Лишняя дочь. Наследство с прицепом

Глава 9

Глава 9

Сирота Вета

Вета Барринер (Елизавета)

− Что бы вы хотели от меня? – выпалила я, перебивая матушку Элизы, подавшись вперед. Может, я плохо расслышала? Задумалась и не так поняла слова женщины? Отвлеклась и не о том подумала?

− Твоей помощи семье, − как ни в чем не бывало ответила мадам Карнесс, видимо, уверенная в том, что их дочь так и поступила бы. – Как никак ты наша дочь, какой бы ни была. Да и с Тамиэлем будь ласкова, Лиззи. Он не желал тебе зла, это отец ошибся. Нужно будет загладить вину перед ним. Сын старосты до сих пор неравнодушен к тебе. Он жаловался, что ты на него ополчилась. Тамиэль всего-то хотел извиниться перед тобой за тот вечер, а ты была с ним груба. Мы сегодня же поедем обратно, а он задержится в городе. Лиззи, будь благоразумной и будь нежнее с ним. Вдруг у вас все срастётся обратно. Мы не будем против, слова плохого не скажем тебе, − женщина говорила и говорила, а меня не покидало ощущение, что они подкладывали свою родную дочь под сына старосты. – Да и семья Садо не против.

Первое, что мне хотелось сделать, это послать их далеко и надолго. Сперва выговориться от души, накричать на них. Да только они не поняли бы меня. Будь на моем месте Элиза, она поперек бы слова матери не сказала. Все бы отдала, до последней монеты, как и согласилась приголубить беднягу Тамиэля, лишь бы родители простили ее. Как иначе? Вспомнили же родители про нее, не забыли, до города специально доехали, бросив все дела дома. Ну а то, что из отчего дома выгнали, ну в прошлом это было. Кто былое помянет…

Второе, вот взять бы их и вывести из таверны прямо сейчас, грубо вытолкать на улицу, показывая им их место, а после захлопнуть дверь перед ними, чтобы им неповадно было. Я бы еще и пинка дала вдобавок, для ускорения. Пусть катятся обратно, откуда приехали.

Мое молчание мать Элизы приняла по-своему − за согласие. Взглянула на мужа и губы ее дрогнули в едва заметной улыбке. А я-то думала, что мать все же жалеет свою дочь, что сердце у нее кровью обливается за родную кровиночку, вот и приехала за ней. Только как слов из песни не выкинешь, так и муж с женой − одна сатана, не развести их по разные стороны. Видимо, они уже решили, что дело их выгорело, но женщина тут же спохватилась, испугавшись, что их планы раскроют, и приняла строгое выражение лица. И тут я решила немного подыграть им. Мне стало интересно, что же предложил им Тамиэль? Деньги? Возможно. Угрожал испортить им жизнь, усложнить еще больше, чем было сейчас на самом деле? Я не исключала и такой вариант. Обещал, что женится на мне? Это вряд ли. А эти и повелись. Да этот мерзавец попользуется телом Элизы и потом думать о ней и забудет. Только вот они и в страшном сне представить себе не могли, что вместо их дочери перед ними сидел совершенно чужой человек. Современная девица, росшая хоть и в роскоши, но знающая цену деньгам, как и цену себе.

− Что мне за это будет? – поинтересовалась я, прежде чем отказать родителям Элизы.

Чету Карнесс мой вопрос удивил. Они совершенно не ожидали такого вопроса и подвоха от родной дочери, которая впала перед ними в немилость. Да Элиза должна была на все соглашаться и в ноги им кланяться. Пара переглянулась, словно искала поддержки друг у друга.

− Что за вопросы, Лиззи? – возмутилась жена кузнеца. – Мы одна семья! И ты обязана помогать нам. После замужества и отъезда Лады ты осталась вместо старшей и в твои обязанности тоже входит помощь родителям и своей семье.

− Что вам наобещал Тамиэль? – на причитания женщины мне уже было все равно. К этой семье я не имела никакого отношения. А вот сын старосты мог доставить мне не последние хлопоты. Суматохи с сыном старосты хотелось бы избежать, а для этого нужно было разгадать его планы.

− Ничего, − довольно быстро и резко ответила мадам Карнесс. – Он просто осознал свою ошибку и захотел немного помочь нам исправить положение нашей семьи. Ты не так поняла его в прошлый раз. Лиззи, будь благоразумной, − в голосе женщины появилась строгость. – Нам итак сейчас нелегко приходится в Лапнино, все на нас косо смотрят. Тамиэль очень нам поможет в этом вопросе. Тебе всего лишь надо быть с ним поласковей.

Как Элиза при таких родителях решилась против правил мира? Влюбилась и ради мерзавца готова была пойти на все? Хотела замуж и самой распоряжаться своей жизнью? Как бы не так! С семьей Сидо она бы стала еще более бесправной.

− Не буду, − возразила я словам женщины и вышла из-за стола. – Вам пора домой. И забудьте сюда дорогу. Вашей дочери Элизы больше нет. Она умерла в ту ночь, как только отец отказался от нее, как только переступила порог родного дома, а затем угодила в глубокий овраг, где и нашла свою смерть. И с этой минуты вы не мои родители. Заберите с собой Тамиэля и больше не появляйтесь здесь. От меня вы ни монеты не получите, − выговорилась, развернулась и направилась в свою каморку.

− Лиззи, постой! Дочка как же так? – услышала я в спину завывания женщины, но не стала останавливаться, как и оборачиваться. Хватит, наслушалась.

Заметила только то, как путь им преградила Эйвари, дальше мои глаза застлали горькие слезы. Только плакать это не в моих правилах. Семья Карнесс отреклась от своего ребенка и на меня они не имели никаких прав. Да и возраст Лиззи позволял уйти ей в самостоятельное плаванье. В этом плане я могла быть спокойна. Никто не вломится в таверну Бартли и не заберет меня под конвоем, как и не доставит Эйвари хлопот.

В тот день меня никто не побеспокоил, только Эйвари принесла обед, затем унесла его обратно. То же случилось и с ужином. Аппетита не было, как и желания что-то делать. Правда, вечером я все же вышла в зал. Мне хотелось убедиться, что родители Элизы поняли мои слова и Тамиэля я сегодня в таверне не увижу. Улыбалась посетителям, принимала заказы и носила полные кружки пива, изредка поглядывая на дверь. В душе и на сердце был полный раздрай. Я и сама не понимала, что хочу и что мне делать дальше. Останусь здесь, то не только у меня, но и у Эйвари могут быть проблемы. Не думаю, что Тамиэль так просто успокоится. Уйти прямо сейчас я тоже не могла. У меня не было не только монет для жизни в другом городе, даже сменного белья своего личного. Все мне дала хозяйка таверны. Нужно было отработать еще немного, хотя бы за ее доброту и помощь.