Лисёнок мой

Глава шестая

Давид Николаевич вернулся домой к обеду. По истории с убийством предполагался ещё ряд работ, но самое важное было выяснено: дефект фамильяра и стал причиной трагедии. Предстояло опросить ещё мага Мироновых, который упустил изъян, и предупредить о возможном штрафе за халатность, а также временном лишении лицензии, если суд посчитает его вину основной. Но это он сделает не раньше пятницы, а пока у него осталось не так много времени, чтобы заняться тренировками Элиота и подготовкой к светскому вечеру. Благо, что с увеличением числа помощников это было крайне просто.

— Папенька, я заберу Лисёнка? — дождалась Аглая завершения обеда. Прилежно положив ладошки на колени и выпрямив спину, она смотрела на отца с ожиданием.

«А-а, точно, платье!» — вспомнил Давид Николаевич и хотел было произнести слово, но дочь продолжила:

— Твой костюм я уже подготовила. Мне правда очень нужна её помощь!

— Что ж, не смею препятствовать напору юности, — улыбнулся он.

— Спасибо! — Аглая, позабыв о смирении, подскочила с места и чмокнула отца в щёку. — А ты, Элиот, научишься шитью немного позже и сможешь заменить мне услуги швеи. Она только завидовать умеет!

— Я справлюсь со всем, что вы мне поручите, — пообещал фамильяр.

— Ах, Элиот! — Аглая подбежала к эльфу и упала в его объятия. — Какой же ты хороший!

Фамильяр уже знал, что делать, когда его так хвалят. Он подхватил госпожу на руки и закружил, наблюдая, как она заливисто смеётся. Счастье Аглаи приносило эльфу такую редкую для него эмоцию. Это Лисёнок испытывала чувства практически постоянно. Но она была неправильной. Элиот же чувствовал удовлетворение только тогда, когда был по-настоящему полезен хозяйке. И эта крохотная эмоция длилась считанные мгновения, а потом он лишь улыбался, выполняя прежние наставления о дружелюбном поведении.

Наблюдая, как счастливая Аглая вприпрыжку направляется к лестнице на мансарду, Давид Николаевич вздохнул, вспоминая свой выпускной. Пожалуй, он тоже тогда имел больше надежд, чем смогла предложить ему жизнь. А потому не следовало сильно давить на ответственность дочери, она и так старалась изо всех сил. Пусть порадуется. Сам же он, поднявшись, жестом позвал за собой Элиота во двор их особнячка.

Аглая, обложившись подушками, разместилась на полу и, взяв ножницы, стала аккуратно распарывать швы на платье.

— Я пока займусь корсажной частью, а ты проверь подол. Я видела там пару кривых швов.

— Хорошо, госпожа, — отозвалась Лисёнок.

Несколько часов Аглая, забыв про учебники, совместно с фамильяром правила своё синее платье. Это был её первый взрослый наряд: с красивым декольте и открытыми плечами, с изящной юбкой и кружевами. А последние всегда были дорогими и привозились в основном из-за границы. Все предыдущие платья или обходились без них, или украшали наряд по минимуму. Именно поэтому Аглая так злилась на швею.

«Разве можно быть такой завистливой? Сама-то, видать, надеть такое не сможет никогда! Слишком толстая!» — думала юная баронесса.

Аглая же была настоящей барышней и внутри, и снаружи. И перчаточки, конечно, коротенькие, чуть прикрывающие запястье, и опять же кружевные. Они были мамины, как и сумочка с ожерельем и серёжками… Но кто же помнит? Туфельки можно надеть старые, только бантики сменить на синие, и обувь будет выглядеть совсем, как новая. Никто и не догадается, ведь все будут смотреть на платье!

Девушки настолько увлеклись, что даже не заметили заглянувшего в комнату Давида Николаевича. Хотя, Лисёнок всё же бросила на него короткий взгляд, но, быстро осознав, что хозяин пришёл не за ней, вернулась к работе. Она отметила, что сейчас он выглядел крайне привлекательно: тёмная шёлковая рубашка, синий жилет с серебряной вышивкой, дорогие брюки и туфли. Тёмные волосы были уложены по последней моде, седина закрашена специальным экстрактом и отсутствовала привычная усталая синева под глазами. Теперь он выглядел словно на свой настоящий возраст. Почему-то от его вида она испытала щемящее чувство в груди, странное и в то же время знакомое.

Понаблюдав с минуту за Аглаей и Лисёнком, Давид Николаевич тихонько прикрыл дверь и спустился по лестнице в холл.

— Присмотри за домом, Элиот, — напутствовал он, накидывая на плечи лёгкое пальто и подхватывая со стойки длинный зонт. Сегодня обещали дождь, поэтому был смысл позаботиться о комфорте заранее, а не расходовать запас кристалла Рива на одно из бытовых заклинаний.

— Да, господин, — поклонился вслед эльф.

Баронесса под охраной сразу двух фамильяров могла чувствовать себя в полной безопасности. Вот только о том, что ей может что-либо угрожать, она задумывалась редко. И в основном эти мысли приходили к ней в период фантазий о приключениях, которых, увы, не происходило в реальности.

В очередной раз замечтавшись, девочка особо сильно укололась и взвыла:

— М-м-м!

Обхватив пострадавший пальчик губами, она с трудом сдержала слёзы, моментально возникшие в уголках её зелёных глаз.

— Госпожа, — заботливо прошептала Лисёнок, протягивая руки к Аглае и обхватывая пострадавшую ладонь. — Не торопитесь, мы обязательно успеем. Вы справитесь! Малое исцеление, — пальцы фамильяра засветились зелёным цветом, снимая боль. — Вам легче?

— Благодарю, Лис. Ты даже представить себе не можешь, как я устала, — повесила нос Аглая.