Лето между нами

1

– Приехали, – произнесла бабушка с придыханием, когда у ворот остановилась машина.

На крыльце деревенского дома братьев Осиповых из Москвы уже ждали Виталина Аркадьевна, их бабушка по матери, двоюродная сестра Кира и ее подруга Альбина.

Виталина Аркадьевна – не типичная бабушка. На фоне своих сверстниц того же преклонного возраста она сильно выделялась. Высокая статная, хоть и с морщинками, но их количество никак не выдавало ее истинный возраст, да к тому же, она умело скрывала прядь своих седых волос под красивыми и всегда модными платками.

Она была вдовой, которая после смерти мужа, вот уже больше двадцати лет жила одна. Между прочим, муж ее покойный, Василий Прохорович, когда-то возглавлял их совхоз. Возможно, по этой причине ее порода была заметна невооруженным глазом, несмотря на то, что она была обычной пенсионеркой по паспорту.

Кира была приемной дочерью Сергея, сына Виталины Аркадьевны.

Девочке было где-то восемь лет, когда ее мать, Елена, вышла замуж, и дядя Сережа стал для нее отчимом, а они частью этой семьи.

Своих кровных родственников у них всего два человека, бабушка, да и тетя Надя, и то вторая жила на Сахалине и приезжала в их Поволжский край раз в десятилетку. Родного отца Кира никогда не знала, соответственно на родственников отсутствующего родителя претендовать не приходилось.

По этой причине, каждое лето Кира стала проводить каникулы в деревне у матери Сергея, которую тоже со временем стала называть бабушкой.

Максим и Миша жили далеко от данных мест, но, несмотря на расстояние и достаток семьи, тоже каждое лето приезжали сюда.

Мать мальчишек таким образом хотела

«выбить из них московскую, снобскую спесь».

Будучи сама родом из этой глуши, и удачно устроившись когда-то в столице, она искренне считала, что физический труд делает из человека настоящего человека, а да еще общение с провинциальными ребятами, которые куда более приземленные и сильно отличаются от оторванных от реальности московской молодежи.

Желая своим детям только лучшего, она каждый год отправляла их в этот своего рода учебно-оздоровительный летний лагерь под надзором своей матери.

Ворота распахнулись и во двор ввалились высоких, уже успевших загореть, два брата- акробата. На фоне темной кожи их русые волосы казались еще светлее.

Как же они оба вымахали с прошлого лета, с их последней встречи.

Причем разница в возрасте у братьев незначительная, но все же два года, а все равно выглядят как ровесники. Кира, кстати, с младшеньким Мишей одного возраста, но кажется она куда моложе в силу своей худобы и маленького роста.

– Привеееет, – воскликнул Миша, растянувшись в приветливой улыбке, подбегая к бабушке и заключая женщину в свои объятия, а после и Киру, поднимая девчушку ввысь. – Ого, какая ты стала. Уже подумал, что нам сестренку подменили, – улыбался так, будто лотерею выиграл.

Радовался их встрече, как никто другой. С Кирой они были дружны, более того, на протяжении всего учебного года эти двое поддерживали связь, обмениваясь длиннющими письмами, на страницах которых не только рассказывали друг другу о своей повседневной жизни, но и писали стихи (это было увлечение Киры), делились фокусами (Миша их любил очень), и даже умудрялись пересылать постеры звезд из модных журналов.

– Альбин, привет! – это он уже обращался к подруге сестренки, которая тоже приезжала на все лето в деревню, только к своей бабушке и тоже из ближайшего города, как собственно и сама Кира, которая жила всего в часе езды отсюда.

И кстати, Альбине всегда нравился этот самый Миша, добрый, открытый, отзывчивый и приветливый из двух братьев. Она даже умудрилась улизнуть от своей бабули – тиранши, которая всегда загружала ее работой по хозяйству, чтобы внучка,

не дай бог, не слонялась без дела.

А все ради одного – чтобы встретить Мишу в числе первых.

Максим как всегда был скуп на эмоции. Можно даже подумать, что совсем не рад всех видеть, хотя и пытался проявлять вежливость, но получалось у него это с трудом. Он был более замкнутый, при этом резкий, а еще у него напрочь отсутствовало чувство такта. И все же он умудрялся быть любимчиком многих и всегда находился в центре внимания.

Парни его уважали и тянулись к нему, девчонки таяли рядом с ним и лишались последних извилин. По натуре, можно было назвать его лидером и сердцеедом. Ведь он вышел и умом и внешностью, но не характером.

Но, как правило, такие обычно и привлекают не окрепшие умы подростков, потому что за несносностью и дерзостью все видят уверенность и силу.

– Привет, ба, – сдержанно он обнял Виталину Аркадьевну. – Привет, – равнодушно скинул ладонь кверху, чтобы поприветствовать девчонок, лениво натягивая уголки губ. После чего заострил свое внимание на Кире. И со стороны было видно, что ему уже с трудом удается скрыть свой интерес, направленный в ее адрес, когда приподнимая солнечные очки ко лбу, он с любопытством стал оглядывать «сестренку» с ног до головы.

И не поймешь то ли с пренебрежением, то ли с восхищением.

Но глупой Кире все равно льстил этот жест. И смущал.

Что и было неудивительно, ведь она была в него влюблена с того самого момента, когда впервые увидела. Да, его чары не смогли пройти мимо и ее глупой головы. Она так же, как и многие, попала в его паучью сеть.

Что хуже для нее самой. Максим терпеть ее не мог.

Так он говорил себе и пытался убедить всех остальных в этом.

Но так было не всегда. Когда-то, будучи еще совсем детьми, братья и их новоиспеченная сестра часто проводили время вместе и радовались компании друг друга. Но после, скажем так, необдуманного поступка Киры, она стала для старшего персоной нон грата.

А еще «туземкой», «чужеземкой», «приемной» и, конечно же, «подкидышем».

Кира знала, что сама виновата в случившемся. Но честно, ее поступок не носил злого умысла. Просто наивный возраст сработал на руку взрослому.