Лидия Яговская. Детство это вам не шутки

Глава 3

Как только я начала выскальзывать из оков хмельного обморока, мой слух, как натянутая струна, уловил каждый звук вокруг, хотя глаза я все еще не решалась открыть. Но вопреки ожиданиям, лесная тишина не нарушалась ни шорохом листьев, ни пронзительным говором кота. Это вызвало во мне облегченный, хоть и настороженный вздох. «Значит, все это были лишь глюки...» — подумала я, пытаясь убедить себя в этом.

Когда же, наконец, открыла глаза, передо мной предстала не привычная прохлада больничных стен и сверкающих белизной натяжных потолков, а тесный деревянный потолок из потемневших от времени досок, словно в хижине глубоко забытых лесных угодий. Оглядевшись, я поняла — я лежу на печи, чугунный край которой горячо отдавал тепло моему телу. Стены были покрыты старой липкой паутиной и сотнями мелких узоров, похожих на древние руны, а в углах притаились тени, словно ожидая своего часа. Но больше всего внимание привлекали нитки, на которых висели сушёные змейки и скрученные фигурки крыс, словно это было не просто украшение, а часть какого-то зловещего ритуала.

Вся эта избушка напоминала избу Бабы Яги — ведьмином жилище из сказок моего детства. Воспоминания о том, как я когда-то потерялась в декоративном парке сказок, нахлынули на меня. Тогда, в поисках укрытия на ночь, я забежала именно в такую избушку с изогнутыми до земли крышами и закопченными окнами. Меня нашли раньше, чем я успела расслабиться на лавке около печи. И сейчас, я почувствовала тот трепет в ожидании исследования, как будто сама судьба вновь открывала передо мной двери в мир чудес.

Как только я решила слезть с печи, дверь в избушку отворилась, и на пороге застыла девушка. Её лицо, обрамленное роскошной рыжей кудрявой гривой, украшали еле видимые гусиные лапки около глаз, а на висках начинала проступать седина, словно она была хранительницей древних тайн. Одета она была в облегающую белую майку, расстегнутую рубашку в зеленых тонах и белые джинсы, которые, казалось, сливались с окружающей природой. Возраст её, на мой взгляд, колебался от тридцати до тридцати пяти лет, но в её глазах светилась мудрость веков.

Увидев, что я проснулась, незнакомка улыбнулась, и её голос, строгий, но с отчетливыми старческими нотками, прозвучал как мелодия из далекого прошлого:

— Лииииидушка, лучик мой солнца, как ты?

С этими словами девушка подошла ко мне. Она легко, словно я весила как перышко, взяла меня на руки и поставила на скамейку у печки. И тут меня осенило. Хоть я и стояла на лавке, девушка была мне по подбородок.

— Что за… Кто вы? — произнесла я, оглядываясь вокруг. Я была в том же платье, в котором оказалась в своих странных видениях, и оно так же было мне велико, словно я надела одежду своей старшей сестры. Ткань мягко касалась кожи, но в ней не было ни капли тепла.

Пока я пыталась осмыслить происходящее, женщина, стоявшая передо мной, начала недовольно говорить:

— Лида, ну ей ежики, что ты как несмышленый медвежонок себя осматриваешь? Забыла меня? А я ведь говорила этому упрямцу, не забирать тебя!

Её голос звучал как мелодия, знакомая и в то же время чуждая. Я не могла вспомнить, откуда она мне известна, но в её словах была такая теплота, что я невольно почувствовала себя в безопасности. Она помассировала виски, словно пытаясь разогнать туман в своей голове, и вдруг достала прозрачную колбочку, наполненную жидкостью, которая на первый взгляд казалась обычной водой.

Подойдя ко мне, она вылила её на меня. В тот же миг мир вокруг меня закружился, и, как по волшебству, я снова упала в обморок. Перед тем, как окончательно закрыть глаза и окунуться в забытые мной воспоминания, я почувствовала, как незнакомка подхватила меня на руки, прошептав:

— Ладушка, бабушка очень тебя любит. Вспомни всё, живая вода поможет.

Слова её звучали как заклинание, и в этот момент я поняла, что моя жизнь больше никогда не будет прежней. Вспышки воспоминаний начали проноситься перед моими глазами: леса, полные магии, таинственные существа, и, возможно, даже тот самый кот, который стал началом всего. Я знала, что должна вернуться, чтобы разгадать тайны, которые хранили в себе эти волшебные земли.

Воспоминание:

— Лидия, я ухожу. Будь хорошей девочкой, и в конце лета я заберу тебя с собой, — произнес отец, нежно погладив меня по голове, прежде чем исчезнуть в тумане. Я, полная радости, бросилась навстречу рыжеволосой девушке, которая распахнула объятия, словно сама природа приглашала меня в свой мир.

— Бабушка Шура, как я счастлива тебя видеть! — пролепетала я, обнимая её крепко, словно искала защиту в её тепле. — Где же тот котик, которого ты мне показывала?

Улыбка бабушки стала ещё шире, когда она отпустила меня, заставив повернуться. И вот, передо мной стоял кот, величественно поднявшийся на задние лапы. Его шерсть, черная, как воронье крыло, резко выделялась на фоне ярко-зеленого леса, окружавшего бабушкину хижину. Он был мне по пояс , хотя мне было уже 15 лет. Но я не испугалась — с бабушкой мы общались через волшебное зеркало, и я знала о его необычных способностях. Разве это глупо — верить в магию? Я верила, и не зря.

— Мрм мяу... Александра, с каких пор я стал котиком? — произнес кот, слегка угрожающе поправляя очки на своем носике. Я, не дождавшись ответа, подбежала к нему и обняла, несмотря на его недовольство. Он не оттолкнул меня, и я почувствовала, как его сердце бьется в унисон с моим.

— Баюн, не сердись, детям ты нравишься! Смотри, как сильно, — весело заметила бабушка, наблюдая за нашей игрой.

Я, не удержавшись, потянулась к его хвосту, и тот, издав визг, прыгнул на ближайшее дерево, словно дух леса.

— Мяурм! Чтобы меня, главного хранителя сказок Баюна Явкина, ловили за моё достоинство — не бывать этому! — произнес он, доставая из ниоткуда зеркальце. Нажав на него, кот исчез, оставив лишь легкий шлейф магии в воздухе.

— Б... бабушка? Я убила котика? — воскликнула я, обернувшись к женщине.

Посмотрев на меня с легким укором, бабушка покачала головой, словно я была неразумным щенком, заблудившимся в собственном дворе.