Лестница под напряжением

Переодевание в пиратов

Мы дружно проводили Рози Итчи. Она уехала на машине с Коллинзом и Шрамом, и с ними она тоже сразу подружилась. Ей было жаль уезжать, но она выразила понимание, что дома её тоже заждались. Коллинз кратко поведал мне с глазу на глаз, что все вопросы с родителями Рози, касательно объяснения её отсутствия на несколько дней, улажены моими боссами.

Затем начались наши необходимые приготовления под руководством ведьмы.

— Это 1703 год. Нам нельзя слишком бросаться в глаза. Прежде всего, подберём одежду. Встретимся в арсенале после переодевания в костюмы, — распорядилась Онилия.

Когда Йэн и Роджер исчезли, она отвела меня в свою комнату:

— Тебе придётся стать мальчишкой. Я подберу тебе подходящий костюм.

— Я готова, — не возражала я.

На мой взгляд, я и так похожа на мальчишку. Несмотря на свой, казалось бы, уже почти взрослый возраст — 16 лет, я довольно худенькая, высокая и у меня нет большой груди. Тем более что я не крашусь, не ношу украшений, а моя стрижка-каре может быть как мужской, так и женской. Онилия как раз критично оглядывала мою голову:

— Твои волосы подходящей длины. Старайся там как можно меньше говорить, чтобы не выдать себя голосом. Впрочем, твой голос не такой писклявый, как у многих девушек, — сделала мне изощрённый комплимент княгиня. Она рылась в шкафу: — О, вот как раз тут у меня есть подходящий наряд.

— Ты тоже будешь мальчишкой? — спросила я из любопытства.

— Нет, — Онилия улыбнулась. — Мне не скрыть своих чисто женственных аристократических жестов. Я буду сама собой — ведьмой, и очень злой.

За большой ширмой у Онилии был ещё один гардероб. Она что-то кинула на стул, какие-то тряпки:

— Возьми, это подойдёт!

Я взглянула на одежду. Рубашка, довольно великоватая. Я заправила её в чёрные брюки, точнее в шаровары. Надела предложенные Онилией сапожки. Это удивительно, но у нас с ней оказался одинаковый размер ноги. Я взглянула в зеркало. Рубашка очень просторная, и из-за этого вместе со штанами костюм делал мою фигуру немного смешной и угловатой, но мальчишеской. Онилия подошла ко мне сзади и взъерошила мои волосы. Бр-р… В зеркале это смотрелось так, будто мои волосы сами собой делались лохматыми.

— Повернись ко мне лицом, — попросила княгиня.

Я развернулась. Не успела опомниться, как Онилия стала чем-то усиленно мазать мою физиономию.

— Я размалюю тебя. Не бойся, это всего лишь уголь. Ты будешь пороховой обезьянкой, а пороховые обезьянки часто пачкались в саже и копоти.

— Пороховые обезьянки часто нюхали пороху, — улыбнулась я.

Напоминало боевую раскраску.

— Ну вот. Типичный уличный воришка, зайцем пробравшийся к пиратам в поисках наживы, — засмеялась она. — Ты готова? Подожди меня!

— Онилия, ты применила чары? Я себя не узнаю! — я буквально ошалела, увидев в зеркале другого человека.

И мне показалось, что я этого человека знаю. Юноша, тоже где-то лет 16, с цепкими глазами, полными романтики.

— Никаких чар. Обычный обман зрения, — ответила княгиня.

— Тебе гримёром надо работать!

— Ты знаешь, я уже пробовала, но это слишком скучно, — заявила ведьма — а талант-то у неё есть и немалый!

Через несколько минут Онилия вышла ко мне из-за ширмы. Она тоже сильно изменилась! Я привыкла видеть её, горделивую, степенную и изящную, облачённую в длинные роскошные платья, с распущенными мелко вьющимися волосами каштаново-золотистого цвета, с высоко поднятой головой, бледным лицом и властным взглядом. Теперь передо мной стояла настоящая разбойница из простолюдинок, пиратка и воровка: волосы, перевязанные чёрной лентой в лохматом хвосте, рваное старое поношенное платье почти до пола, чуть сутулая фигура, сварливый взгляд исподлобья.

— Ну как? — улыбнулась она — а клыки-то её ещё как видны!

— Ты моя сестра или тётя? — пошутила я.

— Неважно, но и так ясно, что мы с тобой одной крови, — она махнула рукой. — Не могу же я облачиться в скафандр? Их в восемнадцатом веке ещё не было! Пойдём. Ребята наверняка нас заждались.

Мы вошли в арсенал. Роджер нас ждал один. Меня он увидел в зеркало и вскочил, оборачиваясь:

— Кого я вижу! Да это же вылитый Леонард! — Роджер дружески хлопнул меня по плечу.

— Леонард? — выдавила я, еле отходя от шока: те сны!

— Мальчик, который подрабатывал в таверне Бамса. Он бежал на Летящий Призрак из-за того, что его гонял один полупьяный придурок, а у Джека был готов хоть на самую чёрную и женскую работу, лишь бы увидеть море и неведомые края. Ради пиратства Леонард даже пожертвовал своей любовью: он засыхал по Сюзи, дочке Бамса. Последний раз я его видел перед тем, как Ахмуд вернулся с корабля Одноглазого, — Роджер вздохнул, вспоминая это.

Я вспомнила, что он очень переживал, что не смог в той заварухе спасти своего юного друга Леонарда. Спросила:

— Почему он мне снился?

— Это одна из великих загадок. Сны дают нам отражения нашей реальности. Но ведь сейчас ты стала им наяву! — улыбнулся Роджер.

Сам он вырядился как настоящий пират. Высокие сапоги. Потёртые штаны. Рваный и чем-то прожжённый (вероятно, пулями) старинный пиджак. На голове — та самая бондана чёрного цвета. Добавьте к этому его высокий рост, выбивающиеся из-под бонданы тёмные густые волнистые волосы, открытый лоб, прямые и густые брови и взгляд, полный жажды приключений и возможности порисковать, подвижные жесты, стремительную походку и вечную живость и кураж — Роджер неотразим! Я не стала этого скрывать:

— Ты, кстати, выглядишь тоже великолепно!

— Ну что ты! Я не достоин таких слов от тебя, — заскромничал вампир.

— Все в сборе? Оружие к бою! — услышали мы.