Лифт

1

Глава 1: Лифт для элиты
Понедельник в «Атлант-Групп» всегда напоминал идеально отлаженный часовой механизм: холодный блеск мрамора, тихий шелест кондиционеров и сотни людей в дорогих костюмах, передвигающихся с лицами, полными экзистенциальной важности.
Таисия Орлова в этот механизм не вписывалась. Она влетела в стеклянные двери главного холла за три минуты до начала рабочего дня, больше напоминая огненный вихрь. Один каблук ее лодочки подозрительно пошатывался после спринта по брусчатке, рыжие кудри вырвались из-под заколки, а в руках она сжимала сумку, из которой предательски пахло свежим круассаном.
— Нет-нет-нет, только не сегодня! — прошептала она, глядя на табло общих лифтов.
Очередь была такой, будто там раздавали бесплатное жилье. Цифры на табло замерли. 32-й этаж казался недосягаемым, как вершина Эвереста. Взгляд Таси метнулся вправо. Там, в нише, бесшумно раскрывались двери отдельного лифта. Без очередей. Зеркальный, сияющий и пустой. Ну, почти пустой.
Не раздумывая ни секунды, Тася совершила прыжок, достойный олимпийской сборной.
— Постойте! — выкрикнула она, всовывая ладонь в закрывающиеся створки.
Сенсоры сработали, двери неохотно разошлись. Тася ввалилась внутрь, едва не сбив с ног единственного пассажира. В лифте пахло кедром, дорогим табаком и пугающей уверенностью. Мужчина, стоящий у панели, выглядел так, словно его только что вырезали из цельного куска гранита. Ледяные серо-стальные глаза и выражение лица, транслирующее миру: «Вы все меня раздражаете».
Марк Демидов медленно опустил взгляд на рыжее недоразумение, попирающее пол его личного лифта. В его глазах отразилось холодное бешенство.
— Вы ошиблись, — голос его был низким и сухим. — Это частный лифт.
Тася, которая в этот момент пыталась на ходу надеть слетевшую туфлю, балансируя на одной ноге, даже не подняла головы.
— Ой, да ладно вам! Не будьте таким суровым, — выдохнула она, наконец справившись с обувью. — Я ужасно опаздываю. Первый день, практика, тридцать второй этаж. Если я зайду позже начальника, меня в первый же день живьем съедят.
Она выпрямилась и только теперь встретилась с ним взглядом. Мужчина не нажимал кнопку. Он просто смотрел на нее, и этот взгляд мог бы заморозить небольшой океан.
— Выйдите. Сейчас же.
— Ну куда я выйду? Там очередь до самого Китая! — Тася беззаботно махнула рукой в сторону закрытых дверей. — Не обращайте на меня внимания, я совершенно не помешаю. Места тут много, прямо танцпол можно устроить. Вы езжайте на свой этаж — вы же наверняка большой босс. Я сначала с вами прокачусь до самого неба, а потом тихонько спущусь на свой тридцать второй. Чтобы вы не тратили время на лишнюю остановку. Мое время дешевое, а ваше небось миллионы стоит.
Лифт мягко тронулся. Марк Демидов впервые за свою карьеру не нашелся, что ответить. В его личное пространство ворвалась девчонка с растрепанными волосами и предложила устроить «танцпол».
Он молча смотрел, как она выуживает из сумки зеркальце.
— Ужас, — констатировала она, приглаживая вихры. — Ветряная нимфа после шторма. Кстати…
Она повернулась к нему, не обращая внимания на его ауру смертоносного спокойствия.
— Вы бы расслабили лицо, а то к тридцати годам морщины будут такие, что никакой ботокс не возьмет. Улыбнитесь, мир не рухнет.
Она присмотрелась к нему внимательнее, склонив голову набок, и вдруг ее лицо осветилось совершенно искренним, детским восхищением.
— Ого... Знаете, а у вас потрясающий профиль. Прямо как на античной монете. Такой... — она покрутила ладонью в воздухе, подбирая слово, — породистый и честный. Вам, наверное, очень трудно быть таким красивым и при этом сохранять такой грозный вид. Тяжелая ноша, да?
Марк замер. Он привык к лести. Ему говорили, что он влиятелен, статен, блестящ. Но «тяжелая ноша быть красивым»? Сказанное с такой легкой, доброй усмешкой, это звучало не как подкат, а как констатация забавного факта.
Демидов почувствовал странный жар. Кровь, вопреки его железной воле, прилила к скулам. Он — человек, который заставлял министров бледнеть, — вдруг почувствовал, как по лицу разливается предательское тепло от слов какой-то девчонки в кедах (одну из которых она уже успела переобуть, достав из сумки).
Он резко отвернулся к зеркальной стене, чтобы она не заметила его замешательства, и судорожно нажал на кнопку «32», которую до этого принципиально игнорировал.
— Вы уже задержали меня, — процедил он, борясь с желанием снова на нее посмотреть.
— Эй, я же сказала — я не хотела! — возмутилась она, подхватывая сумку. — Но за остановку спасибо. Вы суровый, но добрый в душе, я так и знала. Галстук, кстати, отличный. Подчеркивает цвет глаз.
Двери открылись. Тася выскочила на тридцать втором этаже, на ходу обернувшись:
— Удачного дня, мистер Грозный Профиль! И не хмурьтесь, вам не идет!
Створки сошлись. Марк остался в тишине. Он посмотрел на свое отражение. Скулы все еще розовели.
— Породистый и честный? — прошептал он сам себе, поправляя галстук.
В этот момент он еще не знал, что его идеально распланированная жизнь только что полетела к чертям вместе с этой рыжей макушкой.