Лишняя в его семье

Глава 10

Нина

Тишина. Тягучая и омерзительная, полная осуждения. На лицах Егора и Леры такие выражения живописные, хоть фоткай и в рамку вставляй. Не доставлю им удовольствие и не буду ничего сама рассказывать.

— Оке-е-ей, — тянет Лера очень и очень медленно, как бы давая мне время для оправдания. В ответ я только складываю руки на груди и вздергиваю бровь с вызовом.

— Так получилось, — миролюбиво замечает Лиза, по очереди глядя на каждого из нас. — Завтра мы поедем к швее, нужно срочно пошить Нине форму. И заодно купить кое-что по вещам.

— Ой, — Егор резко встает. — Я все понял и хочу пойти по своим делам, — он бросает взгляд на часы. — Извините, меня ждут.

Не дожидаясь ответа, парень вскакивает и, подцепив куртку с вешалки, уходит, хлопнув дверь.

— Лера, поедешь с нами по магазинам? — с надеждой спрашивает Лиза. Ее падчерица морщит носик.

— Нет, у меня дела, увы. Ладно, мне тоже пора.

И Лера тоже сбегает из-за стола, а перед нами остается целый стол с роллами.

Дядя Кирилл с хмурым видом накладывает на тарелку себе еду, а я делаю вид, что все в порядке и меня ни капли не тяготит вся обстановка. Через силу протягиваю руки, чтобы пожевать имбирь, хотя кусок в горло не лезет. Лиза сидит, бессмысленно глядя на белую скатерть, витая где-то на своей волне.

— Ничего, привыкнут, — неожиданно говорит дядя Кирилл сам себе. У него желваки играют. Потом он поворачивается ко мне: — А ты, Нина, будь готова, что будет непросто. Школа у нас частная, однако детки учатся богатые. Ты будешь ходить с Лерой и Егором, чтобы тобой не заинтересовалась опека, понятно? Прилично себя ведешь, не отсвечиваешь. Кто знает, что будет, если…

— Они выберутся, — глухо отзывается Лиза. Дядя Кирилл оставляет это без комментария.

Пользуясь случаем, выскальзываю из-за стола и скрываюсь в “своей” комнате. Руки мелко дрожат. Обхватываю себя руками, чтобы согреться. Хотя вроде в доме тепло… От одного слова “опека” в озноб бросает.

Я сильная, я выдержу!

Следующий день я встречаю ранним утром вместе с Лизой. Вдруг выясняется, что мы должны столь многое успеть за весьма короткий срок: и в ателье, и по магазинам пройтись, чтобы купить мне все необходимое. Признаться себе пришлось быстро: вещей у меня почти не осталось, а поехать в родной город, чтобы что-то забрать, всем некогда. У Лизы каждый день съёмки, а дядя Кирилл усердно готовится к новой четверти и приводит в порядок годовые отчёты.

Обо всем этом я узнаю, пока готовлю нам завтрак в благодатной тишине дома. На часах всего лишь восемь, выходной, за окном тихо танцуют грациозные снежинки, а потом оседают зрителями в пухлые сугробы.

Между елей бегает белый пёс, а на парковке стоят два автомобиля. И я понимаю, что впервые с момента аварии мне придётся сесть внутрь осознанно. То состояние транса, когда меня, как мешок, перемещали из одного места в другое, не считается.

Через полчаса, вооружившись огромными наушниками, я стою перед дверью красной иномарки, хрипло выдыхая тёплый воздух. Сжимаю кулаки, чтобы унять дрожь. Руки без перчаток мёрзнут.

— Чего стоишь, Нин, садись, — бодро приглашает Лиза, которая на ходу пытается уложить крупную косметичку в маленькую красную сумочку. В своей белой шубе, хоть и стильной, она напоминает медведя.

Простое сравнение растягивает губы в скромной улыбке, я натягиваю наушники и все же сажусь назад. Нужно просто закрыть глаза и представить, что я в зале.

Вот меня подхватывает бит.

Окутывает музыка…

Я лечу…

— Приехали, — Лизе трогает меня за плечо, выдергивая из эйфории.

Несколько часов мы проводим в ателье, затем еще больше в магазинах. Лиза сперва мне предлагает яркие женственные вещи, которые явно любит Лера, затем нехотя соглашается на базовый приглушенный гардероб и спортивный стиль.

Даже удалось выцепить минутку, чтобы позвонить в реанимацию. Там ничего нового.

— Может, в кино? — радостно предлагает раскрасневшаяся Лиза, складывая многочисленные пакеты в багажник машины.

Я пожимаю плечами. Кино так кино. Желания поскорее вернутся в их дом нет никакого желания. Поэтому соглашаюсь на романтическую комедию.

И это становится моей главной ошибкой!

Ладно, что чужие слюни-сопли на экране меня не трогают. А вот чавканье да постанывания на заднем ряду, всего лишь на пару метров выше, очень даже.

Лиза смотрит кино как завороженная.

Я же ерзаю, стараясь не слушать поскрипывания искусственной кожи под чужими наглыми задницами.

Воспользовавшись светлым экраном, оборачиваюсь на парочку.

Меня чуть не вывернуло. Девица в короткой юбке всасывает язык парня, как будто моллюск из раковины вытащить пытается, а его длинные руки блуждают по ее длинным ногам. Между нами один черный ряд и волна моей ненависти.

На очередной стон я не выдерживаю. Да простят меня высшие силы за расшатанную нервную систему. Я честно мысленно давала им шанс прекратить это.

Не дошло.

Порывисто встаю под изумленный взгляд Лизы.

Подхожу вплотную к парочке, уворачиваясь от летящих туда-сюда ног.

Сажусь в соседнее от парня кресло.

И очень громко прямо ему на ухо:

— Я бы на твоем месте ей не верила. Слишком ненатурально стонет.

От неожиданности парень едва не скинул девицу с колен, как строптивый жеребец всадника. Та успела схватиться за спинку кресла, чтобы не упасть.

Вместо ответа парень ухмыляется и изящно проводит пальцем по губе, видимо, чтобы стереть остатки слюней.

— Что, сестренка, завидуешь? — хрипло интересуется Егор, поворачиваясь ко мне в профиль.