Личная (не)приятность темного магистра

Глава 2

Мне случалось попадать в немилость за то, что способна предсказывать будущее, но за цвет волос впервые. И раз уж так, и понятно было, что повод наказать найдется в любом случае, решила оставить испачканный пол как есть. Уберу – куратор придумает еще что-нибудь. Интуиция подсказывала, что этот первый урок как раз его, а я привыкла верить себе.

Большую часть из оставшегося до занятий часа я посвятила тому, чтобы отволочь свой чемодан в выделенную комнату (она оказалась единственной на этаже среди кладовок), найти указанный шкаф (мимо такого монстра и захочешь – не пройдешь), переодеться, наскоро изучить распорядок и расписание, бросить в сумку учебники, чистые тетради и пишущие принадлежности.

На то, чтобы понять, куда идти, времени осталось мало, пришлось бежать. Одно хорошо, в брюках бежалось удобно, а длинный пиджак был почти как пальто. Комплектов в шкафу нашлось целых четыре: черный с фиолетовым, фиолетовый с черным, черный и фиолетовый. И это помимо других вещей. Но рассматривать внезапное изобилие было некогда. Я схватила с вешалки ближайший комплект и ученическую сумку.

Выскочила из комнаты, грохоча, спустилась по лестнице вниз, выбежала на улицу и, так же бегом обогнув башню, влетела в учебный корпус, надеясь, что тут, как на прорицании, найдутся таблички-указатели, а классы пронумерованы по порядку, а не как корпуса академии. И чуть сердечный приступ не схватила. Прямо напротив входа в холле, между двумя жмущимися по сторонам лестницами, находилось огромное живое зеркало, отразившее запыхавшуюся меня в полный рост пропорционально высоте. Отражение поплыло, съежилось до размеров меня настоящей, а эффект коридора остался.

Что значит живое зеркало? Если вам доводилось когда-нибудь, глядя на собственное отражение, испытывать легкое чувство тошноты, не касающееся несвежего лица и неопрятного вида, или вам казалось, что отражение запаздывает, за его спиной мечутся странные тени или присутствуют предметы, которых нет рядом с вами в комнате, поздравляю, ваше зеркало – живое.

Их еще называют зеркалами души. Общение с бестелесными сущностями при наличии этой штуки становится не просто менее затратным, имея при себе живое зеркало любой, даже не обладающий магическим даром человек способен пообщаться с почившей бабушкой, если будет знать, как.

Существует легенда, что все на свете зеркала на самом деле живые, только к каждому нужен свой ключ, как человеку имя. Если предсказатель или медиум знает это имя, может не только с неживыми говорить, но и подглядывать сквозь зеркало, как в окно, и ходить сквозь него, как через обычные двери, главное, чтобы размер позволял. В то, что находилось сейчас передо мной, можно было каретой въехать.

Первым из трех уроков в расписании значилась “Некромагия”, аудитория девять на минус втором уровне. Спуска вниз я, обойдя холл по периметру, так и не нашла. Табличка, указывающая на левую лестницу, недвусмысленно намекала, что там просто второй этаж, администрация и актовый зал, а правая вела к кафедрам некромагии и других дисциплин.

Уточнить было не у кого. Такое ощущение, что во всем здании ни одной живой души кроме меня. Или это потому, что занятия уже начались?

Кажется, выход только один, вернее, вход, – в зеркало с дрожащей, как водяной пузырь, поверхностью. К зеркалу, помимо моих неуверенных следов, вели и другие, и там же, у зеркала, обрывались. Вряд ли некромаги все как один владели левитацией или способностью растворяться в воздухе, так что я несколько раз глубоко вдохнула, радуясь, что ела достаточно давно, закрыла глаза и вошла.

Развлечение с живым зеркалом устроили однажды нашей подгруппе на одном из практических занятий. Нам предложили посмотреть на себя со спины в буквальном смысле. Для этого нужно было всего лишь сунуть голову в раму живого зеркала, чтобы тут же выглянуть из установленного позади другого.

Назначение ведра, принесенного лаборантом вместе обоими зеркалами, прояснилось тут же, как начались первые опыты. Не все адепты оказались достаточно тверды духом, чтобы добежать до уборной.

Зачем я закрыла глаза? Довольно сложно уговорить организм шагать в стекло, а когда не видишь, все получается само собой.

Кто бы еще предупредил, что лестница начинается сразу за зеркалом, без всякого перехода. Всего три ступеньки, но именно благодаря им я протаранила дверь аудитории, к счастью, той самой девятой, одновременно со звуком, будто кто-то ударил двумя медными блюдами.

Дверь медленно с душераздирающим скрипом закрылась за спиной, на меня, грачами рассевшись на длинных скамейках, молча и с благоговейным ужасом смотрели адепты в темном, а опирающийся локтем о кафедру преподаватель удивленно и с любопытством.

– Последний гонг для преподавателя, адептка…

– Ада… Ай… – стараясь совладать со сбивающимся дыханием, выдавила я.

Меня впервые подвела интуиция. Это был вовсе не встретивший меня в общежитии куратор, это был декан темного факультета Мортравен собственной седовласой персоной.

– Неважно, – поморщился мужчина на попытку представиться, словно звук моего голоса доставлял ему дискомфорт, – я все равно вас запомнил. Сядьте уже хоть куда-нибудь.

Пустой первый ряд был ближе всего.