Лили Джорданс и Книга Зла

9. Не находишь ли это странным, а, Лилс?

Резким скачком, буквально в воздухе, Алекс профессионально припарковался, врезавшись в дерево рядом с кондитерской. Итог был таков: оба прочесали своими телами землю, собрали максимальное количество ссадин и синяков. У парня стремительной струей текла кровь из носа, но спасибо чуду, очки остались невредимы. Кирпичи, мирно отдыхающие в тачке, разлетелись во все стороны и скололись на тысячи кусочков. Привыкшая к сильным и внезапным падениям, Лили неуклюже поднялась с земли и поспешила помочь Алексу. В это время, шокированный Шеймус, открыв рот от удивления, уже представлял в своей голове, какое замечательное впечатления они создадут у его матери. Почёсывая рукой затылок, он ждал, пока ребята придут в себя. Но эти двое и не думали расстраиваться, наоборот, перекинувшись взглядом, они начали громко смеяться.

– Я конечно хотел, чтоб вы нашли общий язык, но... – наконец выпалил он, – вы двое одинаково долбанутые.

– Забавно, а мне даже понравилась, – затыкая рукавом кофты левую ноздрю сказал Алекс.

– Что, теперь я могу называть тебя как все, Алом? – усмехаясь спросила Лили, отряхивая ему спину от пыли.

– Аналом, блин! Там вас моя мама ждёт вообще-то! – Шеймус негодующе покачал головой и зашёл внутрь заведения. Алекс повернулся на девочку и положительно моргнул глазами, давая разрешение.

Ребята проследовали за другом, и оказались в месте, больше напоминающем сахарный домик. Пол был выложен блестящей плиткой двух цветов - чёрного и лилового. Стены были обклеены полосатыми обоями, и на них висели различные картинки пирожных и карамелек, в деревянных рамках. Чёрные дубовые столики и прилавки придавали некую солидность заведению.

За одним из таких столиков расположились члены семьи Фримен. Женщина средних лет, с серой кожей и очень короткой стрижкой. В её глазах можно было разглядеть вселенскую печаль и безграничную любовь одновременно. Были эти чувства адресованы этому месту или её детям - не ясно. Рядом сидела уже знакомая девочка Алья, младшая сестра Шеймуса. А так же сёстры Милтры, Ли и Масик, жадно поедающие сладости. Шеймус сел за стол рядом с матерью и рукой показал на свободные стулья. Моментально взгляд женщины переключился на двух искалеченных подростков.

– Великие короли, Дети! Что с вами приключилось? – рукой она начала опустошать пластиковую салфетницу, – Ну-ка, ближе, не стесняйся!

Женщина потянулась к Алексу и начала старательно вытирать подсохшую кровь с его лица. Он лишь недоверчиво смотрел на её аккуратные действия. Лили ерзала на стуле, а из её живота звучали завывающие песни китов. Мама Шеймуса громко щелкнула пальцами, и уже через минуту им принесли порцию эклеров.

– Давайте знакомиться, девочки и мальчики. Как вас зовут? Меня Анфиса, можете обращаться как угодно, – она скрестила пальцы напротив своего подбородка.

– Меня Лили, – Алекс поперхнулся и начал сильно кашлять, – А его Алекс.

– А что же такое стряслось? – она сузила глаза, присматриваясь к увечьям.

– Они видно сильно торопились! – смеясь фыркнула Мэри, обнаружив нехватку салфеток на столе.

– Ну хоть очки у дурака целы, – подхватила её идею вторая.

– Ох, ну ладно он, он же парень, а ты-то, Лили! Ты же девочка, должна быть чистенькой и опрятной! – девочка кинула на неё косой взгляд, а Шей развернул голову с открытым ртом, готовясь разжечь спор. Женщина расправила перед ним ладонь, отрезав возражения.

«Ты же девочка, ты не должна себя так вести» – одна из самых частых и надоедливых фраз, которую слышала Лили. За счёт своей вечной неуклюжести, она часто ударялась или пачкалась. Именно этот навык, кажется, прокаченный до высшего уровня, мешал ей понравиться родителям приятелей или учителям. Но если не выходит по другому, что ей поделать? Взрослые часто говорят «не судите книгу по обложке», сами выбирая друзей для своего Чада по обертке.

– Зато, благодаря примеру Лили, ваш сын начал увлекаться литературой. – словив волну негативного диалога, Масик решил вступиться за неё.

– Да неужели? На моей памяти, Шеймус всегда был достаточно начитанным, – напористо сказала миссис Фримен, склоняя чашу весов в свою сторону.

– А по-моему, он был хулиганом! – жадно поедая пончик, чавкая, пропищала младшая сестра. Сама того не ведая, она разрядила обстановку, и все захихикали.

– Ах, ладно. А кто твои родители, Алекс? – она повернулась к парню. Ребята переглянулись.

– А вот наша мама.. – с энтузиазмом начала одна из сестёр.

– Вашу маму все знают, как же– перебил её Масик.

– У меня нет родителей, – прямо ответил Алекс, – У Лили тоже.

– Ну теперь-то пазл сложился, – закивала головой женщина.

– Мама! – возмущённо обратился к ней Шеймус.

– Но как говориться, встречают по одежке, провожают по уму, – сказала она вставая из-за стола, – Ладно, ладно. Надеюсь вы вдоволь наелись, дети? Потому что время поджимает.

– Действительно! – Масик, выпучив глаза, подскочил со стула, – Собираемся, скоро обратный рейс!

Миссис Фримен повернулась к сыну, и похлопав по плечу, спросила:

– Тебе трусишек хватает?

Лицо парня залилось краской, и злобно пыхтя, он пулей выскочил из заведения.

– Даже не попрощался. Хорошего вечера!

– Был рад знакомству! – кланяясь, Масик поспешил к выходу, а за ним и остальные.

На улице в нос ударил запах дорогого табака. Возле разбитой тачки с кирпичами стоял директор, мистер Стеффи, потягивая здоровенную сигару. Сьюзи побежала останавливать Шеймуса, который широким шагом следовал в противоположную сторону. Мэри толкала за собой Ли, который объелся так, что еле передвигал ноги. Масик подошёл к директору, строго наказав ребятам собраться на остановке.

– А мы с тобой чем-то похожи, – с иронией сказал Алекс, разворачиваясь в сторону девочки. Он подмигнул ей и присоединился к Милтре и Новелусу.

Тем временем вернулся Шеймус, и взяв Лили за руку, начал извиняться.

– Да успокойся, я никогда не нравилась чужим матерям.

– Все равно прости, она правда хорошая, просто сейчас такое тяжелое время..