Лишняя в его семье

Глава 12

Нина

К моему величайшему счастью, Егор свалил на три дня! А с ним и Лера! Целых три дня без них! В моей беспросветной тьме пробил лучик света.

Каждый день, ровно в час дня, я звоню по одному и тому же номеру и слышу один и тот же ответ. Внутри меня живет шип, и с каждым днем он все сильнее колет в области груди. Я просыпаюсь и засыпаю с одним единственным чувством: тупой болью.

А еще передо мной лежит груда учебников, новеньких, еще глянцевых, пахнущей типографской краской. Правда, открывать их нет ни малейшего желания.

Здесь же простые белые тетрадки, аккуратный бежевый рюкзачок, в который вряд ли поместится больше одного учебника. Мне вообще таскать все на себе кажется дикостью.

Раньше мое обучение выглядел просто: в назначенный час ко мне приходили учителя или мы созванивались по скайпу, и мы занимались. Домашнее задание отправляла по электронной почте, пару раз сходила в какое-то учреждение, чтобы сдать экзамены. И всем было так комфортно. Зачем же изобретать велосипед и тащить меня в школу?

На этот вопрос Лиза категорически отвечает одно и то же: “Если встанет вопрос с опекой, будет странно, что директор школы не взял к себе на обучение собственного опекаемого”. Дальше разговор заходил в тупик, потому что мне допускать такой вариант категорически не нравится.

Много, кто писал мне, узнавал, когда вернусь. Я проигнорировала все сообщения. Если хоть кто-то начнет расспрашивать дальше, не уверена, что выдержу морально.

Сегодня, сцепив зубы и сжимая в руках бежевую лямку, я стою у двери чёрного внедорожника дяди Кирилла.

Так, инсулин я взяла, тетрадки и ручки тоже.

Кажется, эти мысли я гоняю круг сотый.

Я никогда так не волновалась. Даже перед самым сложным танцевальным конкурсом меня, кроме страха, наполнял азарт и драйв. Сейчас же голова идет кругом.

Что будет, если я не вольюсь в коллектив? Если я не такая, как нужно?

Что будет, если мне не понравится самой?

Кто говорит, что его не волнует мнение окружающих, тот безбожно врёт. Мы все хотим принятия. Мы хотим, чтобы хотя бы один человек был на нашей стороне.

Одна мысль меня успокаивает: скорее всего, это ненадолго. Скоро родители поправятся, мы вернемся в нашу любимую квартиру, и это все покажется страшным сном.

Поэтому лучше быть просто собой. Все равно быть еще кем-то я просто не умею.

Дядя Кирилл привозит меня в школу за полчаса до начала занятий. Лиза сказала, что Егор и Лера в первый день приедут сами с той тусовки. Так даже проще.

— Егор или Лера найдут тебя сразу, как приедут, и все здесь покажут. Извини, мне нужно бежать, — бросает дядя Кирилл напоследок и уходит с парковки, предоставляя мне любоваться новой школой.

Здание со стороны кажется ровно квадратным, сложен из бордового кирпича и чем-то по стилю напоминает Амстердам. В больших прямоугольных окнах почти везде горит белый свет.

Сглатываю вязкий ком в груди и иду вперед: все же в тонких ботиночках холодно стоять на припорошенной снегом каменной дорожке. А еще очень и очень одиноко.

Зайдя в школу, сталкиваюсь со злобной охранницей с лицом бульдога. Она так внимательно смотрит, как я прохожу через арку металлоискателей, словно подозревает меня Бог знает в чем.

Где в этих школах вообще что? Мне куда? Где навигация?

Клочок бумаги, на котором написан список уроков на сегодня, мне ни о чем не говорит. Цифры обозначают просто номер кабинета или этаж?

Хотя сперва нужно найти гардероб. И я его нахожу всего лишь через пять минут скитаний!

На двери выгравирована изящная цифра "11”, внутри вдоль стены растянулись шкафчики и пустые вешалки для курток. Под ними простые деревянные скамейки. Судя по отсутствующей одежде, я пришла первой.

Быстро переодев обувь и сняв куртку, вешаю их на первый попавшийся крючок. Шкафчики решаю не трогать, мало ли они все заняты?

— Тебе лучше перевесить вещи, это место Риты Соколовой, — раздается тонкий девичий голос откуда то справа, из полутени.

— И что? Здесь места индивидуальные? Или она особенная какой-то? — удивляюсь я. Если твоё, подпиши.

На свет выходит полненькая девушка, ростом едва ли больше полутора метров. Черные длинные волосы заплетены в две косички, а форма выглядит слишком тесной. На бледной коже веснушки, взгляд оливковых глаз добродушный и открытый, как у младенца.

— Сюда можно? — спрашиваю, перемешивая вещи на соседний крючок.

— Нет, это место Татьяны Мармеладниковой.

— Это?

— Валерии Гольдман.

И так на каждый дурацкий крючок! Причём часто хозяева дублировались.

— Куда же мне тогда вешать вещи? — вспыхиваю я окончательно.

— Вот, — девушка указывает на самую дальнюю стену, где на поломанном крючке висит клетчатое стеганное пальто. Рядом с ним такой же покосившийся, как старый дед, свободный крючок.

Времени остается мало, при случае сообщю дяде Кириллу о неисправности, а пока кое-как вешаю вещи.

— Я с одиннадцатого класса. Меня зовут Нина. Новенькая. Не знаю, куда идти. Покажешь?

Девушка судорожно кивает.

— Конечно! И я оттуда. Кстати, меня зовут Ася. Ася Пташкина.

Она добро улыбнулось, и это вмиг преобразило невыразительное лицо девушки в милое создание с картинки про ангелов. Мне стало теплее. И вот я уже не потеряна в этом мире, у меня есть первый союзник.

Только мы делаем шаг к двери, как она захлопывается перед нашими носами. Вырубается свет, и становится так темно, что я едва различаю силуэт новой знакомой.

А за дверью гогот и едва различимое:

— Скажи пароль, Индюшкина, и выйдешь.

Котики, извините за задержку, я встаю в ритм ;) Завтра и послезавтра проды будут тоже скорее всего днем :)