Лиса и Волки

36

Глава 36: Исповедь и неловкое перемирие
После того как Карина с позором покинула совещание, в кабинете Олега Николаевича повисла тяжелая тишина. Олег Николаевич, потрясенный произошедшим, первым нарушил её.
"Аня," – сказал он, его голос был непривычно мягким. – "Я... я приношу вам свои искренние извинения за то, что произошло. И за то, что мы не поверили вам сразу. Ваша репутация безупречна." Он кивнул Игорю. "И вам, Игорь, огромное спасибо. Мы позаботимся о том, чтобы ваши труды были вознаграждены."
Аня лишь кивнула, её взгляд был задумчив. Она посмотрела на Сашу, который стоял, опустив голову, и на Дмитрия, чье лицо было напряжено.
"Я прошу прощения," – наконец произнес Саша, его голос был хриплым. Он поднял глаза на Аню, и в них читалась такая боль, что сердце Ани невольно дрогнуло. – "За то, что я сделал. За то, что я поверил этой лжи. Я был ослеплен своей ревностью и своим гневом. Я... я не знаю, сможешь ли ты когда-нибудь меня простить, Аня. Но я обещаю, что больше никогда не позволю себе такого. Я был неправ. Я был ужасен."
Аня чувствовала, как её гнев постепенно уступает место смятению. Его раскаяние казалось искренним. И, несмотря на обстоятельства, те поцелуи… они не вызвали у неё отвращения. Наоборот, в глубине души она понимала, что ей это понравилось. И этот факт пугал её больше всего.
"Я тоже хочу извиниться, Анна," – сказал Дмитрий, его голос был тихим, но твердым. Он подошел ближе. – "За то, что я не доверял вам. За то, что не смог увидеть правду за этой ложью. Мои действия были вызваны... моей ревностью и страхом потерять вас. Я знаю, что это не оправдывает меня. И я сожалею, что причинил вам боль. Я готов искупить свою вину." Он посмотрел ей в глаза, и в его взгляде читалась глубокая, скрытая за внешней сдержанностью, боль.
Аня смотрела на них. Оба брата, такие разные по темпераменту, но одинаково мучимые раскаянием. И она, которую они только что обвиняли и чуть не растоптали, теперь стояла перед ними, чувствуя себя сильной и уязвимой одновременно. Её пугало осознание того, что ей нравятся оба. Эта мысль была опасна, но она не могла её отрицать.
"Мне нужно время," – сказала Аня, её голос был усталым. – "Мне нужно всё осмыслить. Я не знаю, как я могу простить то, что произошло."
Олег Николаевич, видя напряжение, решил прервать этот разговор. "Мы вернемся к этому позже. Аня, возьмите несколько дней отдыха. Вам нужно прийти в себя. И спасибо вам ещё раз. За то, что спасли нашу компанию от позора. А Карина будет отвечать по всей строгости."
В следующие дни в модном доме установилось неловкое перемирие. Карина была немедленно уволена, её вещи были собраны, и её имя стало табу. Никто больше не осмеливался шептаться за спиной Ани. Наоборот, к ней относились с новым уважением, осознавая, что она не просто талантливый дизайнер, но и сильная женщина, которая смогла отстоять свою честь.
Аня взяла небольшой отпуск, чтобы прийти в себя. Она проводила время дома, пытаясь разобраться в своих чувствах. Она знала, что должна сделать выбор. Но кого? Саша, с его горячей, эмоциональной натурой, первой любовью и искренним раскаянием, или Дмитрий, с его сдержанной силой, надежностью и глубоким, но скрытым чувством? Оба причинили ей боль своим недоверием, но оба и вызвали в ней ответную страсть, когда, ослепленные ревностью, пытались её удержать. И теперь она понимала, что ей действительно нравятся оба брата.
Её мобильный телефон разрывался от сообщений. Саша писал постоянно, умоляя о прощении, предлагая встречи, пытаясь доказать свою любовь. Дмитрий звонил реже, его сообщения были более сдержанными, но не менее настойчивыми. Он интересовался её самочувствием, предлагал помощь, давал понять, что ждет её возвращения.
Однажды, когда Аня сидела в кафе, пытаясь отвлечься от своих мыслей, к ней подсел Олег Николаевич.
"Анна, как вы себя чувствуете?" – спросил он, его взгляд был необычно мягким.
"Лучше, Олег Николаевич," – ответила Аня.
"Я знаю, что мои сыновья причинили вам много боли," – сказал он. – "И я не оправдываю их поступки. Но я вижу, что вы для них... очень важны. Возможно, важнее всего. Мои мальчики, они такие разные, но их чувства к вам... искренние."
Аня слушала его, пытаясь понять, к чему он клонит.
"Я не буду давить на вас," – продолжил Олег Николаевич. – "Но я хочу, чтобы вы знали: дверь в наш дом, и в нашу компанию, всегда открыта для вас. И если вы выберете одного из них... или не выберете никого... я приму любое ваше решение. Но я верю в ваш талант, Аня. И я верю, что вы сможете привнести в нашу семью то, чего ей не хватает." Он посмотрел на неё с задумчивой улыбкой. – "И если вам понадобится моя помощь в чем-либо, не стесняйтесь обратиться."
Этот разговор удивил Аню. Олег Николаевич, обычно такой строгий и отстраненный, вдруг проявил к ней теплоту и понимание. Это был ещё один фактор, который усложнял её выбор. Семья Волков, со всеми её проблемами и интригами, теперь открывала ей свою другую сторону.
Аня понимала, что время не стоит на месте. Ей нужно было вернуться к работе, но главное – ей нужно было сделать выбор. Выбор, который определит её будущее. И она знала, что ни Саша, ни Дмитрий не отступят. Они оба ждали её решения, и эта неопределенность давила на неё всё сильнее.