Лишняя принцесса. Дом пепла и слёз

13

— Как тебя зовут, человеческое дитя? — вопрос короля застал меня врасплох.

— В-Вируока, — выдохнула я, не в силах оторвать взгляд от копошащейся массы.

— Ты понимаешь, чего хотят эти добрые люди?

— Нет… — Я замялась и на всякий случай добавила: — Ваше Величество.

Король склонил голову к плечу, разглядывая меня.

— Ты правда была у древа? Ты… Касалась его?

В зале стало так тихо, что я услышала, как кто-то скребанул когтями по столу.

— Я… да, — вскинув голову, я наконец осмелилась посмотреть на него. — Там никого не было, и я решила, что это лучшее место, чтобы дождаться сенешаля.

— Сенешаль, что же ты не объяснил правила своей гостье?--- король укоризненно покачал головой.

Вокруг на почтительном расстоянии теснились фэйри. Задние напирали на передних. Между ними пытались протиснуться те, кто не вышел ростом.

Король цыкнул и небрежно взмахнул рукой. Перед толпой тут же выросла прозрачная стена, подернутая переливающейся радужной пленкой. Как у мыльного пузыря. Один фэйри с едва пробившимися рожками сразу же врезался в нее носом и смешно расплющил его о пружинящую поверхность.

— Вируока, опусти руку в чашу. — голос короля стал вкрадчивым, вибрирующим.

Низкий, наполненный силой голос обволакивал, проникал под кожу, пробирал до самых внутренностей.

Я подняла руку и… часто заморгала, потрясла головой, сбрасывая наваждение. Что за дрянь?! Внутри всё отчаянно требовало повиноваться, сделать так, как он велит, и в то же время какая-то часть меня понимала, что это желание — «не мое».

В глазах короля мелькнуло удивление, но уже в следующую секунду он принял непроницаемый вид.

Я сжала кулаки и отступила, повернувшись к Северину. А как же наш договор? Что меня никто не тронет?!

Нечитаемый взгляд зеленых глаз с расширенным вертикальным зрачком молча указал мне на чашу.

— Или ты сделаешь это сама, — произнес король, и от его мягкости не осталось и следа, — или тебя вместе с сенешалем вынесут из зала по частям.

Он легко спрыгнул с возвышения и подошел к чаше.

За нашими спинами тут же появились стражи с обнаженными мечами.

Я закусила губу, и во рту тут же появился металлический привкус. Вытянула дрожащую руку и резко погрузила ее в чашу.

Змеи тут же взвились, мгновенно обвивая мое запястье. Я ожидала, что мне тут же обглодают руку до костей или настигнет мучительная смерть от яда. К моему удивлению то, что я вначале приняла за змей, оказалось живыми гибкими корнями, покрытыми острыми, как иглы, шипами. Они «ласково» терлись о кожу твердыми тельцами.

Противно, но совсем не страшно.

Только я успокоилась и облегченно выдохнула, как они, задрав змееподобные головы, вонзились в ободранные ладони.

Я вскрикнула, попыталась выдернуть руку, но ничего не получалось. «Это» держало меня мертвой хваткой и, кажется… довольно причмокивало.

Твою. Мать!

Руку до самого локтя пронзила пульсирующая боль. В ту же секунду спину обожгло резкой вспышкой, которую сразу сменил невыносимый зуд. Перед глазами все поплыло, голова закружилась. Мне казалось, что я вот-вот рухну на пол.

И вдруг корни отпустили меня.

Я поспешно отдернула руку и прижала ее к груди.

Северин всунул мне расшитый платок в руку и резко задвинул меня себе за спину.

Я успела увидеть, как в центре чаши корни сплетались в тонкий колючий венец, похожий на тот, что украшал голову самого короля. Только этот был украшен мелкими голубыми цветками барвинка.

На краткий миг воцарилась тишина. Такая, что урони иголку и все бы услышали.

А потом начался хаос.

Стена, разделяющая толпу и нас… опала.

Часть фэйри с фанатично горящими безумными взглядами подалась вперед, часть оскалилась, обнажив клыки и клинки. Третьи хищно скользили взглядами по соседям.

Фэйри кричали, спорили, перебивали друг друга.

Стражи, обнажив мечи, сомкнули вокруг нас, трона и чаши плотное кольцо.

Низшие и люди побросали подносы и забились под столы. Те, кому не хватило места, пытались вытащить оттуда своих собратьев, и между ними тут же завязалась драка.

Пикси, до того парящие в воздухе, дружным роем рванули под потолок и в окна. В этот миг я отчаянно им завидовала.

Я растерянно озиралась, понимая, что до выхода в одиночку не добраться. Машинально хлопнула себя по правому бедру, проверяя самодельную подвязку, к которой был прикреплен нож.

Сердце колотилось как безумное. Пусть я и никудышный боец, но просто так не сдамся.

От звона в ушах я почти ничего не слышала. До меня долетали только обрывки: «смертная», «полукровка», «старшие дома не хуже». Было что-то про право крови и Игры, но от слабости я никак не могла понять о чем речь.

Я баюкала руку, покрытую кровавыми точками. Боль была такой, что хотелось выть.

— Хватит! — хриплый голос короля, уже взлетевшего обратно на помост, перекрыл всеобщий гвалт.

Он дождался тишины и продолжил:

— Все, что мы видим, — полукровка. Мало ли бастардов гуляет среди нас, м-м?

— Линия короля Элдриана не прервана.

К нам приблизился зеленокожий фэйри в черном балахоне, опираясь на резной посох. Он вытянул тощую шею и заглянул в чашу.

— Дом Редторна до сих пор на троне, — верхняя губа короля дернулась.

— Но первородный камень, Ваше Величество Грейяр, вас так и не принял, — зеленокожий широко улыбнулся, обнажив крупные зубы, и вцепился в массивную цепь на груди. — А значит, вопрос о престолонаследии снова открыт.

— Престол мой по праву! — прорычал король.

— Грейяр, мы знаем, сколь силён ваш меч, но и закон не может оставаться в стороне. Скоро взойдёт Небесное Око, Дикая охота будет завершена, и мы почтим старые традиции... — Леди Эйдан прошла сквозь строй расступившихся стражников.

Она всыпала горсть лепестков в чашу. Вода в ней тут же забурлила. Леди склонила голову, пряча усмешку.

— Да возвратится древний порядок. Двор Весны требует участия в Играх.