Лионские ткачи

Глава 6: "Технические секреты"

Шестой день в Лионе был посвящён изучению технической стороны дела. Питер Морган понимал, что для раскрытия убийства необходимо глубже понять суть революционных разработок Анри Берто и выяснить, кто мог проявить к ним преступный интерес.

Утром детектив и комиссар Дебиэн отправились в Лионский технический институт, где преподавал профессор Луи Пастёр-младший — сын знаменитого учёного и один из ведущих химиков Франции.

— Месье профессор, — обратился Питер к пожилому учёному в его лаборатории, — что знаете о работах Анри Берто в области искусственных волокон?

— Анри был талантливым промышленником с научным складом ума, — ответил профессор, снимая защитные очки после опыта. — Часто консультировался со мной по химическим вопросам.

— А искусственный шёлк — это реально?

— Теоретически да. Нужно найти способ синтеза целлюлозы в волокна, неотличимые от натурального шёлка.

— А сложность?

— Огромная. Требуются точные химические формулы, специальное оборудование, многие месяцы экспериментов.

— А Берто был близок к решению?

— Судя по нашим последним беседам — очень близко. Возможно, уже получил первые образцы.

— А промышленное значение?

— Революция. Искусственный шёлк будет стоить в десять раз дешевле натурального при том же качестве.

— А экономические последствия?

— Крах традиционного шелководства, изменение всей текстильной отрасли.

Комиссар записывал объяснения, пытаясь понять техническую сторону дела.

— А кто ещё работает в этом направлении? — спросил он.

— Немецкие химические концерны, английские исследователи, американские изобретатели. Гонка идёт по всему миру.

— А секреты можно украсть?

— Формулы и технологии — да. Но нужны ещё знания и оборудование для их применения.

— А стоимость секретов?

— Миллионы марок, фунтов, долларов. Страны готовы платить любые деньги.

Они осмотрели лабораторию института, где проводились эксперименты с различными химическими веществами.

— А цианид в исследованиях используете? — спросил Питер.

— Иногда, для очистки некоторых соединений, — ответил профессор. — Но крайне осторожно. Смертельно опасное вещество.

— А кто имеет доступ?

— Только старшие лаборанты и я сам. Храним в специальном сейфе.

— А учёт ведёте?

— Строжайший. Каждый грамм регистрируется.

— А пропажи были?

— Нет, слава богу. Но гипотетически небольшое количество украсть можно.

— А кто знает о ваших запасах?

— Коллеги из других институтов, студенты старших курсов, промышленники.

Во второй половине дня они посетили частную лабораторию Клода Моне — главного технолога фабрики Берто, которая располагалась в подвале его дома.

Моне встретил гостей в рабочем халате, испачканном различными химическими веществами. Его лаборатория поражала современным оборудованием и сложными установками.

— Месье Моне, — сказал Питер, осматривая колбы и реторты, — покажите, над чем работали с месье Берто.

— Это были самые захватывающие исследования в моей жизни, — ответил технолог с энтузиазмом. — Мы были на пороге великого открытия!

— А суть работы?

— Создание искусственного волокна из древесной целлюлозы. Химическая обработка, растворение, формование нитей.

— А результаты?

— Получили образцы, неотличимые от натурального шёлка. Блеск, прочность, эластичность — всё как у настоящего.

— А где эти образцы?

— Месье Берто забрал их домой. Хотел показать потенциальным инвесторам.

— А формулы?

— Записаны в его секретном журнале. Без него воспроизвести процесс невозможно.

— А вы не помните?

— Формулы очень сложные. Сотни компонентов, точные пропорции, температурные режимы.

— А кто ещё знал о работах?

— Только мы двое. Берто был параноидально скрытен.

— А подозрения на промышленный шпионаж?

— Постоянно. Кто-то пытался подкупить рабочих, выведать секреты.

— А конкретные случаи?

— Месяц назад к нам пытался устроиться немец, представившийся инженером. Мы отказали.

— А как звали?

— Ханс Мюллер. Говорил, что работал в Дюссельдорфе.

— А ещё подозрительные личности?

— Англичанин Стивенсон часто интересовался нашими работами. Предлагал сотрудничество.

— А что именно предлагал?

— Совместные исследования, обмен технологиями. Но Берто не доверял.

Питер внимательно изучил лабораторное оборудование.

— А цианид в работе используете?

— Для некоторых процессов очистки. Очень опасное вещество.

— А где храните?

— В том сейфе, — Моне указал на металлический шкаф в углу.

— А ключи?

— У меня и у покойного месье Берто.

— А проверяли запасы после его смерти?

— Да. Всё на месте.

— А кто ещё мог знать о ваших запасах?

— Лаборанты института, коллеги-химики. В нашей среде все знают, кто с чем работает.

Детектив осмотрел документы, которые вёл Моне по экспериментам.

— А это что за записи?

— Предварительные опыты. Но главные формулы только в журнале Берто.

— А восстановить их можно?

— Теоретически да, но потребуются месяцы работы.

— А конкуренты могут опередить?

— Вполне. Особенно если у них есть наш журнал.

— А защита от шпионажа?

— Никакой особой. Полагались на секретность.

— А сейчас продолжаете исследования?

— Без журнала это бесполезно. Все труды пропали.

Вечером они встретились с Хансом Мюллером в его номере в отеле "Термини". Немец оказался педантичным мужчиной лет сорока с холодными голубыми глазами.

— Герр Мюллер, — начал Питер, — что привело вас в Лион?

— Изучаю французские текстильные технологии, — ответил немец с акцентом. — Германская промышленность заинтересована в сотрудничестве.

— А конкретно какие технологии?

— Новые способы окраски, обработки волокон.

— А искусственный шёлк?