Лионские ткачи

Глава 7: "Немецкий след"

Седьмой день в Лионе начался с неожиданного визита в немецкое консульство. Питер Морган понимал, что для проверки версии промышленного шпионажа необходимо изучить деятельность германских агентов в городе и их возможную причастность к убийству Анри Берто.

Консульство располагалось в элегантном особняке на площади Республики. Консул Отто фон Бисмарк-младший — племянник знаменитого канцлера — принял детектива и комиссара Дебиэна в своём кабинете, украшенном портретами германских императоров.

— Херр консул, — начал Питер, — расследуем убийство французского промышленника. Есть подозрения о причастности германских агентов.

— Какие обвинения! — возмутился консул. — Германская империя не занимается убийствами французских граждан!

— А промышленным шпионажем?

— Германские фирмы ведут законную коммерческую деятельность. Конкуренция — не преступление.

— А Ханс Мюллер вам знаком?

— Уважаемый инженер-химик из Дюссельдорфа. Изучает французские технологии.

— А его цели?

— Научное сотрудничество, обмен опытом.

— А секреты искусственного шёлка?

— Если французы сделали открытие — германские фирмы готовы купить лицензию.

— А если владелец не продаёт?

— Тогда мы разработаем собственные технологии.

— А силовые методы?

— Что за намёки! Мы цивилизованная нация!

Комиссар изучал списки германских подданных, зарегистрированных в консульстве.

— А сколько немцев сейчас в Лионе? — спросил он.

— Около двухсот человек. Коммерсанты, инженеры, студенты.

— А химики?

— Несколько. Германия — лидер в химической промышленности.

— А агенты спецслужб?

— Что за вопрос! Консульство не занимается шпионажем!

— А связи с BASF и Bayer?

— Эти фирмы имеют представителей во всех промышленных центрах Европы.

После визита в консульство они отправились в гостиницу "Термини", где остановился Ханс Мюллер. Портье подтвердил, что немец действительно не покидал отель в ночь убийства.

— Герр Мюллер весь вечер сидел в номере, — рассказывал портье. — Я сам приносил ему ужин и чай.

— А во сколько?

— Ужин в восемь, чай в одиннадцать. Потом до утра не беспокоил.

— А выходил?

— Нет, я бы заметил. У нас только один вход.

— А посетители были?

— Никого не было.

— А телефонные звонки?

— Не припомню. Но возможно.

— А поведение было обычным?

— Как всегда. Вежливый, спокойный господин.

Алиби выглядело надёжным, но Питер решил проверить его более тщательно.

— А окна номера куда выходят? — спросил он.

— Во внутренний двор. Там пожарная лестница.

— А пользоваться ею можно?

— Технически да. Но это опасно.

— А проверяете ли вы, действительно ли постояльцы в номерах?

— Не каждый час, конечно.

— То есть между одиннадцатью вечера и утром Мюллер мог незаметно выйти?

— Теоретически возможно.

Они поднялись в номер Мюллера для осмотра. Немец встретил их с видимым неудовольствием.

— Что ещё нужно? — спросил он. — Я уже отвечал на вопросы.

— Хотим осмотреть номер, — сказал комиссар. — Это наше право.

— Обыск без ордера незаконен!

— Это не обыск, а осмотр. Можете отказаться, но тогда арестуем по подозрению.

Мюллер неохотно согласился. В номере они нашли техническую литературу, образцы немецких тканей, деловую переписку.

— А что это за письма? — спросил Питер, изучая немецкие документы.

— Переписка с фирмой BASF. Они интересуются французскими технологиями.

— А конкретно какими?

— Новыми красителями, синтетическими волокнами.

— А искусственным шёлком?

— Если такая технология существует — конечно, интересуются.

— А сколько готовы заплатить?

— Это коммерческая тайна.

— А миллион марок дали бы?

— За революционную технологию — возможно.

— А за убийство изобретателя?

— Что за абсурд! BASF — уважаемая фирма!

В ящике стола нашли подробные планы лионских фабрик и список французских химиков.

— А зачем вам эти планы? — спросил комиссар.

— Изучаю организацию производства.

— А список химиков?

— Потенциальные консультанты и партнёры.

— А имя Клода Моне есть?

— Возможно. Он известный специалист.

— А контакты с ним были?

— Пытался познакомиться, но он отказался.

— А почему?

— Лояльность своему работодателю.

— А после смерти Берто пробовали снова?

— Пока нет. Жду развития событий.

Среди бумаг нашли также карту Лиона с отмеченными маршрутами и записи на немецком языке.

— А что означают эти пометки? — спросил Питер.

— Удобные маршруты по городу.

— А почему отмечен дом Берто?

— Хотел посетить, но не успел.

— А фабрика отмечена?

— Общедоступная информация.

— А эти записи?

— Технические заметки.

— А упоминание цианида?

— Изучал французские методы очистки красителей.

— А где достать?

— В любой химической лаборатории.

Во второй половине дня они посетили представительство BASF в Лионе. Директор Фридрих Хофман встретил их в современном офисе, оборудованном по последнему слову техники.

— Герр директор, — начал Питер, — что знаете о деятельности Ханса Мюллера?

— Ханс — опытный инженер-химик, — ответил Хофман. — Работает консультантом по французским технологиям.

— А его задачи?

— Изучение конкурентов, поиск возможностей сотрудничества.

— А промышленный шпионаж?

— BASF работает только законными методами!

— А секреты покупаете?

— Приобретаем лицензии на патенты. Это нормальная практика.

— А искусственный шёлк?

— Если кто-то изобрёл — готовы обсуждать покупку.

— А сколько дали бы?

— Зависит от технологии. Возможно, миллионы марок.