Лицедеи. Жениться - не значит любить

Глава 31

По дороге домой никто из нас не проронил ни слова.

Мы не скрывали, как злились друг на друга, но не могли себе позволить устроить представление прямо в экипаже. Не понимаю, на что сердиться так мужчина напротив, что аж не стесняется напускано громко дышать и сверлить меня нехорошим взглядом.

Отвечала ему взаимностью: я была крайне недовольна тем, что нашу встречу прервали. Нет, спасибо, конечно, что появился в нужный момент и спас... но как он мог позволить Стражу завершить подготовку? Мы были так близки к разгадке!

Раз дело в ветре, то следовало научиться им управлять. Порознь у нас куда меньше шансов обучиться чему-то мало-мальски полезному.

Сделала мысленную пометку: "Вступать в переговоры с незнакомым мужчиной самостоятельно". Обычно такое поведение не одобрялось, но раз уж Советник сам был не прочь увести меня из библиотеки, придется в следующий раз вести себя напористей.

Добавила нотки вызова во взгляд, отчего Магнус нахмурился еще сильнее, как будто именно он был жертвой ситуации. Сколько еще он собирается ходить с этими угрюмым выражением? Если не перестанет, то рискует развить мимические мышцы.

- Куда ты? – наконец подал голос, стоило нам войти в замок.

- В библиотеку, - проговорила, не замедляясь. Столько времени ушло на дорогу – ни секундой больше не могу жертвовать.

Тем яростней взвилась, когда супруг перехватил меня за предплечье, останавливая на полпути.

- Что ты делаешь? – постаралась освободить руку.

После холода улицы его прикосновения болезненно обжигали, отдаваясь теплом даже в замерзших кончиках пальцев. Меня пугала такая реакция тела, особенно когда сердце начинало биться сильнее.

Ведь я знала, что это не от ярости. В моменты гнева дыхание замедлялось, а пульс становился таким же редким, как и в день, когда я застала мужчину в публичном доме. Сердце практически не билось - словно замерзшее.

Воспоминание отрезвило, возвращая волю к борьбе. Мне не хотелось, чтобы тело откликалось на его присутствие! Я заставила себя разозлиться. И пусть больше на себя, но все же мне удалось избавиться от странного наваждения.

- Что делаешь ты, Эйлинор? Ты хотя бы отдаешь себе отчет, чем могли закончиться ваши… опыты? – его голос стал настойчивым, почти командным. Но эта нотка намеренного терпения, заставляла меня чувствовать себя не зрелой женщиной, а каким-то безвольным ребёнком.

- Я отдаю себе отчет в том, что до состязания остались считанные часы. И мы должны были готовиться, - постаралась вести себя сдержанно. - Зачем вы вообще увели нас? Одного выхода на башню бы хватило – мы бы мирно продолжили в зале.

- Я в этом совершенно неуверен, - процедил, не разжимая хватку.

Я не могла не заметить, как его пальцы сжались ещё крепче. Вот только боли он на самом деле не причинял.

Окинула мужчину быстрым взглядом: его настороженная поза, широкие плечи, которыми он будто отгораживал меня от внешнего мира, мрачный, не ожидающий ничего хорошего взгляд... казалось, он воспринимал меня как нечто хрупкое, требующее защиты даже от дуновения ветра.

И это настораживало. Зачем ему вести себя как заботливый муж? Как человек, который бережно ко мне относится?

Я снова прокрутила в голове слова опытных дам про замкнутый круг неверности и бережливости. И ужаснулась:

Кажется, я хотела поддаться этому жестокому обману.

Испуганно перевела взгляд в сторону и тут же наткнулась на собственное отражение, возвращаясь в реальность:

- Либо расскажи о механизме полета, либо оставь меня в покое и занимайся своими делами, - глубоко вдохнула, приводя голову в порядок.

Как базарная бабка, ей богу. Волосы в беспорядке, несколько прядей уже на глаза упали, платье помялось, горло от едкости заболело. Позор.

В который мне хотелось сбежать, лишь бы скрыться от обаяния супруга.

- Ты – мое дело, Эйлинор.

Сердце предательски екнуло, рискуя разрушить всю ту собранность и уверенность, которую я с таким трудом проносила сквозь последние дни. Я не хотела ему поддаваться.

Прикусила щеку изнутри и процедила:

- Мило.

Если мужчина отчего-то опасается за мою сохранность, следует показать ему, что я адекватна. Придала лицу выражение легкой отчужденности и перестала вырываться.

- Магнус, позволь мне еще немного позаниматься. Завтра важный день, и я бы хотела подготовиться к нему как следует, - официально поведала и слегка улыбнулась.

Все как по учебнику.

- Сначала поешь, - неохотно разжал пальцы, но не отдалился. Лишь указал рукой в сторону трапезной. Раз так, то ладно. Перекус действительно лишним не будет.

Перекус перерос в полноценный ранний ужин, что отняло катастрофически много времени. Супруг не унимался и настаивал то на двойной порции, то на успокаивающих нервы травах, то на повышающих энергию отварах. С трудом вместив все это, негодующей и чуть более тяжелой походкой двинулась в сторону библиотеки.

Иного выбора, кроме как исполнить супружескую прихоть, не было: Магнус довольно ясно выразил свою позицию, заморозив все выходы, включая окна.

«Пока все не съешь, из-за стола не выйдешь», - мысленно перекривляла его речь, вспоминая неприступное лицо. Возмутительно!

«Ты практически не ела во время побега и еще не восстановилась после возвращения». Да кого это волнует? Я не успела даже навестить родителей из-за нескончаемого потока проблем, так что и еда может подождать.

Распахнула окно на нижнем этаже библиотеки и поднялась на балкон второго. К счастью, и там имелась небольшое окошко – да будет сквозняк. Достала из рукава несколько припрятанных манекенов и наколдовала крылья. Надеюсь, ими получится управлять на расстоянии.

Потому и нужен был второй человек – слишком много задач!

Перегнулась через перила, чтобы оценить расстояние, и тут же отпрянула, когда темная тень взвилась вверх, едва ли не врезаясь в меня.