Лестница под напряжением

Карты и клады

Мы вернулись в усадьбу. Йэн приготовил нам очередную загадку:

— Роджер нашёл несколько карт Одноглазого. Одна из них отсылала к кладбищу около нашего озера Дерист. Я пришёл туда, как ты, Онилия, просила. И вот мои выводы: Уилл спрятал Медальон в сундук так, словно надеялся, что его никто не найдёт. Или найдёт лишь избранный. Этот сундук археолог Делли нашёл чудом: карта указывала совсем другое место. Я осмотрел то место и копнул немного. Нашёл ещё один ложный клад, который и значился на карте вместо того, что неизвестно каким образом нашёл Делли. Содержимое сейчас сохнет в подвале. Я был и на том месте, где копал Делли: там кто-то копал недавно, видимо, этот кто-то не знал, что клада там нет уже. Земля свежевскопанная, рядом — кострище. И то, что рыли недавно — это дело рук томберов. На дереве там высечен их знак. Вопрос: откуда они знали, что там был клад? Откуда у них карта?

— Если знают томберы — узнаем мы, — заявила я.

— Есть ещё кое-что: в том месте я нашёл Белёсый След — сильный энергетический отпечаток из-за действия силы второго Медальона. Медальон — это мощный артефакт, и поэтому так фонит место, где он находился. Есть такая вероятность, что одна из карт Одноглазого попала к томберам, а кто-то подсказал им, что медальон в этом месте: пойдите и возьмите. Но за полтора века до них клад нашёл Делли, причём карты нужной у него не было — карта была только от того места, где я раскопал сундук, что стоит сейчас в нашем подземелье.

Карамба! Йэн нас совсем запутал. И ещё, похоже, фокусы со временем только начинаются. Согласование времён, называется!

— Мне нужен Роджер, — заявила я. — Где он?

— С твоей сестрой. Они осматривают то, что я притащил, — ответил вервольф.

Я спустилась в подвал и услышала восторженные вскрики Рози:

— Вот это да! И этому триста лет? Настоящие сокровища! Это что, самый настоящий пиратский клад?

В комнате для метания ножей на полу стоял гниющий извлечённый из земли сундук, а вокруг него разложены всякие предметы, очень старые. Рози всё это самозабвенно перебирала.

— Твой предок Алекс Хоппер у тебя в крови! — сказал, смеясь, Роджер.

Он относился к кладу более невозмутимо.

— И Йэн нашёл это там, где был наш с Клот предок? Уму непостижимо! Значит, пираты зарыли в одном месте два клада, а на карте был указан один!

Кажется, ребята просветили Рози по полной. Я искренне надеюсь, что они ей по дружбе не рассказали, кто они такие! Вряд ли Рози поймёт, что её не разыгрывают, говоря про вампиров и вервольфов.

— Да, причём то, что приволок Йэн, должен был когда-то найти твой предок, — пояснил Роджер. — Но он нашёл то, что нашёл. Вашу семейную реликвию-украшение.

— То есть у них была эта карта с этим сундуком? Стоп! А у тебя она откуда?

Роджер не мог сказать Рози: «Когда я переселился в тыща восемьсот лохматом году в этот дом, он был переполнен черновиками и дубликатами карт, которые Одноглазый зарыл вместе со всем золотом в подземельях прямо здесь, где ты стоишь» — а именно так оно и есть. Вампир благоразумно уклонился:

— В молодости я увлекался историей пиратства.

— Кто тебе дал эту карту? — пыталась выяснить Рози.

— Один коллекционер карт, — снова отмахнулся Роджер.

— Ну вы даёте! Такие приключения! Я мечтала всю жизнь поучаствовать в подобных поисках! Всё, я теперь серьёзно задумалась стать археологом. Возможно, вот это и есть моё призвание, а не сцена.

— Это только начало, — предупредил Роджер.

Тут только Рози заметила меня.

— Ой, Клотти, вы с Онилией вернулись! Вы не представляете: Йэн и Роджер нашли старую карту и так легко нашли по ней клад, совсем рядом с этим домом! Эти вещи целых триста лет пролежали под землёй!

— Да, да, я знаю. Рози, я надеюсь, тебе интересно? Не скучно?

— Какие глупые вопросы! Я не представляю сейчас, как я жила раньше без всего этого! Пойду схожу к Онилии!

Рози убежала почти вприпрыжку в полном восторге.

— Её стихия — точно археология. Ты бы видела, с каким благоговением она выгружала из сундука весь этот мусор!

— У Рози много талантов, — улыбнулась я и принялась осматривать «клад». — Эй, а мусор-то хорошо сохранился!

— Ну ты и сказала! Гляди, что здесь есть: бутылки из-под рома, — перечислял Роджер, — доска… так, это корабельная доска. Обломок штурвала, так, тряпочка вот эта, родная… Чудом сохранилась!

У Роджера вдруг стало такое выражение лица, словно он вот-вот прослезится от умиления и ностальгии. Он встряхнул чёрную тряпку… нет, это была не тряпка. А бондана, которую пираты повязывали поверх головы.

— А это — кусок чьей-то культи, и я даже помню, чьей… — обозначил он деревяшку.

Роджер внезапно замер: в одной руке он держал бондану, отлично сохранившуюся для 300-летнего хранения в сундуке, а в другой — кусок культи. Он замер и с отрешённым видом уставился на то, что держал в руках. А потом отложил культю и надел на себя бондану. Взял опять культю и произнёс:

— Одноглазый не зря зарыл всё это на кладбище у себя под боком. Это всё, что осталось от Кровавого Джека, — вздохнул вампир.

— Я полагаю, нога его, — предположила я.

— Нога его, — повторил Роджер. — И этот штурвал... Старый. Потом я новый поставил, уже когда... — тут Роджер осёкся. И заговорил немного про другое: — Вот уж не знал, что Уилл с такими почестями похоронит его. Эх, Кровавый Джек! Покойся с миром!

— Как ты узнал его вещи? Ты помнишь? — спросила я.

— Клот, Кровавого Джека забыть невозможно. Он был подонок редкостный, один из самых страшных и жестоких пиратов, каких вообще выносил на себе Океан. Возможно это прозвучит кощунственно, но я благодарен судьбе, что нас с ним свела кривая дорожка.

— А его соперника, Одноглазого Уилла, ты лично хорошо знал?

Но Роджер ответить не успел: появилась Рози.

— Роджер, Онилия желает тебя видеть! Ой! Слушай, а тебе идёт! Но… Это же историческая ценность, антиквариат! Лучше положи на место! Все экспонаты должны лежать вместе!