Лидия и биоробот.

Глава 2.

Глава 2. Лидия: путь сквозь звёзды и пепел

Лидия родилась не влюблённой ночью и не во время грозы. Она появилась в лаборатории на шестом подуровне Генетического центра №7, под прицелом бездушных камер и ласкового взгляда своей матери — генерала Зои Элиссен. С первых минут жизни её окружала не только забота, но и молчаливое сожаление: генерал хотела сына. Хотела наследника, продолжателя фамилии, силу и уверенность, которую, как ей казалось, могла дать только мужская генетика. Но Зоя получила дочь — упрямую, цепкую и с ураганом в глазах.

Став старше, Лидия не оправдала ожиданий: она не тянулась к зеркалам, к кружевам или праздным разговорам. Её тянуло к тренажёрам, к боевым симуляторам и пилотажным кабинам. Пока другие девочки мечтали об идеальных биороботах, Лидия мечтала о космосе.

Она выросла в эпоху пепла. После Генной Чумы и последующего «Кода Полей» — биологического взрыва, вызвавшего мутации в Y-хромосоме, — человечество осталось почти без мужчин. Те, что выживали, рождались либо бесплодными, либо погибали в младенчестве от несовместимости с изменившейся атмосферой. Женщины взяли на себя ответственность за всё — науку, армию, правительство, строительство новых городов над радиоактивными пепелищами старых.

Мир изменился. Города теперь напоминали гигантские цветы, раскрывшиеся среди пепельных полей. Стеклянные купола защищали обитателей от оставшегося загрязнения, воздух очищался плазменными ветряками, а здания тянулись вверх, будто хотели достать до тех времён, когда небо ещё было синим. На улицах сновали дроны, в небе — патрульные корабли, а внизу, среди пульсирующих аллей и гладких поверхностей, люди учились жить заново.

Лидия поступила в Академию Флота, не сказав ни слова о том, кто её мать. Она пошла на курс разведки, самый тяжёлый и рискованный. Одна из немногих, кто сдавал зачёт по пилотированию на живой скорости, она чуть не потеряла сознание, но выпрямила маршрут и посадила капсулу с ювелирной точностью.

Она выучила шесть языков, в том числе Межгалактический общий, язык Командного Протокола и даже ксено-гортанную форму общения, которая была обязательна при контактах с разумными формами без речи.

Свою квартиру Лидия выбрала сама — небольшой модуль в одном из верхних ярусов Метрополиса-3, с обзором на западные стеклянные террасы. Окно открывалось не на закат — на голограмму заката, потому что реальное небо ещё слишком пепельное, чтобы в нём можно было найти красоту.

В комнате было скромно: мультифункциональный стол, кровать с гравитационным комфорт-слоем, интуитивная панель управления и один живой элемент — собака. Настоящая. Генетически восстановленная овчарка по имени Астра. Её ей подарила мать... задолго до следующего подарка.

На выпускной инициации, когда Лидия получила официальное назначение в разведывательный отряд, мать, несмотря на отказ дочери от протекции, прислала ей подарок. На коробке был всего один штамп: "Собрано вручную. Одобрено для физического и эмоционального контакта".

Его звали Антон. Биоробот с лицом актёра эпохи старины, с короткой платиновой стрижкой, идеально выверенной мускулатурой и взглядом, будто бы он понимал больше, чем должен. Он был всё, чего хотела бы другая: заботливый, молчаливый, почти идеальный.

Он готовил ей завтрак, подогревал воду в душе, ухаживал за Астрой и, что самое странное — никогда не навязывался. Только иногда — в редкие вечера, когда Лидия приходила с учений уставшая и злая, — он протягивал ей кружку с чаем и садился рядом молча.

Мать обиделась. Она не появлялась в квартире, не писала, но Лидия знала — она следит. Через офицеров, через отчёты, через отголоски военных баз данных. Но дочь своего пути не меняла.

Она — капитан. Самостоятельный, признанный, проверенный в условиях симуляций и реальных вылетов. Команда, которой она теперь командует — всё женщины, прошедшие отбор под её руководством. Лидия не выбрала биоробота как партнёра, не выбрала украшенный путь — но она выбрала небо.

И теперь, когда её миссия — исследование аномалий в удалённом секторе Д-17 — приближается, она чувствует, как звёзды зовут её по имени.

Что-то ждёт её там. Она не знает, что именно. Но точно знает одно:

> На Земле её держит только гравитация. А сердце — уже давно среди звёзд.