Личное дело прокурора

Глава 1

— В отставку? Алексей, ты серьёзно?

— Да. Я уже послал заявление в Москву, в Геп, жду ответа. На замену, скорее всего, тебя выдвинут.

— Не знаю даже… — мой коллега Вадим забегал глазами по кабинету, который вскоре станет его. В этом я был почти уверен. — А что случилось? Не выспался, что ли?

Вообще-то и правда не выспался. После развода начал иногда страдать бессонницей, а потом ещё это…

— Просто как-то устал от всего.

— Отпуск возьми, слетай куда-нибудь к морю, отдохни, роман заведи курортный. Ты ж теперь холостой!

По привычке покрутил кольцо на пальце, которое всё ещё носил. Я не обижался на Катю, потому что понимал, почему ушла. А может, потому что уже и сам разлюбил. Но она была матерью моего сына, и это нас связывало.

Пусть уже прошёл год, всё ещё казалось неправильно новые отношения заводить.

— Какие романы, Вадим? Это не поможет. — Я махнул рукой. — Да и кому я сдался на пятом десятке, ещё и разведённый?

— Это ты зря, Михалыч, ты ж хороший мужик! Зря себя хоронишь! После сорока жизнь только начинается.

Понимал я, что Вадим пытался по-человечески подбодрить, да только он сказал это слово — «хоронишь», и у меня перед глазами сразу та картина.

Кладбище, серый камень, кованая калитка, куча венков с искусственными и живыми цветами, книга с поплывшей обложкой, а на надгробии портрет Татьяны с красивой улыбкой и эта странная эпитафия…

Никакой отдых и никакое правосудие это уже не исправит.

Когда узнал, что её подстрелили прямо на выходе из адвокатской конторы, где работала, сначала даже не поверил. Думал, просто злая шутка. Многие у нас тут не любили адвокатов. Особенно тех, кто часто выигрывал, а Акимова как раз была одной из них.

Но вот показали выпуск криминальных новостей, и… Сказать, что я охренел — ничего не сказать. Подумал — почему её-то? Она всегда была такой осторожной, принципиальной, упрямой…

Бывало, бесила, но на самом деле мало кто мог с ней потягаться. Работу свою Татьяна выполняла хорошо, иногда слишком. Не буду врать, сам иной раз заслушивался её речами на заседаниях. Она была настоящим профессионалом. За это и поплатилась.

Жалко, симпатичная, молодая, даже замуж не успела выйти. Жить бы да жить.

И почему-то не мог я больше занимать эту должность, зная, что Татьяну не вернуть. Она не придёт, чтобы попытаться выведать материалы дела, не перебросится парой фраз с девчонками-прокурорами, не станет спорить.

Наверное, это жалела проснувшаяся совесть.

Я ведь часто был строгим по отношению к ней, вредным. Придирался и «валил» в судах. Татьяна ещё колко шутила: «Вы прям как занудный препод с новенькой студенткой на зачёте, Алексей Михайлович».

Чесался язык ответить — тогда приходите на пересдачу. Но я молчал. Нельзя областному прокурору бросаться такими шутками в оппонента. Тем более, что тогда ещё женат был.

Хотя все кругом говорили, что я женат на работе. Да, может быть. Получается, сейчас тоже собирался «развестись». Только если в первый раз было жаль, что Катерина на меня двадцать лет убила, то теперь я ни о чём не жалел.

Нет, не так. Кое о чём жалел всё-таки.

О том, что так и не уговорил Акимову уйти из адвокатов в прокуроры, как ни старался. Как и во всём, она до последнего на своём стояла. Может, будь на другой стороне, под присмотром, этого бы не случилось.

Поздно уже об этом говорить, но всё-таки?

Я слушал рассказ Вадима о курортах вполуха, а сам вспомнил день, когда убившим её ублюдкам зачитали приговор, и заказчику, и исполнителю. Жаль, на вышку этих мокрушников посадить не получилось, только десять и пятнадцать лет выбил обоим.

А толку-то? Для меня это казалось чудовищно мало. Пятнадцать лет всё равно не вернут Татьяну, а её могила по-прежнему снилась.

Больше система ничего не могла мне предложить, чтобы успокоить. А какой спрос с прокурора, разочаровавшегося в законе и правосудии? Поэтому пока ещё не поздно, лучше уйти.

— Алексей, может, не будешь с плеча рубить? — спросил Вадим. — Я больше никого на этом месте не могу представить.

— Поздно, заявление уже ушло, а место всего лишь место. Да и ты справишся. Или не хочешь?

— Какой из меня областной? Столько дел… А если не вывезу?

— Не ной, я на произвол судьбы не оставлю. Посвящу в курс, время есть. Да и не денусь никуда, номер и адрес мой знаешь, так что можешь советы попросить. Подумай получше, Вадим. В крайнем случае, если поймёшь, что никак, другого вместо себя предложишь.

— Ладно… Не держать же тебя силой. Просто ты так неожиданно уйти решил, вот я и удивился… — Вадим почесал затылок и вдруг уставился на меня хитро. — А проводы будут, товарищ прокурор?

— Ну… Вообще-то я хотел тихо уйти, но с другой стороны, столько лет здесь… — Теперь и я оглядел кабинет с капелькой ностальгии. — Наверное, так и быть, немножко посидим. Только пока никому не говори, хочу сначала ответ получить.

— Не вопрос! Хотя, погоди, я кое-что вспомнил… Ты об отставке, случайно, не после суда Сомова задумался?