Личная проблема наследника. Кодекс заклятых врагов

Глава 14.1 Его

– Это ведь закрытая часть резиденции. В смысле, закрытая от нас, – озвучила я очевидное. – Как ты здесь оказался?

Монтойя посмотрел на меня насмешливо:

– А ты?

Я вспыхнула:

– Просто скажи, ты сможешь найти это место еще раз?

– Спинероса, предупреди, если это не единичный случай, и ты шляешься в бессознательном состоянии и по ночам тоже. Как тебя вообще допустили до участия, если ты не можешь контролировать транс?

Наверное, потому, что прежде я с таким не сталкивалась, но просвещать Каспиана на эту тему я не собиралась.

– Монтойя, ты заноза в… – процедила я. – Неужели так сложно ответить?

– Несложно, но повозить тебя носом очень приятно. Ты же у нас самая умная, самая правильная, самая хорошая, всегда знаешь лучше всех… да, Габи?

Странные претензии Каспиана сейчас были не ко времени. Я снова показала ему неприличный жест, немного портя свой светлый образ в его представлении. В отличие от моей гувернантки, Монтойя не шокировался до обморока. Оно и к лучшему.

– Иногда мне кажется, что в тебе даже есть нечто человеческое. Если бы ты только не была…

«Спинеросой». Я мысленно закончила то, что он недоговорил.

– Полегче, мы даже не временные союзники, – напомнила я.

Нечто странное мелькнуло в его глазах. Оно появилось и исчезло так быстро, что я не успела разобрать, какая именно эмоция вырвалась на поверхность, но поежилась. Это было что-то очень сложное и напоминало то, что я увидела во взгляде Каспиана в вечер несостоявшейся помолвки, когда он выходил из отцовского кабинета.

– Да. Да, я смогу найти это место. А теперь нужно поторопиться. Здесь недалеко, и, как ты справедливо заметила, находиться тут нам никто не разрешал. Не хотелось бы, чтобы меня отсюда выперли, когда я почти у цели.

Я лишь развела руками. Ему указывать путь.

Монтойя двинулся к правому тоннелю.

– Ты ищешь свое место силы? – спросила я, просто потому, что идти в тишине стало неуютно. Не страшно, нет. Но оставаться вдвоем именно с Каспианом было странно.

– Молодец, Спинероса. Наверное, за такие очевидные выводы тебя и взяли, чтобы побыстрее отсеять.

Очень хотелось прицельно запустить чем-то ощутимым в широкую спину, маячащую передо мной. Если он злится из-за того, что ему нужно мое присутствие, так я тоже не в восторге!

– А распорядитель?

– Что распорядитель? – рыкнул Каспиан. – Да убери ты свои магсветлячки! Раздражает!

С этими словами он одним пасом зажег все факелы, установленные на стенах.

– А сразу нельзя было?

– Я прекрасно вижу в темноте.

Гад.

– Так что распорядитель? Кто это?

– Спинероса, ты здесь зачем? Притащилась на испытание, вот и испытывайся.

– Это что? Страшная тайна – имя распорядителя? – изумилась я.

– Гвидиче, – почти выплюнул Монтойя.

– Гвидиче? – я задумалась. – Я слышала только про Джемму Гвидиче. С недавних пор она стала публичной персоной, и, как я поняла, негласная опала рода закончилась. У тебя и с этой семьей проблемы?

Крайне любопытно, существуют ли те, кто не желает поправить Монтойе профиль?

А столь древний клан чем не угодил Каспиану? Спинероса оказались его недостойны, но какие могут быть претензии к тем, кто когда-то носил корону?

– У меня нет проблем с семьей Гвидиче. Особенно с леди Джеммой, – отрезал Монтойя. – Больше я на эту тему говорить не собираюсь.

– Значит, у тебя конфликт именно с распорядителем? – не отставала я.

Каспиан остановился так внезапно, что, следуй я за ним на пару шагов ближе, непременно врезалась бы в него.

– Габи, – Монтойя развернулся ко мне. – В какой момент ты решила, что ты – та, с кем я буду говорить по душам?

– Ни в какой, – замотала я головой. – Ты бездушный мерзавец.

Желваки заиграли на скулах Каспиана. Я испытывала странное удовлетворение от того, что мне удалось достать его до печенок. Жаль только, что я не понимала истинной причины реакций Монтойя. Это не позволяла бить в больное место раз за разом.

– Вот и не забывай об этом. Еще одно слово, Габи, и ты пожалеешь.

– Как тебя только допустили до испытания, если ты не в состоянии сдерживаться? – возвращая шпильку, я похлопала ресницами, как учила мама. Она всегда говорила, что если в обществе нужно сказать гадость, то делается это с самым невинным видом, чтобы в случае претензий можно было списать на разыгравшееся воображение собеседника.

– Ты даже не представляешь, насколько я сдержан, – Каспиан сделал шаг ко мне, и я с трудом удержалась, чтобы не отступить. – Не стоит проверять мои границы, Габи. Тебе может очень не понравиться, что я позволяю себе за их пределами.

Молчаливая дуэль взглядов продолжалась не меньше минуты.

– За мной, Спинероса. Молча. Ты справишься, я верю.