Летняя практика в академии некромантов

Глава 5

– Ты еще за это поплатишься, Никифорова! – прошипел, как рассерженная гадюка, Морозов, когда я вышла следом за ним из ректората.

– Я-то тут при чем? – округлила я глаза, испытывая желание треснуть этого гада. – Я тебя предупреждала, но ты даже друзьям не поверил. Не контролирую я свой дар, увы, – я развела руками, и мажор зло скривился. – Так что лучше не зли меня, Алекс.

– Александр! – нависнув надо мной, прорычал парень. – Алекс я только для друзей и близких! А тебе уж точно не светил попасть в их число, простолюдинка!

Я усмехнулась и подалась к нему, изображая, будто хочу коснуться. Морозов чуть ли не до потолка подпрыгнул, отпрянув от меня. А я едва сдержала смех, чтобы не злить его еще больше.

– Знаешь, я тоже не горю желанием находиться рядом с таким упырем, как ты, – ядовито улыбнулась я, отступив к стене. – Но, к сожалению, нам скоро придется работать вместе, хотим мы того или нет. Так что будь добр, заткнись и хотя бы постарайся вести себя так, как пристало аристократам.

Морозов стиснул челюсти, обжигая меня ненавидящим взглядом.

– Это мы еще посмотрим, Никифорова. Я обязательно добьюсь, чтобы мне заменили напарника. А тебя... – он презрительно сплюнул. – Тебя скоро обязательно попрут из академии, уж будь уверена!

Я скорчила зловещую рожу, вытянула руки вперед и медленно, подволакивая ногу, пошла на парня, изображая умертвие. Тот скривился, будто лимон съел, и его руки вспыхнули тьмой.

– Ты допрыгаешься, Никифорова, – сквозь зубы процедил Александр. – Даже отчислить не успеют – я тебя раньше прибью!

Я широко улыбнулась.

– Что ж, тогда я найду способ, чтобы превратить тебя в зомби навечно, уж будь уверен, Морозов.

Потемнев лицом, парень выругался себе под нос и быстро зашагал по коридору прочь. Я же посмотрела ему вслед с тоской.

Притворяться, что мне все равно, я могла сколько угодно, но так или иначе понимала, что этот гад не оставит меня в покое и не даст спокойной жизни. Остается надеяться, что ректор не допустит несправедливости и отстоит меня. Иначе... Морозов победит, и я навсегда разочаруюсь в людях. А моя семья лишится шанса на лучшую жизнь. Ведь некромагам платили столько, что родные больше вообще ни в чем не нуждались бы.

***

– Мам, да все будет хорошо! – в который раз повторила я, крепко обнимая матушку. – Я уже целый курс отучилась! Знаю, что к чему и многое умею, так что не переживай.

– Но ты же толком и сражаться не умеешь... – заохала она, глядя на меня с тревогой. – А там, в ваших подземельях, эти жуткие умертвия – разве ж это для девушки дело? Уж лучше бы на артефактора пошла...

Я поморщилась, отпустив маму.

– Для этого мне напарника дали – я буду магичить, а он прикрывать. И вообще, нас в опасные места не отправят, не бойся, мы же еще не опытные маги. А на втором курсе нас начнут усиленно тренировать, тогда и я смогу сама за себя постоять.

– Мама, наша сестренка самая лучшая! Она справится! – воскликнула Марья, моя младшая сестра, ухватив меня за руку. – Я тоже через год, как доучусь в школе, пойду на некроманта!

– Только посмей! – тут же возмутилась мама, погрозив сестре пальцем. – Хватит с меня этих нервотрепок!

Марья насупилась, а я с ностальгией оглядела родной дом, в котором прожила целых восемнадцать лет, пока не отправилась в академию.

Продавленный диван у стены, дешевая репродукция знаменитого пейзажа над ним, облезший шкаф в углу и самый дешевый магвизор на покосившейся тумбочке. Помню, как любили с сестрой, забравшись с ногами, смотреть вместе сериалы и всякие шоу, смеясь и обсуждая актеров. А мама вечно ругалась, чтобы мы прекращали страдать ерундой и шли делать уроки.

И эта старая развалюшка на окраине города всего с двумя комнатами и кухней с прихожей казалась милей, чем комната в общежитии, где все было цивильно и прилично.

Сейчас, когда я уехала, места им двоим предостаточно, а тогда нам с Марьей приходилось тесниться вдвоем на узком диване. И сестра вечно донашивала за мной одежду, а сладости мы видели только по праздникам, да когда матери удавалось подзаработать на смене.

Но ничего, скоро доучусь, а то и раньше найду подработку где-нибудь по профессии, и сделаю все, чтобы родные переехали в жилье получше, и больше не считали копейки, чтобы позволить себе хоть что-то.

– Мам, тут стипендия, – положила я на журнальный столик конверт. – Не вся – мне пришлось потратиться на обувь. Но все равно достаточно, чтобы побаловать себя хоть чем-то.

– Да ты что, дочка! – тут же всплеснула руками мама. – У нас есть деньги, не стоит! Лучше на себя потрать, ты же вон какая красавица, надо хорошо выглядеть. Глядишь и муж достойный отыщется!

– Маам! – сердито одернула я не. – Не начинай. Я доучусь сперва, а уж потом о замужестве думать буду. Да и где они – достойные? Вымерли вместе с динозаврами... Все, не спорь. Я пойду, мне уже пора на вокзал, поезд скоро.

– Ох, до чего ж ты упрямая, вся в отца! – в сердцах бросила мать. И тут же замолчала, побледнев.

– Мам, ты же говорила, что не знаешь, кто отец Настасьи, – тут же ухватилась за ее оговорку сестра, глядя на нее с прищуром. – Что провела ночь с незнакомцем, а потом его больше не видела.

Я напряглась, глядя, как глаза матери наполнились слезами. Мы с Марьей были сестрами, но отцы у нас были разными. И если второго я даже помнила, и сама помогла маме избавиться от этого ублюдка, которые висел на ее шее, то о первом, моем родном отце она никогда ни словом не обмолвилась.

– Прости, дочка, – всхлипнула мама, приложив платок к лицу. – Лучше тебе не знать о нем, поверь. Он все равно никогда тебя не признает, а я... Я не желаю его видеть!

– Кто он? – резко спросила я, начиная злиться. – Какой-то аристократ, да?

Снова расплакавшись, мама кивнула. А я, не выдержав, обняла ее, ругая себя.

– Прости, мам. Я уверена, что ты бы ни за что не ушла от плохого человека. Но... я должна знать, кто он. Хотя бы чтобы не столкнуться с ним.