Лестница под напряжением

Допрос под вампирским гипнозом

Роджер посмотрел на Йэна нарочито неодобрительно:

— Раскомандовался, акула тебе в глотку!

Мы с Роджером шли первыми, Йэн — за нами, чуть поодаль. Я поинтересовалась:

— Тот гипноз, который ты на нём применяешь. Как это работает?

— Я использую поверхностный вампирский гипноз. Когда я проделывал ментальный контроль с Дарти Халлом в первый раз, то есть месяца три назад — эффект был более глубоким. Потому что тогда Дарти был значительно слабее. Сейчас я применяю такой же гипноз, но Дарти стал сильнее. И мой ментальный контроль уже превратился во временную меру. За ним постоянно нужно присматривать, иначе он может натворить дел. Ты спросила — как это работает, отвечу так: сейчас это работает плохо.

— Из-за чего Дарти стал сильнее? Онилия называет его полудемоном.

— Так и есть. Августа привязала его к себе. Напоила своей кровью. И теперь он полностью её раб. Однако для него есть плюсы: стал мощнее, и чёрной магии в нём побольше. Односторонняя Повязка — это всегда билет в один конец. Тот, кого повязали — в данном случае Дарти Халл — обретает судьбу, карму и частично способности своего Мастера. Повязка такой силы через кровь бывает только у демонов, у вампиров и у вервольфов.

Роджер помолчал немного, и я заметила, что он стал очень мрачен. Вдруг он сказал, когда мы остановились перед дверью уже в подземельях:

— Мне не хотелось в это верить, я до последнего надеялся, что ошибался в своих предположениях. Но похоже, что Августа сделала всё, чтобы Дарти никогда в жизни её не убьёт.

Он посмотрел мне в глаза. Его взгляд говорил — «для тебя подготовлено жестокое испытание». И он прав. Три месяца назад я могла убить Августу — но не осилила. Из-за того, что я этого не сделала, продолжали гибнуть люди, которых она убивала во время своих ритуалов, чтобы стать сильнее. И Дарти стал полудемоном. Тогда, когда я не убила её — я о таких последствиях не думала. Я думала лишь о чести и благородстве. Августа казалась мне беззащитной, побитой жизнью девочкой. Такой, каковой могла бы запросто стать я сама, если бы оказалась на её месте. Мои лучшие друзья потом сказали мне, что я была права, что я не уподобилась злу. Однако, кое-кто из моих друзей меня осуждал, и теперь я понимала, почему. Я сама себя осуждала.

— Тогда вы научите меня, как её убить.

Йэн вышел вперёд и покачал головой:

— Не в ближайшее дни. Убивать её тебе — не в ближайшие дни. Но учить мы тебя считай уже начали.

— Почему не в ближайшие дни? Она с каждой жертвой копит силы.

— Ты тоже, Клот. Только не с каждой жертвой, а с каждой минутой, пока общаешься с такими как мы, — усмехнулся Роджер, положив мне руку на плечо. — Ты это поймёшь потом. Пока тебе нужно знать, что тебе нужно время. И побольше знаний. Часть знаний про Августу должен дать Дарти. Он расскажет нам о её планах. Я пойду первым. Оставайтесь вдвоём здесь, пока я не позову.

Роджер отпустил моё плечо и упредительно посмотрел на нас с Йэном. Потом вскользнул за дверь и с гулким стуком прикрыл её за собой у нас под носом.

— Раскомандовался, — проворчал вервольф. И тихо проговорил: — Роджер имел в виду, что тебе нужно быть более наблюдательной сейчас. Собирать и впитывать в себя информацию и знания как губка. Не только по ученической части, как держать меч и всякое такое. Тебе нужно научиться отличать ложь от правды и слушать веления своего сердца. Это очень банально звучит, скучно даже. Я привык убивать врагов и обращаться с оружием, а не говорить красивые речи. Слушай свою интуицию, один из твоих первых уроков — отличать правду от лжи.

Я удивилась. Хотелось расспросить Йэна подробнее, что он имеет в виду. Но тут приоткрылась дверь перед нами, приглашающе. Голос Роджера:

— Язык готов заговорить.

Торжествующий тон.

— Идём, пока у него ремиссия не наступила. И помни, держись ко мне поближе. Я тебя прикрою, — Йэн взял меня за плечо и подтолкнул вперёд, во тьму.

— Если ты меня прикрываешь этим самым щитом — я всё ещё не верю, что я анхом, — отозвалась я.

— Чтобы научиться ставить хороший щит — надо научиться многому ещё.

Роджер шикнул на нас, и я поняла, почему. Наши отвлечённые разговоры могли вызвать спонтанную ремиссию у Дарти. И полудемон начнёт снова швыряться чёрной магией. Дарти сидел у стены, прикованный по-прежнему. Он не бросался на нас, не смотрел с вызовом. Наоборот, он был подозрительно спокоен, уставился в одну точку, будто медитировал. Капюшон балахона откинут с головы. Мокрые волосы прилипли к потному лбу. Я подумала о том, в каких ужасных условиях мы тут его держим: сырое подземелье, пропасть, капает вода, Дарти в одной и той же одежде, почти в одной и той же позе. Вроде Йэн и Роджер говорили, что подкармливают его...

Не то что мне стало жалко моего врага — чернокнижника, который прислуживает Августе. Но я бы ни за что не хотела оказаться на месте Дарти. Жестокий плен. Ещё и постоянное воздействие на мозг идёт. Вот и сейчас Роджер встал рядом с Дарти, слегка боком к нему, обратил в его сторону одну из ладоней, прикрыл глаза. Глубоко вдохнул. И прошептал нам:

— Задавайте ему вопросы. Я в данный момент — его персональная сыворотка правды.

Мы с Йэном поняли, что Роджер сейчас обретает полный ментальный контроль над Дарти, используя свою магию. Дарти вздрогнул, дёрнулся. Упал, закрыл глаза, стал подёргиваться в небольших конвульсиях.

— Милая... любимая... где ты, Августа? Я хочу к тебе... — шептал он бессвязно.

Я растерялась, не зная, о чём спрашивать. Йэн подсказал. Он тоже приблизился к Дарти с другой стороны, навис над ним, склонился. И размеренно спросил шёпотом:

— Августа скоро к тебе придёт. Ты её сильно любишь, и ей это приятно. Она тоже любит тебя. Повтори ещё раз, что она тебе приказала.

— Что... кто это? Кто это говорит? Это ты, Зелёный Червь? Мерзкий ублюдок!.. — Дарти занервничал.

Я кинула взгляд на Роджера и увидела, как на миг скривилось его лицо в непонятной гримасе. Удивление? Отвращение? В полутьме пещеры не разобрать.