Лисичка для генерала дракона

Глава 2.1. Лисья аудиенция, или Как встречают незваных гостей в Барьерной крепости

Когда массивные дубовые ворота замка с грохотом распахнулись, Амелия приготовилась к худшему – к сырым каменным стенам, пахнущим страхом и кровью, к железным решёткам, скрипящим на ржавых петлях, к чему-то мрачному и безнадёжному, как и положено в местах, куда приводят пленников.

Вместо этого её встретило море взглядов. Сотни. Нет, тысячи глаз – любопытных, испуганных, насмешливых и откровенно злых. Солдаты, прервавшие тренировку с мечами. Служанки, застывшие с корзинами белья. Оружейники, выронившие молоты. Даже повар с дымящимся половником в руке – все замерли по обе стороны двора, когда конвой провёл её по центральной дорожке.

– Это она?
– Та самая... лиса?
– Говорят, шпионка. Или ведьма. Или и то и другое.
– С хвостом, смотри, вон он, вон!

Шёпот катился по двору, как осенние листья перед бурей. Амелия шла, стараясь держать голову высоко. Её рыжий хвост поначалу вился гордо, как знамя, но постепенно сдался и прижался к ноге, будто почувствовал, что эта процессия далека от триумфального шествия.

– Привет! – неожиданно остановилась она посреди двора и звонко щёлкнула языком, стараясь звучать бодрее, чем себя ощущала. – Приятно, что вы все пришли. Я не репетировала, но, говорят, первое впечатление – главное.

Ответом стала гробовая тишина. Даже ветер, казалось, замер в ожидании. Конопатый солдат позади недовольно подтолкнул её вперёд, а толпа невольно отпрянула – будто перед ними была не хрупкая девушка, а чумная крыса.

Хотя, может, она в самом деле заразная? Или в самом деле шпионка, и просто не помнит?

Генерал, шедший впереди, резко поднял руку:

– Всем – по местам!

Двор опустел за считанные секунды, точно по нему пронёсся невидимый ураган. Даже конопатый паренёк куда-то испарился.

Амелию повели дальше – вглубь замка, вниз по крутой винтовой лестнице, где каменные ступени стёрлись до блеска тысячами сапог. Тёмные коридоры с редкими факелами, отбрасывающими трепещущие тени. Влажный воздух, пахнущий плесенью и старыми страхами.

И неожиданно в конце спуска – небольшой каменный зал, аскетичный, но не мрачный. Письменный стол из тёмного дуба, пара стульев с кожаными сиденьями, узкое окно под самым потолком. Странно – они ведь спустились так глубоко, а сквозь стекло всё равно виднелся клочок голубого неба и солнечный луч, в котором танцевали пылинки.

Вирен замер у стены, сдвинув густые брови. Его пальцы непроизвольно постукивали по эфесу меча – ритмично, словно он что-то высчитывал.

Эльда опустилась на стул с грацией хищной кошки. Ни улыбки, ни жалости – только холодная настороженность во всём: в скрещенных на груди руках, в прямой спине, в чуть прищуренных глазах. Казалось, даже её серебристые волосы, туго стянутые на затылке, выражали скептицизм.

Амелия невольно подёрнула плечами – внезапный холодок пробежал по спине. Она стояла посреди комнаты, чувствуя себя как провинившийся ребёнок перед строгим родителем. Только сейчас решалась не мера наказания, а её судьба. И возможно – жизнь.

Амелия невольно подёрнула плечами — холодная дрожь пробежала по спине, будто кто-то провёл ледяным пальцем вдоль позвоночника. Она стояла посреди каменного зала, чувствуя себя как провинившийся ученик перед суровым наставником. Только сейчас решалась не оценка за урок, а её собственная судьба. Возможно — и жизнь.

– Садись, – коротко бросил Вирен, всё ещё изучая что-то на стене, словно там были написаны ответы на все вопросы.

Амелия села. На краешек. Готовая в любой миг вскочить и… И что? Куда ей отсюда деваться? Дверь заперта, окно слишком высоко. Даже её лисьи рефлексы вряд ли помогут.

Солнечный луч из узкого окна выхватил из полумрака лицо генерала, когда он наконец повернулся:

– Значит, ты прошла через магический барьер, завязанный на мою жизнь. – Его голос звучал ровно, но в каждом слове чувствовалась сталь. – Это не фокус для ярмарочных представлений. Его нельзя пересечь без последствий. Так что начнём с простого. Кто ты?

– Я... эм... Амелия. – Она заерзала на стуле, хвост нервно дёрнулся. – Наверное. Надеюсь. Ну, так меня звала жаба и внутренний голос. – Взгляд её скользнул по каменным стенам, ища поддержки. – А ещё – мне нравится это имя. Оно звучит как... как лёгкий ветерок с ноткой ириса.

Эльда издала звук, похожий на что-то среднее между вздохом и шипением раздражённой кошки.

– Где твои спутники? Кто тебя послал? – следующий вопрос Вирена прозвучал резко, как удар топора по дереву.

– Никого нет, – растерянно моргнула лиса, в глазах мелькнула искренняя растерянность. – Я одна. Хотя... – она задумалась, – может, была бабочка. Но она не очень разговорчивая.

– Ты приняла оборотное зелье, чтобы притвориться животным и войти в Лес? –холодно встряла Эльда, пальцы её сжались на рукояти кинжала.

Амелия задумалась, её рыжие уши трепетали:

– Ну, как бы... я была лисой. А потом человеком. Или наоборот. Или грибом. – Она беспомощно развела руками. – Сложно сказать. Память – штука ненадёжная, особенно когда в ней дыры.

– Она издевается, – прошипела эльфийка, вставая. – Или у повстанцев совсем паршивые зелья стали, и от них мозги набекрень съезжают!

Амелия вдруг подняла голову, и в её глазах вспыхнул неожиданный огонь:

– Я стараюсь сохранять бодрость духа! – Она надула губы, но в голосе слышалась дрожь. – Я под стражей, все на меня пялятся, а теперь, кажется, вы меня допросите, а потом сожжёте. Ну, или отправите в грибной суп. – Её пальцы вцепились в край стула. – Поэтому извините, если я немного... чокнута. Это защитная чокнутость!

Вирен, до этого момента остававшийся неподвижным, вдруг сделал шаг вперёд. Его тень накрыла Амелию, как грозовая туча. В глазах генерала что-то промелькнуло – не гнев, а скорее... понимание? Он медленно опустился на корточки перед ней, сравняв их взгляды.

– Слушай меня внимательно, – его голос стал ниже, напряжённее. – Мне не нравятся твои шутки. У тебя есть два варианта: сказать правду – или мы вернём тебя туда, откуда ты пришла. В Лес Предков.