Личная помощница для генерального

Глава 4

В такой, застывшей как каменное изваяние, позе и застаёт меня Ольга Геннадьевна.

– Котова, я же сказала тебе присесть, – обмахивается листами, пытаясь отдышаться, и буквально падает на своё место.

Бежала она что ли? Наперегонки с лифтом? Вообще-то Ольга Геннадьевна в неплохой физической форме.

– Так тут у вас как бы не на что, – делаю справедливое, между прочим, замечание, что неплохо бы всё-таки поставить хоть какую-то мебель, предназначенную для комфортного ожидания, только голос звучит неуверенно. Если уволят, так хоть доброе дело для других сделаю.

Бросаю ещё один беглый взгляд на закрытую дверь и сосредотачиваю внимание на Ольге Геннадьевне. Чего уж коситься, будто в смежном помещении пещера дракона.

– Вы что-то хотели? – напоминаю.

– Ах, да. Держи, протягивает мне листы, которыми до сих пор махала.

– Может, кондиционер включить?

Так-то здесь не душно, но мало ли.

– Нет, сейчас пройдёт. Значит, так, Котова… Софья Андреевна, – подсматривает моё имя в документе. – Что мне что тебя нужно… – начинает и вдруг замолкает.

Вопросительно смотрю на Ольгу Геннадьевну. Ей же приходится вести разговор, глядя на меня снизу вверх. Она раздражённо вертит в руках капиллярную ручку, и вздыхает. Я же стою перед ней как провинившаяся школьница в кабинете директора, не зная, за что мне сейчас прилетит. То, что прилетит, в этом я уверена.

– Да. Здесь однозначно не хватает стула, – высказывается и встаёт с места. – Я сейчас, – без всяких церемоний направляется в кабинет Кудимова.

– Эм… – вырывается из моего горла.

– Что? – Геннадьевна разворачивается уже у самой двери начальника.

– Артур Вадимович не один, – предупреждаю её, но вместо благодарности получаю вопросительный взгляд. – У него Ангелина, – объясняю.

Геннадьевна сильнее склоняет голову набок. Ничего не придумываю лучше, как показать руками прямые длинные волосы блонды.

– А-а-а… Ангелина, – Ольга Геннадьевна отмахивается, догадавшись, о ком я говорю, и опускает дверную ручку вниз, даже не постучав.

Не могу сдержать своего любопытства и, отклонившись назад, заглядываю туда же. Не знаю, что я там хотела увидеть, но Ангелина сидит на довольно приличном расстоянии и на стуле, а не на столе Артура Вадимовича.

– Артур Вадимович, прошу прощения, но мне нужен стул для Софьи Андреевны.

Что?! Ну так-то зачем?! Будто к ним особа королевских кровей пожаловала.

Я едва успеваю выпрямиться, как Кудимов лично выносит стул. Для меня.

– Прошу, – предлагает сесть.

Даже глаза поднять боюсь.

– Благодарю, – присаживаюсь на самый краешек, вызывая у директора смешок.

Ему-то можно смеяться – на нём автокредит не висит!

Не выдерживаю и кошусь на спину генерального, пока он не скрывается в своей пещере. Тьфу! Кабинете!

– Вот так намного лучше, – комментирует Ольга Геннадьевна, когда садится на своё место. – Они ужасно тяжёлые, а Артур Вадимович такой внимательный, – хвалит Кудимова, словно он может её слышать.

Или это такое правило – находить у начальства положительные стороны? Только мне вот лишний раз попадаться ему на глаза ни с какой стороны больше не хочется. Хватит, и так отличилась! Мало того, что Ангелину эту не пустила, так ещё и стул себе выпросила.

– Софья Андреевна, у вас образец анкеты для всех сотрудников. Нужно распечатать его, раздать и заполненные формы принести мне до семнадцати часов.

Неуверенно беру протянутый файл.

«Что за бред?!» – так и хочется спросить и задать кучу наводящих вопросов.

Это что, новый «креативный» метод, попахивающий кретинизмом? Не проще ли сделать это в электронном виде, сэкономив и время, и бумагу? Гринписа на них нет, честное слово!

Однако начальство не любит, когда их приказы обсуждают, поэтому я молчу, ворча про себя, что про всё это думаю.

– Это всё? – интересуюсь.

– Ознакомьтесь, – предлагает Геннадьевна, и я послушно опускаю взгляд на лист опроса, который осторожно держу в руках.

Они там, наверху, совсем с ума посходили? Я на минуту забываю, что на этом самом «верху» сейчас нахожусь сама. Ладно общие сведения, но указывать размер груди или цвет волос – это что за дурь-то? Или Кудимов себе таким образом помощницу выбирать будет?

Всё это время Геннадьевна не сводит с меня пристального взгляда. Не знаю, чего она ожидает, но накосячила я и так уже достаточно.

– Я могу идти? – намекаю, что до пяти вечера помимо этой ерунды у меня есть ещё и своя работа.

– Да, конечно. Жду результаты.

Ждёт она! Самой-то, видимо, стыдно нести людям такое.

Коллеги реагируют именно так, как я и ожидала, только наезжают при этом на меня.

– Так, моё дело маленькое: сказали – делаю. А ваше – сами решайте. Кто заполнит – отнесу Геннадьевне.

– Софи, а ты тоже будешь заполнять? – спрашивает Аня, наша новенькая. Она единственная зовёт меня на французский манер.

Как только не коверкают моё имя: и Софа, и Соня, и Софи.

– Буду.

– Котова, ты могла хотя бы спросить для чего это? – кривится Лаврова, бросая на меня высокомерный взгляд.

– Сходи к Геннадьевне и спроси сама, – предлагаю компромисс, прекрасно зная, что к Геннадьевне она не пойдёт – висяков много.

Лаврова фыркает, но от меня отстаёт. Да, пожалуйста.

– Девочки, а, может, Артур Вадимович себе невесту решил выбрать? – высказывает предположение Мария. – Для чего-то же они поставили размер груди, – хихикает.

– Хм… – щурится Лаврова. – Может помощницу тогда уж?

– Ой, девочки, я на всё согласная! – Маша мечтательно вздыхает. – Хоть невестой, хоть помощницей, хоть любовницей.

И обсуждение уходит в новую сторону. Кажется, дамочки решили серьёзно подойти к вопросу устройства личной жизни нашего генерального директора, и радикальным образом изменить статус его семейного положения.