Лисица-оборотень: когда охота идёт на тебя

23. Дом чужестранки

Трой, хороший добрый парень Трой, правильный парень Трой. Когда я предложила ему осмотреть дом Люсиль, его аж затрясло от напряжения. Трой всегда с трудом нарушал правила. Поэтому, его я оставила стоять на стрёме. Он встал с торца дома, так открывался обзор и на центральный вход, и на черный.

Тем временем я прощупала окна, нашла раму похлипче и достала длинную шпильку их волос, подцепила раму, пришлось повозиться, чтобы поднять замок створки для проветривания, но как только подняла, смогла просунуть руку в окно и открыть его изнутри.

Я юркнула в дом. Осмотрелась. Ночь была на удивление светлая. Что я искала? Тот самый чай. Возможно, книги. Но дом был на удивление пустой: плед на кровати, несколько расшитых гладью платьев с меховыми вставками, несколько пар обуви, шкатулка с украшениями. Я проследовал в залу для приема гостей. Она разительно отличалась на фоне остального пустого дома.

Резная мебель, изысканные сундуки и комод, пледы на софе. Комната была заставлена шкатулками, вазами, красивыми декоративными статуэтками. Но почти все шкатулки и вазы оказались пусты. Как будто все, что находилось в гостевой зале служило единственной цели – впечатлить гостя.

А ещё я не обнаружила ни следов прислуги, ни еды – на кухне было пусто, посуда чиста.

- Что же ты ешь? – пробурчала я.

- А? – откликнулся Трой с улицы.

- Я не тебе, - сказала я. А сама подумала, что проговаривать мысли вслух легче, чем удерживать в голове. Проговаривая вслух, хоть слышу сама себя.

В особняке не было люков, ведущих на крышу, или створок погребов. Я простукала пол, прислушиваясь к тому, что происходит под ним – вдруг там кто-то стонет, или зовет на помощь. Нет. Не дом, а театр.

Ничего не найдя, даже намека, даже банки с тем странным чаем, которым Люсиль меня опоила, я с пустыми руками покинула дом чужестранки.

По сравнению с её холодным домом улицы деревни казались нарядными и обжитыми – свечи в прозрачных круглых подсвечниках были, как огоньки, вплетены в гирлянды, натянутые над улицами. Ароматы выпечки струились по деревне даже в ночи – хозяйки выставляли выпечку на улицу, открывали окна, чтобы печной дух изобилием переполнял нашу деревню.

Трой провожал меня домой. После короткого рассказа о моих находках, а точнее об их отсутствии, шли молча.

Праздник Полной Луны приближался. И все чаще приходили на ум мысли, которые будут в течении праздничных дней звучат во всех речах.

«Поймай верное течении реки, и она станет твоим сильным другом, поможет добраться до нужного места»

«Плывя против течения лишь выбиваешься из сил, если поток подхватил тебя – доверься ему»

«Мир струится вместе с лунным светом. Приклони голову, раскрой сердце и наполнись мирным лунным светом»

«Изобилие внутри ведет к изобилию снаружи»

Как странно звучали эти фразы теперь, когда Криса не было. Плыви по течению, мир внутри… Просто бросить все как есть и забыть, что у меня есть брат, как забыла мать? Меня начали разрывать обида и возмущение.

И в то же время, мне казалось, что я упала в горную реку и пытаюсь плыть против течения, а река неумолимо несет меня вперед. Но я не могу увидеть камни на своем пути, не могу уклониться от валуна, потому что просто не смотрю вперед, туда, куда несет меня бурный потом, а смотрю назад, неумолимо и безвозвратно теряя старый берег. Как не греби – река сильнее и быстрее.

Вспомнилось, как мы с братом купались в реке. Она сплеталась из десятков потоков – несколько потоков у берега были спокойными, но дальше, шаге на десятом от берега, потоки разрезала быстрая и мощная струя. Она бугрилась лентой воды, как будто выбиваясь из общей косы переплетений разных потоков внутри одного русла. Однажды я оступилась, и коварная быстрая струя подхватила меня. Зацепила всего лишь за бок, и утянула.

- Смотри вперед, уклоняйся от валунов, - прокричал Крис и со всех ног побежал ниже по течению. – Я поймаю тебя! Только обходи валуны, не дай реке разбить тебя о камни!

Он побежал вперед, подхватил длинную палку, выбежал на большой плоский камень, врезающийся в речной поток на повороте, протянул мне палку. Я ухватилась. И он вытянул меня.

Сейчас, мне казалось, что река вновь подхватила меня и нещадно бьёт о валуны. Но Криса уже нет рядом.

Я ощутила такую дикую тоску и печаль. Мне показалось, что сейчас меня просто разорвет на части. Я не могла, просто не могла оставаться наедине с этим разрывающим меня чувством.

«Лесная река как и река жизни – почувствуй поток» - совсем скоро будут говорить старики и сторожилы.

Но я чувствовала только вспышки боли.

- Вот и пришли, - услышала я Троя, оглянулась – и правда, мы стояли у крыльца.

И мне стало так страшно заходить домой. Там я буду окружена тенями воспоминаний о брате. Крис… его тень в каждой комнате, в каждом предмете.

- Может быть ещё немного прогуляемся, - я переминалась с ноги на ногу.

- Пора по домам, завтра большой день, - мягко отказал Трой.

- Куда тебе торопиться? – выдала я, запоздало поняв, что слова прозвучали почти жестоко.

- Есть куда… - смутился Трой.

- Прости… просто так гадко на душе… - я обняла его, как обычно обнимала при встрече и на прощание.

Объятия затянулись, а я только сильнее впивалась в него. Я… я не могла отпустить.. не могла остаться одна.

«Не оставайся одна» - зашипела в голове. И черный страх наполнил душу.

- Может быть сегодня останешься у нас? – мое предложение было… невозможным. Остаться на ночь в гостях у незамужней девушки – это конец репутации и огромное пятно на части семьи.

- Что ты такое говоришь, - Трой сказал это тепло и закачал меня из стороны в сторону, утешая. – Я приду завтра. Не говори глупостей.

- Никто не узнает, - горячо зашептала я. – Мне так страшно оставаться одной. Так страшно…

Трой отстранил меня от себя, взял за плечи, заглянул в глаза, смотрел внимательно, а у меня наворачивались слезы. Потом прижал к себе, поцеловал в лоб.