Лето между нами

Глава 1

Соня прижала лоб к прохладному стеклу автобуса и наблюдала, как за окном мелькают бесконечные поля, сменяющиеся редкими домиками. Чем ближе к побережью, тем чаще в воздухе мелькали чайки, а в лицо будто бился солёный ветер, даже сквозь закрытые окна.

Она всегда любила море.

Ещё с тех пор, как в пять лет мама впервые привезла её к бабушке в Приморское. Тогда Соня целыми днями сидела на пирсе, болтая босыми ногами над водой, а по вечерам засыпала под шум прибоя. Потом были ещё поездки — каждое лето, пока мама не заняла должность главного редактора в журнале и не стала пропадать в командировках.

Теперь Соня ехала одна.

Автобус резко затормозил, вытолкнув её на раскалённую плитку остановки.

— Приморское, конечная! — крикнул водитель.

Соня огляделась.

Городок был таким же, каким она его помнила: разноцветные домики, выстроившиеся вдоль узкой улицы, ведущей к морю; старый маяк на скале; запах жареных каштанов, смешанный с солёным бризом.

Бабушка обещала встретить, но на остановке никого не было.

— Опять закрутилась, — вздохнула Соня, доставая телефон.

Сообщение от «Бабушка-Солнышко» гласило:

«Дорогая, задержалась в библиотеке! Ключ под синим горшком. В холодильнике пирожки с вишней. Целую!»

Соня улыбнулась.

Она взяла чемодан и пошла по знакомой дороге, где каждый камень знал её босые ноги.

Старушки на лавочках перешёптывались, провожая её взглядом.

— Мироновой внучка, — кивнула одна.

— Вылитая мать в её годы, — вздохнула другая.

Соня ускорила шаг.

Бабушкин дом стоял в конце улицы, голубой, с белыми ставнями и крыльцом, утопающим в герани.

Ключ действительно лежал под горшком.

Внутри пахло ванилью и старыми книгами.

Соня бросила чемодан, прошла в свою комнату — ту самую, с окном во двор, где на подоконнике всё ещё лежали ракушки, собранные когда-то.

Она присела на кровать и закрыла глаза.

Три месяца.

Три месяца без мамы, без подруг, без шумного города.

Три месяца тишины, моря и...

Телефон задрожал в кармане.

Лиза, её лучшая подруга, прислала сообщение:

«Ты уже там? Кстати, я записала тебя на конкурс на фестивале!»

Соня нахмурилась.

«Какой ещё конкурс?»

Ответ прилетел мгновенно:

«Ну, „Самый смелый поцелуй“. Но это же прикол! Расслабься!»

Соня покраснела.

За окном кричали чайки, а где-то вдали смеялся мальчик на велосипеде...

Соня развязала шнурки кроссовок, оставив их у порога, и потянулась, чувствуя, как усталость от дороги медленно растворяется в тишине бабушкиного дома. Она открыла чемодан и начала аккуратно раскладывать вещи по полкам: джинсы, футболки, любимую книгу с потрёпанными страницами. На дне лежала старая фотография — она с мамой на пирсе, обе смеются, а за спиной у них бескрайнее синее море.

— Ну вот, — прошептала Соня, ставя снимок на тумбочку. — Почти как дома.

Живот предательски заурчал, напоминая, что она не ела с самого утра.

На кухне пахло ещё сильнее — ванилью, корицей и чем-то тёплым, домашним. В холодильнике, как и обещала бабушка, ждал кувшин с вишнёвым компотом и тарелка пирожков. Соня откусила первый — тёплое тесто рассыпалось во рту, а кисло-сладкая начинка напомнила ей детство.

— Вот ради этого стоит приезжать, — засмеялась она вслух.

В этот момент в дверь постучали — сначала осторожно, потом громче.

— Сонь! Ты там? Открывай!

Соня узнала этот голос сразу.

Алиска стояла на пороге, загорелая, с растрёпанными ветром волосами и с ведёрком свежей клубники в руках.

— Привет, морская черепаха! — закричала она, бросаясь обнимать Соню. — Ты что, так выросла?

— Сама ты черепаха, — фыркнула Соня, но обняла подругу крепко.

Они дружили с пяти лет — с того самого лета, когда Алиска, тогда ещё маленькая забияка, толкнула Соню в воду, а потом, когда та расплакалась, принесла ей в подарок самую красивую ракушку.

— Бабушка твоя в библиотеке, встретила меня, сказала, что ты приехала, — Алиска прошла на кухню и высыпала клубнику в раковину. — Ну как дорога?

— Долгая, — вздохнула Соня, отодвигая тарелку с пирожками. — Бери, кстати.

Алиска тут же схватила один и с наслаждением откусила.

— О боже, твоя бабушка — волшебница.

— Я знаю, — улыбнулась Соня.

— Кстати, — Алиска вдруг оживилась, — ты знаешь, что завтра фестиваль?

Соня закатила глаза.

— Если ты про этот дурацкий конкурс…

— Ага! — Алиска засмеялась. — Лиза мне написала, что записала тебя.

— Она всем написала, что ли?

— Ну, мне-то точно, — подруга лукаво подмигнула. — Так что, Сонь, готовься. Завтра тебе целовать незнакомца.

Соня нахмурилась и швырнула в Алиску салфеткой.

— Ни за что!

— Ой, да ладно тебе! — Алиска откинулась на стуле. — Тут все свои. Да и потом…

Она замолчала, заговорщицки улыбаясь.

— Что «и потом»?

— Макс Бережной вернулся.

Соня на мгновение замерла.

Макс.

Тот самый мальчишка, который когда-то учил её завязывать узлы на пирсе. Который смеялся громче всех и мог запросто переплыть бухту туда и обратно.

— И… что? — Соня сделала вид, что ей неинтересно.

— И ничего, — Алиска пожала плечами. — Просто… вдруг он будет тем самым незнакомцем?

Соня фыркнула и встала, чтобы налить себе компота.

— Мечтай.

Но в голове уже крутилась мысль: «А что, если…»

За окном кричали чайки, а где-то вдали снова раздался смех — весёлый, беззаботный, как само это лето.

Алиска захлопнула за собой дверь комнаты Сони с таким видом, будто готовилась к важному совещанию.

— Ну, рассказывай! — плюхнулась она на кровать, поджав под себя ноги. — Что там в большом городе? Влюблялась хоть раз за этот год?

Соня закатила глаза, но улыбнулась.

— Если бы. У нас в лицее парни делятся на два типа: те, кто считает себя гениями и говорят только о ЕГЭ, и те, кто вечно ходит с надутыми губами, как будто весь мир им должен.