Лисёнок для депутата

Глава 3

Виктор

В ожидании Штейнберга допиваю кофе и листаю новости в смартфоне. Я успел отвыкнуть от родины и почти не следил в последние годы за происходящими тут событиями, хватало головной боли и рабочих проблем за границей. Но теперь мне придётся навёрстывать упущенное, чтобы не выглядеть перед избирателями круглым дураком. Не уверен, что в моём штабе понимают, насколько всё запущено…

Михаил выходит из служебного помещения с телефоном возле уха и довольной улыбкой. Плюхается на стул напротив меня, откладывает трубку, залпом выпивает остывший кофе и заявляет:

- Подвернулся шикарный вариант. Возможно, мы сразу на нём остановимся и не будем тратить время на поиски.

- Вы серьёзно? Вот так готовы взять в дело первую встречную?

Попахивает авантюризмом. Уж насколько я рисковый, но идея доверить одну из важных ролей непонятно кому мне совсем не по душе. Я был о нём более высокого мнения.

- Более чем! Девица – огонь! Лисёнок – её точная копия. Дамочка рыжая, как ты любишь. Она молоденькая, но уже довольно известный кондитер, недавно получила приз на выставке, по телевизору показывали, зазывают на передачу для домохозяек. И клиентура тут у неё очень непростая. Поверь, моя Людмила внучке не стала бы заказывать торты где попало. Итого: девица – не фифа разукрашенная, не интеллигентка высокомерная, но при этом совсем не серая мышь. Причём она фанатка своих тортов и пирожных. Можно даже придумать что-то вроде того, что вы разошлись из-за её работы. Якобы ты хотел запереть её у себя на кухне, а она мечтала делать карьеру в кондитерской. Но теперь ты принял её жизненную позицию, и вы сошлись.

- А я с ней был знаком? Или это только легенда?

- В том-то и дело! И она даже есть в той папке, что ребята тебе отправили, – Михаил листает что-то на смартфоне. – Вот, смотри. Правда, тут она совсем девчонка ещё. Надо бы проверить на предмет совершеннолетия, когда вы с ней зажигали, чтобы не вылезло никаких неприятностей.

Мне хватает одного взгляда, чтобы вспомнить её. И поначалу предложенная кандидатура мне очень нравится.

- Лисица! Вот так совпадение! Интересно, как она тут оказалась? Когда мы с ней расстались, я дал ей денег и купил билет на поезд домой. Переехала сюда после окончания колледжа? Или не послушалась и осталась тут? Мужика нашла по дороге на вокзал, что ли? Она такая. Яркая и горячая – ух!

- Ну так что, одобряешь?

- А она согласна? Вы сказали ей, что речь обо мне?

- Она взяла время подумать до вечера. И нет, твою фамилию я не называл. Зачем трепаться, что ты ищешь фиктивную жену? Когда согласится, возьмём подписку о неразглашении и припугнём, тогда и с тобой познакомим.

- Неужели от таких предложений кто-то отказывается? Может, мы исполним её заветную мечту? – вспоминаю, как она плакала, когда я с ней прощался. – Хотя… Она может отказаться, когда узнает, что я – это я.

- Что такое, так сильно накосячил?

- Да вроде нет, я ей ничего не обещал, был с ней вполне честен: с первого дня сказал прямым текстом, чтобы ни на что не рассчитывала. Знал изначально, что уеду через два месяца за границу. А она, дура малолетняя, решила, что я пошутил. Нянчиться с ней у меня времени не было – срочно нужно было уезжать. Да и не люблю я долгие проводы под аккомпанемент женской истерики. В общем, не очень красиво мы расстались, она вполне может на меня обиду держать. Как бы пакость какую-то в отместку не выкинула.

- Дура малолетняя, говоришь? Ей хоть восемнадцать тогда было? – в голосе матёрого Штейнберга проскакивает настороженность.

- Да было, было, не волнуйтесь. Мы познакомились как раз на её совершеннолетии, тут всё чисто. А малой её сколько лет?

- Римма сказала, что два года, но точные данные ребята должны прислать с минуты на минуту. Прикидываешь, может ли быть твоей?

- Нет, моей – исключено. Просто любопытно, что она так быстро к кому-то в постель прыгнула. С папашей точно проблем не будет?

- Кто папаша, тоже пытаемся выяснить. В свидетельстве, по словам рыжухи, стоит прочерк. Так что это либо случайная связь, либо мужик наотрез отказался признавать ребёнка.

- Не хочется никаких сюрпризов.

- Не волнуйся, соломку везде, где нужно и можно, подстелим.

Наконец мы покидаем кафе и едем ко мне домой. Раньше я жил в квартире в современном доме. Теперь отец отдал мне небольшой особняк, где прошло моё детство, как раз под избирательную кампанию. Он не слишком большой, чтобы не вызывать много вопросов, но и не маленький, потому как уровень официальных доходов моей семьи достаточный для легальных покупок такой недвижимости. А прибедняться не хочется, иначе обвинят во лжи избирателям.

Пока едем, прокручиваю в памяти отношения с Лисичкой. Конечно, за три года жизненного круговорота многое стёрлось. И я даже не уверен, что это воспоминания именно о ней, а не об одной из предшествующих или последующих рыжух. Что-то мне не нравится, начинаю сомневаться.

- Слушайте, Михаил, может, посмотрим другие варианты? Вдруг попадётся что-то более удачное. Эта – малолетка, дурь в голове гуляет. Ещё глупость какую-то где-то ляпнет. Да и журналисты рыть начнут, а она из неблагополучной семьи. Отца никогда не было, мамаша пьёт. Трудно будет объяснить, что вообще у нас с ней общего. Боюсь, попалит она меня.