Лидия Яговская. Детство это вам не шутки

Глава 4

— Александра, помоги нам! — воскликнула женщина, ее голос звучал, как последний крик отчаяния, разрывающий тишину леса. Она стояла в золотом бальном платье, сверкающем на фоне зелени, словно яркая звезда, потерявшаяся среди мрачных деревьев. Смахивая слезы, которые казались слишком театральными, она напоминала героиню из сказки, пришедшую за помощью.

— Ох, а что теперь без лести, без приветствий? — произнесла бабушка, ее голос был полон иронии. Уперев руки в бока, она смотрела на гостей с легкой усмешкой. — Вчера чуть ли не принца в подарок мне за царевну хотели отдать, а сейчас… фи! Как-то скудно.

Ее слова, полные насмешки, разносились по лесу, и даже ветер, казалось, замер в ожидании. Мужчина, стоявший рядом с женщиной, сжал кулаки, его лицо исказилось от гнева. Он шагнул вперед, его голос стал грозным, как раскат грома.

— Яга… Не заставляй меня впускать в лес армию на ее поиски. Мы пришли к тебе повторно, ведь хотим, чтобы было все без жертв.

Как только он произнес эти слова, бабушка, словно древнее существо, пробудившееся от долгого сна, разразилась гневом. Ее рыжие волосы, как огненные языки, взметнулись вверх, подхваченные порывом ветра, который, казалось, мог не только поднять ее прическу, но и вырвать из земли многовековые деревья, окружающие ее дом. Гости, стоявшие рядом, еле могли устоять на ногах, их тела с каждой секундой сдувало на сантиметры прочь от этой вихревой ярости.

И вдруг, среди гудения ветра, я услышала голос… чужой, глухой и грозный, от которого по мне пробежали мурашки, а волосы встали дыбом. Он звучал, как будто сам лес заговорил, и в его словах скрывалась угроза, способная разбудить самые темные страхи. Я поняла, что в этом лесу, полном магии и тайн, все было не так просто, как казалось на первый взгляд.

— Птичье отрепье… ты смеешь угрожать мне, сукин сын? — прорычала бабушка, ее голос звучал, как раскат грома, раздающийся в тишине леса. — В мой лес… в лес Яговской! — последнее слово она произнесла с особым акцентом, словно хотела напомнить ему, что не считает себя Ягой, а лишь хранительницей этого места. — Ты хотел привести маленьких ребятишек, которые не пройдут и метра, как я их убью?

На этих словах я нервно сглотнула. В силу своей мечтательной натуры я часто погружалась в мир фантазий, забывая, что в каждом человеке, даже в самых добрых, есть хотя бы капля жестокости. Тем временем бабушка продолжала:

— Не отдам вам Василису! Если она захочет, сама придет. Хотя, честно говоря, сомневаюсь, что она вернется к матери, которой нужен только мужик рядом, и к отчиму, который даже не удосужился запомнить ее имя.

Бабушка, не желая больше слушать их, резко взмахнула рукой. В этот момент деревья вокруг расступились, открывая короткую тропинку, ведущую к замку, который едва виднелся вдалеке, словно призрак из сказки. Гости, не желая испытывать судьбу, начали двигаться прочь, но мужчина все еще смотрел на бабушку, его взгляд полон ненависти и угроз, пока они не скрылись из виду.

Я почувствовала, как напряжение в воздухе постепенно утихает, но в душе оставалась тревога. Бабушка, казалось, была не просто защитницей леса, но и его самой темной стороной, как показалось мне на тот момент.

Заблудившись в своих мыслях, я не заметила, как женщина вернулась в избу. Дверь скрипнула, и в комнату вошла моя бабушка, её силуэт окутывал мягкий лунный свет, пробивавшийся сквозь окна. Увидев меня, прижавшуюся к окну, она резко ударила по голове, и в воздухе повисло напряжение.

— Лидия, подслушивать — не хорошо! Как тебе не стыдно? — её голос звучал, как грозовой раскат, полон недовольства и заботы. Но, учитывая, что происходило на улице, это было лишь легким дуновением ветра, не способным затмить бурю, бушующую в её душе. — Ложись спать, дитя. Завтра начнётся твоё обучение.— сказала она это с такой грустью, что сердце мое екнуло.

С этими словами она облокотилась на стену, и её веки медленно опустились. В этот миг мне показалось, что передо мной стоит не женщина молодой наружности , а старая, но удивительно сохранившаяся бабушка, которой было уже семьдесят, которой в общем то она и должна являться. Её лицо, обрамлённое седыми волосами в корнях которые после перерастали в красивый огненнорыжий цвет , излучало мудрость, а в глазах светилась искра, которая могла бы зажечь целый мир. Я, не раздумывая, протянула ей руку, пытаясь помочь, но она лишь отмахнулась, как от назойливой мухи.

— Лидия, ложись спать. Завтра трудный день, — повторила она, и в её голосе звучала неумолимая сила, от которой невозможно было укрыться. Я знала, что её слова не просто предостережение, а обещание чего-то великого и неизведанного.

Несмотря на её упрямство, я помогла ей забраться на печь, где она устроилась, как будто это было её трон. Я предложила ей лечь на кровать, но она лишь покачала головой, не желая менять своё место. В её глазах читалась решимость, и я поняла, что спорить с ней бесполезно. Мысленно радуясь тому что идею с лавочкой бабушка все же отсекла.

Укрывшись одеялом, я прижалась к Василисе, и сладкий сон окутал меня, как теплый плед. В глубине души я знала, что завтра начнётся что-то необычное, что-то, что изменит мою жизнь навсегда.

Как только я с трудом разлепила свои упрямые глаза, в горницу ворвался солнечный свет, заливая каждую щель золотистым сиянием. Я улыбнулась, и, повернувшись на другой бок, ожидала увидеть Василису рядом — но её не было.

— Где же она? — тихо прошептала я, ощущая легкую тревогу, как будто что-то важное ускользнуло из-под моего взгляда.

Полежав ещё немного, я поднялась и направилась к бабушкиному шкафу, который стоял в углу, словно хранитель семейных тайн. Возможно, для кого-то это показалось бы наглым, но в нашей семье всё общее... или хотя бы сегодня я решила сделать себе такую поблажку. Открыв дверь, я испытала шок — внутри не было ничего, хотя вчера бабушка брала оттуда две рубашки для нас.

— Какой же бесполезный шкаф… Ни единой одежды, — пробормотала я, глядя в пустоту, словно искала ответ на вопрос, который не имел смысла.