бедняжка, но теперь все хорошо, и мама рядом. Посмотрев на лежащую рядом с гнездом птицу, я не обнаружила у нее никаких повреждений, словно в одночасье все раны зажили. Удивляйся не удивляйся магия творит чудеса.

Как не стремились мы быстрее пройти этот загадочный мир, но пришлось сделать привал. Происшедшее картинками кружилось у меня в голове. Лекция Афанасия про магию не давала покоя. Схватка птицы и крысы наглядно показала, что значит управление стихиями. Я думала, волшебный мир добрый и простой — все счастливы, довольны жизнью и дружелюбны, но теперь я поняла, как ошибалась. Здесь все как в моём мире: каждый борется за свой кусочек счастья и пропитания. Но если в реальном мире мы действуем хитростью и манипуляциями, а порой наглостью и кулаками, то здесь добавляются магические способности, которые намного страшнее своей мощью и непредсказуемостью.

Опустив голову, расстроенный неудачей, вернулся Бадик. Крыса исчезла без следа, словно испарилась. Разложив скатерть-самобранку, Афанасий пригласил птиц, присоединиться к нам. Гордая мамаша, обняв птенца двумя крыльями, взмахнув двумя другими, подлетела к нам и склонила голову в знак благодарности. Любопытный птенец выпрыгнул из объятий матери и забрался на плечи Афанасия, мягко ущипнув его за ухо. Хохолок малыша распушился. Его гладкие перья были ещё просто белыми, пока лишенными отблеска огня. Он мило улыбался и агукал совсем, как младенец из обыденного мира. Птенец разрешил себя погладить, но наотрез отказался посидеть у меня на руках. Безопасность он чувствовал только сидя на плече Афанасия, под внимательным наблюдением матери. Бадик издалека понюхал птенца, не решаясь приблизится, уж слишком строгой казалась его мамаша.

— Приветствую тебя, Страж Ключа. Не ожидала увидеть тебя в нашем мире. Зачем покинул свой пост и что здесь делаешь в компании этих странных существ из обыденного мира?

Пока мы с Бадиком были заняты сюсюканьем с шаловливым птенцом, пернатая птица сильно изменилась. Теперь перед нами сидел получеловек с головой орла, в одежде из белых перьев. Его руки имели четыре вытянутых пальца, а на спине выступали два небольших отростка, напоминавшие обрубки крыльев. Вместо клюва на голове был вытянутый рот. Было совершенно не понятно, как он дышал. Его тихий гнусавый голос заставил нас подпрыгнуть. Афанасий пожал ему руку и поклонился: