Личный демон ангела-хранителя

Глава 6: Сделка с нюансом

Кафе «Восход» было тем самым местом, которое Небесная Канцелярия в своих справочниках обозначала как «Нейтральная Территория Уровня 3-Б». На практике это означало унылое, безликое заведение с липкими столиками, тусклыми светильниками и запахом, в котором смешались ароматы пережаренного масла, слабой хлорки и многолетней тоски. Вид из запотевшего окна на грязный переулок довершал картину идеального места для сделок, о которых лучше не знать начальству.

Мина, материализовавшись в угловой кабинке за потрёпанной ширмой, сжала под столом руки в белых перчатках. Её крылья, невидимые для случайных посетителей, были плотно сложены, но каждое перо подрагивало от напряжения. Она нарушала как минимум пятнадцать основных протоколов, просто находясь здесь и ожидая его. Мысль о предстоящей встрече заставляла её ангельскую сущность содрогаться от противоречивых чувств — отчаяния, гнева и какого-то щемящего, запретного любопытства.

Воздух сгустился, запахло озоном и горьким миндалем. И появился он. Не вошёл через дверь, а просто возник из тени в противоположном углу дивана, словно всегда там сидел. Мина моргнула и внимательно посмотрела на него, до конца не веря в происходящее. Демон не сидел, а вальяжно раскинулся, закинув ногу на ногу. Черные, слегка широкие штанины приподнялись, и она заметила ярко-оранжевые носки и остроносые ботинки на платформе. Ее брови медленно поползли вверх.

— Ну что, ангелочек, — начал Дамир, не тратя времени на приветствия, — твои ангельские речи и вдохновляющие сны с треском провалились, и ты решила спуститься в нашу грешную преисподнюю за помощью? Я тронут. Полагаю, отчаяние — главный двигатель межкорпоративного сотрудничества.

Мина выпрямила спину. Ее глаза задержались на рубашке демона — верхние пуговицы были расстегнуты, рукава закатаны по локоть. Она потрясла головой, чтобы разогнать наваждение.

— Я здесь для заключения временного, строго ограниченного контракта. В рамках Приложения 9-Дельта.

— Ах, формальности, — Дамир томно вздохнул. — Обожаю их. Ты, наверное, уже составила протокол наших будущих встреч в трёх экземплярах? Согласовала с начальством?

— Я действую в рамках своих полномочий, — холодно парировала она, чувствуя, как закипает. Этот демон выводил её из себя с первых секунд. — Объект не поддаётся стандартным методам терапии. Его душа…

— … находится в состоянии восхитительного, густого, почти что философского нигилизма, — закончил за неё Дамир, его глаза весело блеснули. — Я ознакомился с делом. Парень не просто в отчаянии — он возвёл его в абсолют. И, должен сказать, отчаяние — лучшая почва для… роста. Правда, обычно в таких условиях растут ядовитые грибы, но и у них своя прелесть.

— Моя задача — не дать ему «прорасти» в вашу сторону! — вспыхнула Мина. — Я должна вернуть ему веру!

— Веру во что? В то, что мир прекрасен и справедлив? — Дамир усмехнулся, и к своему ужасу Мина отметила в его смехе что-то притягательное. — Он уже не ребёнок, милая. Его предали самым жестоким образом. Его мир рухнул. И вы предлагаете ему склеить осколки клеем, и сделать вид, что так и было нужно. А я… я предлагаю ему посмотреть правде в глаза. Мир — это грязная, сложная, несправедливая помойка. И единственный способ выжить в ней — принять её правила. Или написать свои.

Он говорил это с такой обезоруживающей, циничной искренностью, что у Мины на секунду перехватило дыхание. В его словах была своя, извращённая логика.

— Я не позволю тебя его сломать, — тихо, но с железной твёрдостью сказала она.

— О, я не ломаю, дорогая. Я… обнажаю суть. Снимаю розовые очки. Иногда вместе с кожей на переносице, но это уже детали. Итак, перейдём к сути. Что ты предлагаешь? Каков твой гениальный план по спасению души через сотрудничество с силами тьмы?

Мина глубоко вдохнула, вспоминая заготовленную речь.
— Мы работаем параллельно. Ты создаёшь… контролируемые кризисы. Ситуации, где он сталкивается с собственными тёмными мыслями. А я… я последую за тобой и предложу ему альтернативу. Светлый путь, исцеление. Мы покажем ему оба варианта, и его душа, видя контраст, сама сделает осознанный выбор в пользу добра.

Дамир расхохотался, и этот звук одновременно был прекраснен и отталкивал, словно треск ломающегося хрусталя.

— Блестяще! Добро и Зло в одном флаконе! Моральный бутерброд! Ты хочешь, чтобы мы устроили ему экзистенциальный кризис, ангелочек? — голос демона опустился до вкрадчивого шепота. — Мне и правда стало скучно от однообразных корпоративных предательств. Но, — Дамир поднял палец, — у меня есть условия.

— Какие? — насторожилась Мина, чувствуя, как по спине пробегает холодок.

— Во-первых, — начал он, загибая палец, — полный доступ и тотальная координация. Я хочу видеть всю твою ангельскую кухню изнутри. Все твои отчёты, все метрики, все эти трогательные графики «уровня надежды».

— Это совершенно неприемлемо! — возмутилась Мина. — Это конфиденциальная информация Канцелярии!

— Тогда сделка сорвана, — Дамир развёл руками с театральным жестом. — Наслаждайся в одиночку его творческим блоком и медленной духовной деградацией. И, я тебе обещаю, мы совсем скоро увидимся на его похоронах. Будет весело.

Мина стиснула зубы. Она знала, что он прав. Одна она уже потерпела сокрушительное поражение.Но то, что требовал демон, было слишком. Открыть ему все свои отчёты, все данные? Это было бы не просто нарушением протокола — это было бы предательством.

Она посмотрела на Дамира. На его самодовольную ухмылку, на огоньки насмешки в его пьянящих глазах. И вдруг поняла: демон проверяет её. Проверяет, насколько она отчаялась. Насколько готова унизиться.

— Нет, — сказала она тихо, но чётко.

Ухмылка на лице Дамира замерла.
— Прости, я не расслышал?

— Я сказала: нет, — повторила Мина, и голос её окреп. — Никакого полного доступа. Никаких отчётов. Это мое дело, и методы Канцелярии остаются конфиденциальными. Никакого обмена внутренней документацией.