Лира. Взгляд в пустоту

Глава 23.

Начинается бал.

Зал единства располагался на первом этаже в правом крыле, примыкающем к главной башне. Раньше мне не доводилось в нём бывать. Но то, что открылось моему взору за распахнутыми дверями, было удивительно.

Пожалуй, здесь ничего не поменялось со дня постройки замка. Два ряда колонн делили огромное помещение на три длинных секции. Стены, выложенные из серого камня, не скрывал ни слой штукатурки, ни деревянные панели, как это было в других помещениях академии.

Сквозь узкие стрельчатые окна с толстыми неровными стёклами с улицы проникал тусклый вечерний свет. Под высоким потолком парили десятки магических светильников, дающие уютный жёлтый свет. Единственным украшением в зале были длинные флаги всех оттенков синего и голубого, свисавшие от потолка вдоль рядов колонн.

Каменные полы стали гладкими благодаря тысячам ног, ходившим здесь последние несколько сотен лет. У дальней стены на возвышении стоял массивный стол и десяток старинных кресел с высокими спинками. Перед возвышением протянулись четыре длинных стола с лавками. На парчовых скатертях теснились блюда с едой. Аромат в зале стоял умопомрачительный.

- Святая Эла, как здесь пахнет! – сказала Аника, скорчив очередную недовольную гримасу. - В этой академии совершенно невозможно сохранить фигуру.

- Аника, забудь сегодня о своей фигуре, - я с восторгом рассматривала многочисленные закуски, дивной красоты пироги, запеченных фазанов и фаршированную рыбу. - Она у тебя и так шикарная. Давай просто оторвёмся.

- Оторвёмся? Что это значит?

- На тихо-плёсском диалекте это означает веселье и радость.

Оказалось, что каждый из длинных столов предназначался для адептов отдельного факультета. Стол слева заняли прорицатели, следующий – многочисленные техномаги, третий – природники. Правый стол оказался никем не занят. Он был сервирован так же, как и остальные, тарелки и бокалы расставлены, разложены столовые приборы, в центре – букеты осенних цветов. Но на нём не было еды.

- А для кого последний ряд? – спросила я тихо Артура.

- Ни для кого. Вернее, для стихийников.

- Но ведь факультет стихийной магии упразднён.

- Да, но ректор на все праздники приказывает накрывать столы в память о стихийниках, которых с нами больше не будет.

- Глупость какая и расточительство, - высказала Аника свое вполне рациональное мнение.

- А по-моему, в этом есть достоинство, - возразил Артур и, наверное, впервые прямо посмотрел в глаза Анике.

Моя соседка фыркнула и отвернулась к возвышению, на котором рассаживались преподаватели. В центральном кресле с высокой спинкой едва виднелась над столом щуплая фигурка ректора.

- Уважаемые адепты, прошу немного внимания, прежде чем все мы приступим к торжественному ужину в честь Праздника Урожая, - сказал поднявшийся профессор Лестерман.

Разговоры тут же смолкли. Ректор осторожно поднялся со своего кресла и заговорил своим тихим, проникающим в самый мозг голосом:

- Друзья! Вся еда на ваших столах – дар. И это не только дар от наших поваров. Хоть я и не могу умалять их заслуги в приготовлении этих дивных блюд. В большей степени это дар природы, дар наших богов. Чем дольше я живу, тем сильнее поражаюсь великой силе и щедрости природы. С каждым годом я всё больше ценю магов природы. Во времена моей молодости они не собирали должных почестей. И это было величайшей ошибкой. Сегодня я могу пожелать факультету природной магии лишь процветания. И я изо всех своих весьма скромных сил стараюсь способствовать процветанию факультета. Пускай число ваших адептов лишь множится во славу магии природы! И приступайте, приступайте, наконец, к трапезе!

Ректор медленно сел, снова почти скрывшись за высоким столом. Из-за колонн полилась тихая, мелодичная музыка. Всё внимание оголодавших адептов сосредоточилось на еде. Артур принялся разделывать утку и попытался наложить нам с Аникой по кусочку.

- Утка? Я зоомаг вообще-то, - возмутилась моя соседка.

Артур виновато моргнул и положил мне оба куска. Я отказываться, разумеется, не стала.

- Ты мясо совсем не ешь? – спросил Артур. Очевидно, вопрос предназначался Анике.

- А сам как думаешь? – ответила она и принялась накладывать салат из каких-то ярких листьев, посыпанных сыром и ягодами.

- Понятно, но как целитель я не одобряю, - сказал Артур.

- А мне ничего не понятно, - встряла я в разговор.

- Я зоомаг, для меня невыносима боль животных. Есть я их не могу. И уток в том числе.

- Прости, не … - хотела извиниться я, но застыла с открытым ртом.

Между рядами медленно шёл, опираясь на трость с серебряным набалдашником, старик из башни. На его худых плечах болтался старомодный сюртук из синего бархата, а шею обвивала толстая золотая цепь. Седые волосы зачесаны назад и стянуты позолоченным шнурком.

- Что он здесь делает? - прошептала я.

Горло перехватило от страха. Этот старик может увидеть меня и рассказать всем, что я проникла в башню и напала на него. «Святая Эла, помоги!» - мысленно принялась молиться я.