Летопись Магдакары: Лоза и Спора

Глава 9. Голос разума

Темнота накатывала не сразу — сначала по краям зрения, как если бы кто-то медленно стягивал чёрную ткань. Лоза на шее жгла корой, впивалась в шерсть и кожу.

Элвин попытался дёрнуть головой — не вышло. Попытался вдохнуть глубже — и понял, что воздух просто не проходит. В ушах зашумело, будто лес отдалился на много-много шагов. Он ещё различал голоса — Вейлы, Корна, чьи-то чужие слова, — но всё расплывалось, слипалось в вязкую массу, в которой не было смысла.

Лоза сдавила горло еще сильнее. Вот и всё…

— Астиль! — ровный командный голос разрезал нарастающую тишину на поляне.

Элвин не видел, откуда она пришла. Он только почувствовал, как по поляне прокатилась едва заметная волна, ознаменовав собой внезапное прибытие Сирры Невены верхом на Мраке. Мрак двигался так, будто земля под его лапами сама становилась мягче. Он остановился у самой границы поляны, повинуясь желанию всадницы. Сирра ловко спрыгнула с пантеры и окинула поляну быстрым взглядом.

Труп Келласа. Запах крови. Сизый дымок от брони пытальщика. И ещё — след Жара, который все ещё не выветрился: сухое тепло в воздухе, будто раскалённый металл только что вынули из горна.

Но все внимание Сирры сейчас было сосредоточено на Астиль, удерживающей Элвина и Каэра лозами. Одна — на шее лиса. Другие — держали зомби, стягивали его руки и ноги. Каэр не сопротивлялся, только смотрел из-под опалённых волос, тяжело, ровно, будто и правда уже полностью смирился со своей участью.

Элвин попытался ухватиться за момент прибытия Сирры, как за последнюю ветку над пропастью. Слова не складывались. Мысли рассыпались. Но он успел увидеть, как дрогнула Вейла — так, будто она хотела рвануться вперёд и не смела. Корн стоял неподвижно, но в его позе было что-то напряжённое. Как будто он чувствовал вину за то, что сам не остановил расправу Астиль.

— Астиль, немедленно отпусти их. — голос Сирры прозвучал ровно, как приказ, которому невозможно не подчиниться.

Но Астиль не подчинилась. Лоза на шее Элвина держалась все так же крепко, как и прежде.

— Даже и не подумаю! — голос Астиль был резким, и почти срывался на крик. — Элвин — предатель! Предатель должен быть казнён на месте!

Лоза сжалась. Перед глазами Элвина вспыхнули чёрные пятна. Он захрипел, пытаясь втянуть воздух, и услышал собственный хрип будто со стороны — чужой, гулкий.

— Астиль, — повторила женщина уже чуть жёстче, но всё так же спокойно. — Ты не можешь просто взять и казнить туманного лиса.

— Зато могу казнить изменника! Он напал на дриаду, освободил врага и помог ему бежать! — Астиль произнесла это и глаза ее вспыхнули гневом.

— Именем Совета Кроны приказываю тебе остановиться! — секунда, и в руках Сирры оказался лук с натянутой тетивой и стрелой, смотрящей прямо в грудь Астиль. Мрак сделал шаг вперёд. Оскалил зубы и угрожающе зарычал на Астиль. На миг в её глазах мелькнуло что-то, чего Элвин никогда раньше в ней не видел. Не ярость или гнев, и не обычная бескомпромиссная уверенность дриады, а ужас, короткий и злой, как вспышка боли.

Астиль замерла. Лоза на шее Элвина сжалась ещё на долю секунды — и вдруг ослабла, разом, так резко, что Элвин обвалился на землю всем своим весом, жадно хватая воздух ртом. Он кашлял. В горле жгло. В ушах гудело, но мир вокруг возвращался.

Каэра Астиль не отпустила, но лозы вокруг него зашевелились иначе. Руки и ноги стянуло плотнее, мертвеца повалило на бок, и он остался лежать на земле — полностью обездвиженный и опутанный, как добыча.

Астиль выпрямилась, заставляя себя снова выглядеть грозной. Голос у неё стал колючим, официальным — как у того, кто отступает, но хочет оставить за собой последнее слово.

— Как прикажете, Советница! — бросила она. — Посмотрим, что скажет Совет Кроны, когда узнает, что представительница Северо-Восточной Ветви направила оружие на дриаду и помешала свершиться правосудию! Я обязательно сообщу об этом Совету!

Сирра лишь удостоила Астиль снисходительным взглядом:

— Делай что хочешь, девочка. Уж с Советом я как-нибудь разберусь.

“Девочка” прозвучало из уст ловчей как пощёчина. Астиль яростно фыркнула. И всё же отступила на полшага. По всей поляне пронесся облегченный вздох и напряжение все это время царившее в воздухе будто мигом испарилось.

Вейла сорвалась с места. Упала на колени рядом с Элвином и начала быстро расстегивать подсумки на поясе.

— Элвин… — её голос сорвался. — Элвин, ты…

Она уже доставала осколки. Небольшие кристаллы, хранившие в себе магию Лозы, лежали у неё в ладони, как кусочки живого света. Вейла прижала один к груди лиса — туда, где под слипшимся мехом билось сердце, — и прошептала что-то так тихо, что Элвин не разобрал слов.

Лис ощутил, как тягучее тепло начало растекаться по его телу. Потом — будто кто-то начал стягивать разорванные нити внутри корпуса, связывать их, возвращать на место. Боль в лапе, которая ещё минуту назад была чёрной, глухой и бесконечной, начала отступать — не исчезла насовсем, но стала терпимой. Вейла провела пальцами по его шее — и Элвин почувствовал, как следы от пут Астиль перестают жечь.