Личная ведьма княжны

Глава 6. Прощание с каторгой.

Всю ночь мы с матушкой проболтали, проговорили, обсудили все заклятия , какие мне
могут пригодиться, тайные и явные, случаи когда стоит отпускать свою силу и когда
лучше её припрятать, как потом мне найти матушку в Лесу и прочее, прочее, прочее... Родимая тяжело вздыхала, и я замечала, как в глазах её блестели слезы. Я сама еле сдерживалась, чтобы не разреветься, но старалась держаться, чтобы не расстраивать матушку ещё больше.
Чуть ли ни на самой заре нас вызвали к Спиридону. Я спрятала свои нарядные одежды и
надела то, что носила всегда у нас на каторге. Было очень раннее утро. Роса ещё не высохла. Первые лучи солнца освещали все вокруг мягким оранжево-розовым светом. Кое-где сонно кукарекали петухи, возвещая всех о начале нового дня. Идти босиком по мягкой росистой траве было очень приятно. А ведь это последние наши минуты на каторге! Жаль , с Ярославной не успеем проститься.
В начальственном тереме в приёмной комнате нас уже ждали. Ратмир и Добромил. Оба
в красных нарядных кафтанах, расшитых золотой нитью. Они стояли посреди палат перед нашим воеводой. Молочный брат Любавы держал в руках княжеский свиток с сургучной княжеской печатью. Ратмир, увидев меня легонько улыбнулся.
Спиридон сидел в своём большом деревянном кресле, чем-то напоминавшем трон Князя
Игоря. Да он и был местным князьком в нашем посёлке. Вся сила и власть в его руках. На лбу его залегла недовольная складка, ему явно не хотелось нас отпускать. Матушка на посёлке считалась лучшей
знахаркой, а Спиридон боялся болеть и при каждом чихе бежал к матушке за лечебным снадобьем. А я приносила ему самые вкусные и крупные ягоды. Других ведьм Лес тоже любил, но меня он всегда выделял.
-Тут помилование привезли на ваши имена,- заговорил наш воевода.
И по его слегка подрагивающему голосу я поняла, что он не просто недоволен, он в ярости.
-Можете собираться, - величественно велел он.
Мы с матушкой не сговариваясь бухнулись ему в ноги, бормоча благодарности. Любил он покорность.
-Идите, а я поговорю с нашими гостями, - великодушно отпустил нас воевода.
Мы с родимой попятились и как только вышли из палат припустили к хижине забрать
собранные вещи. Нужно быстрее, так просто Спиридон нас не отпустит.
Мы забежали в хижину, взяли свои узелки и выскочили на улицу. Не успели... У входа
нас уже ждал Кузьма со товарищи. Хитер Спиридон, не охрану отправил, а разбойников, будто бы он тут ни при чём. Главарь стоял грозно щуря свои бесстыжие глаза, с лица пропало его всегдашнее просительное выражение, которое всегда было у него, когда он приходил к матушке с просьбой залатать раны его подельникам после очередного их разбоя.

Кузьма

-Куда это вы собрались? – главарь местной банды смачно сплюнул рядом со мной.
Непроизвольно вздрогнула.
Я и раньше подозревала, что Кузьма делится своей добычей с нашими воеводами, иначе никто не дал бы ему так спокойно грабить проезжающих купцов в округе. А теперь так совсем в этом убедилась.
-Пусти, Кузьма! На наше имя помилование пришло, - я сделала шаг вперёд, но матушкина
рука крепко схватила меня за запястье и потянула назад.
Родненькая прошептала мне на ухо, что Спиридону нужно, чтобы я воспользовалась
ведьминской силой, тогда условия помилования не будут соблюдены, и его отменят.
-Пусти нас , Кузьма, мы же тебе столько добра сделали. Я же всегда твоих от ран лечила,
дочка кровоостанавливающую травку всегда тебе приносила, - матушка говорила мягко, просяще.
-И меня чуть в Навь не отправила твоя дочка,- вперёд выступил кривой на один глаз Логвин, тот
разбойник , которого я пырнула ножиком зиму назад. Он вдруг резко шагнул вперёд, схватил меня за руку и притянул к себе.

- Мне одному тогда не далась, а может нам всем её распробовать? – мерзко ухмыльнулся он.
Все противно заржали и явно были не против его предложения.
От Кривого несло потом и луком. Запах несвежей одежды и немытого тела был настолько противным, что меня замутило.
-Пусти,- я попыталась вырваться, но он держал крепко.

-Ты не слышал? Отпусти девчонку, - впервые я была рада слышать голос Ратмира.
-Иди отсюда по добру по здорову, барчонок,- оскалился Кузьма.
Что-то они совсем обнаглели, раз даже княжеского слугу отправляют восвояси.
Но Ратмир каким-то неуловимым глазу движением оказался рядом с Кривым, с силой выдернул
меня из его рук и подтолкнул к матушке. Сразу же он вытащил меч из ножен и встал в боевую стойку.
Я ехидно подумала, что с такой периодичностью попадания мной в неприятности, Ратмир
скоро потребует у Князя , чтобы меня охранял кто-то другой. А в это время вокруг нас разгорелся нешуточный бой. Кривой с подернутым яростью
лицом схватился за кинжал и ринулся на нашего с матушкой защитника. А вместе с Кривым ещё трое разбойников. Они никогда не дрались честно. Ратмиру ни за что с ними не справиться! Но не успела я моргнуть, как на моё лицо брызнули горячие липкие капли. Один взмах ресниц, и все четверо
бандитов лежат разрубленные у ног Ратмира, а кровь бьёт фонтаном из их тел.
-Кто следующий?-вальяжно спросил парень, а разбойники стали разбегаются, проклиная Спиридона с его заданием. Теперь понятно почему дружина князя с таким уважением относилась к Рамиру, и тогда из-за кикиморы не стали лезть на рожон. Он бы уложил бы их в два счета, может, с большими усилиями, чем разбойников, но справился бы точно. И почему именно он охранял Любаву тоже ясно.
Матушка, пока Ратмир был занят шайкой Кузьмы, еле слышно мне прошептала:
-Очень сильный колдун. Опасайся его, Заряна. Колдуны же чем сильнее, тем больше ведьм не любят.
В её глазах плескалось сильное беспокойство. Тут Ратмир развернулся к нам и, пытаясь
поймать мой взгляд, поинтересовался:
- Ты как, Заряна? Не испугалась? От вида крови в обморок не упадёшь?
На это его замечание лишь равнодушно пожала плечами. Я выросла в каторжном
поселке, где полным-полно лихих людей, здесь поножовщина и убийства – обычное дело. Он все
ждал моего ответа, обеспокоенно заглядывая в глаза, видимо удивился моему спокойствию. Поэтому выдавила из себя:
-Все хорошо.