Лето между нами

2

Так как у местного сельского клуба, где обычно любила зависать молодежь, был сегодня плановый выходной, Максим со своими здешними друзьями забаррикадировался в предбаннике, в своем излюбленном месте.

Из-за его усилий и стараний это место напоминало настоящую жилую комнату. Ведь именно Максим привел так называемую банную раздевалку в досуговый центр, где можно было проводить время за игрой на картах, бренча на гитаре, сколько угодно, при этом никому не мешая. И ночевать он мог тоже здесь оставаться, ибо и кровать в этом помещении тоже имелась. Убойная такая, с металлическими пружинами, которую когда-то Максим приволок из заброшенной скотоводческой фермы.

От Миши Кира узнала, что ребята планировали идти ночью собирать клубнику, а если быть точнее, воровать.

Это было одним из развлечений приезжих ребят, граничащих с отвагой и безумием и, конечно, адреналином. Собственно в поисках последнего, ребята пубертатного возраста и шли на подобные «подвиги».

Осиповы и подавно клубнику видели круглый год, поэтому «на охоту» Максим точно ходил ради увеселения, а не чтобы успеть запастись витаминами на зиму.

На территории плодосовхоза целыми полями выращивали клубнику, смородину, крыжовник, яблоки и дикую грушу.

И естественно все это добро охранялось денно и нощно, кроме яблок и груш, кстати.

Киру, конечно, в такие походы никогда не брали, мол,

«не женское это дело участвовать в подобном вандализме».

Хотя и Мишу тоже не звали, но там, в силу «неспелых лет». Несмотря на маленькую разницу в возрасте, для Максима он всегда оставался «малышней».

– А ты у Максима спросил? – приставала с допросом Кира к брату, который решил идти вместе со всеми за ягодой и звал сестру с собой.

– А чего нам Макс? Он что председатель совхоза или владелец этих полей? Просто сядем к ним на хвост и все тут. Не согласится, пойдем отдельно, вдвоем. Пффф, тоже мне, царь горы!

– Говорят, там кабаны дикие рыщут…

– Какие кабаны, Кира? Это в детстве нас запугивали подобной ересью, чтобы мы не смели далеко уходить…

– Ну, не знаю… И все же Максиму эта идея не особо понравится.

– Плевать я хотел, что ему понравится или нет, – продолжал раздраженно фыркать Миша. – Хоть клубники наедимся. У бабушки-то она не растет, – праздно подытожил он.

– А то ты ее не наелся, – ухмыльнулась осуждающе Кира. – Ты же только с моря вернулся…

– Это другое…

– Ну, конечно… – закатила она глаза и вздохнула.

Ей становилось не по себе только от одной мысли, что придется ввязываться в борьбу со старшим, ибо ей и так хватало той тягостной атмосферы, что витала между ними.

Но… и дома не хотелось сидеть.

И вот она дилемма.

Брат с сестрой завалились к парням в предбанник, где те коротали время, выжидая глубокой ночи, чтобы слиться с ней и тем самым остаться не замеченными охраной.

– Чего вам? – огрызнулся тут же Максим, когда их моськи нарисовались в дверном проеме.

Дверь была скрипучей, тем самым сразу же привлекла внимание всех.

Старший брат сидел, развалившись на кровати, скрестив ноги и упершись об стену с гитарой в руках.

– Мы с вами пойдем, – уверенно сообщил Миша и зашагал внутрь, пока Кира трусливо продолжала топтаться у входа, не найдя в себе ни силы, ни духа, чтобы войти.

– Куда-а-а? – театрально и с пренебрежением выпалил Максим в его сторону, продолжая перебирать струны на гитаре и, напевая:

Oh, baby baby, ты просто мышь
Ты словно точка, когда молчишь
Hо вас так много, в глазах темно
Я так хотел бы разбить окно-о-о…*

– За клубникой, – продолжал настаивать на своем младший из братьев.

Почему-то в этот момент все, кто был в помещении, засмеялись.

– Спать ты сейчас пойдешь, Робин Гуд. Утром поешь, так и быть принесу тебе, – потом он поднял взгляд на Киру, – и тебе. – Ненадолго их глаза сцепились в немом молчании, от чего сердце девчонки начало колотиться слишком активно и нервно. – Кароч, малышня, валите домой, – бросил напоследок Максим и продолжил петь, игнорируя присутствие надоедливых родственников.

Я ищу таких, как я
Сумасшедших и смешных
Сумасшедших и больных
А когда я их найду
Мы уйдём отсюда прочь
Мы уйдём отсюда в ночь

Мы уйдём из зоопарка-а-!А-а-а-а!
Мы уйдём из зоопарка-а! А-а-а!*

Парни подпевали, а голоса их дружного хора эхом уплывали вдоль картофельного поля, который расположился как раз за баней.

– Ничего страшного. Пойдем одни.

– А ты дорогу хоть знаешь? Там же такие дебри, что и днем-то можно заблудиться.

– Не сЦы, разберемся. И когда ты стала такой трусихой? – усмехнулся он. – Держи фонарь. Этот тебе, этот мне. А это сюда, – маленький алюминиевый бидон с крышечкой Миша закинул к себе в рюкзак.

Настроение у него было боевое, и, судя по всему, он вообще любил позлить брата, в отличие от остальных.

«Лучше пусть меня кабан несколько раз прожует и выплюнет, чем я попаду под красноречивую секуцию Макса», – лишь думала Кира про себя, уже желая отказаться от затеи идти с Мишей в этот крестовый поход, заведомо провальный, по ее мнению.

Но нет.

Мысли мыслями, а ноги пошли своей дорогой.

И вот они уже подобрались близко к тому самому полю, где их ждал поспевший урожай.

Кстати, днем сюда можно было спокойно прийти, и собрать клубнику вполне себе легально.

Но! Ты обязан был отдать навар охране, а тебе за это выдавали талон в магазин, где можно было закупиться продуктами. Такой своего рода оплачиваемый труд. Ты помогаешь государству собрать урожай, а оно тебе заслуженное вознаграждение.

Миша с Кирой пробрались незаметно на участок и распластались на холодной земле между кустами.

Запах стоял неимоверный! К тому же ветер, который немного разбушевался, разносил это ягодное благоухание повсюду, хлестая кончик носа и, посылая сигнал в мозг, из-за чего уже было сложно сдерживать поток слюны во рту.