Лисичка для генерала дракона

Глава 5.2 – То, что не видела

Ночь опустилась на замок тяжелым плотным покрывалом, укутав безмолвием каменные стены. Дремали длинные коридоры, затихли привычные сквозняки, даже сами камни, казалось, затаили дыхание. Но к Амелии сон не шёл.

Она ворочалась на постели, считала до пятисот, разговаривала с подушкой, пыталась вспомнить хоть что-то из прошлой жизни – всё напрасно. В груди щемило странное чувство – не тревога, а скорее предчувствие, будто что-то важное должно было случиться. Подойдя к узкому окну, она увидела лишь тусклый лунный серп, робко освещающий пустынный внутренний двор. Даже звёзды сегодня прятались за облаками, словно намекая, что приличные существа должны давно спать.

Амелия вздохнула, шлёпнулась обратно на кровать и уставилась в потолок. Вдруг её чуткие уши уловили едва слышный звук снаружи – шаги. В одно мгновение она оказалась у двери, приоткрыв её ровно настолько, чтобы высунуть нос.

Если во дворе ещё можно было что-то разглядеть, то коридор тонул в кромешной тьме. Но высокую фигуру в чёрной форме с прямой, как меч, спиной и тяжёлой, размеренной походкой она узнала бы даже с закрытыми глазами. Кто ещё мог разгуливать по замку в такой час? Разве что одна бессонная рыжая бестия.

Амелия уже собралась закрыть дверь, как вдруг её собственный хвост предательски дёрнулся, точно живое существо.

– Эй! Ты что... – прошипела она, хватая непослушную пушистую часть тела.

Но хвост упрямо указывал кончиком в сторону удаляющейся фигуры, словно стрелка компаса, показывающая на север. Амелия закусила губу. Вирен шёл неспешно, но с явной целью. Куда же он направлялся в такой поздний час?

– Ладно уж, – прошептала она себе под нос. – Я ведь не собираюсь с ним разговаривать. Просто... посмотрю. Из чистого любопытства. Чтобы... чтобы мыши не утащили нашего важного генерала!

Словно тень, она выскользнула в коридор. К своему удивлению, двигалась совершенно бесшумно – может, и вправду в прошлой жизни была шпионкой? Вирен шёл впереди, не оглядываясь, погружённый в свои мысли. Ни разу не заметил рыжую тень, крадущуюся в нескольких шагах за ним. Это казалось даже… немного забавным.

«Вот так-то, – мысленно усмехнулась она. – Самый грозный воин крепости, а за спиной у него – я. С ушами и неистребимым любопытством. И он даже не чует опасности.»

Но с каждым новым поворотом её веселье таяло. Они миновали два угла, спустились по узкой лестнице, вошли в мрачный заброшенный коридор. Амелия сжалась – она никогда не была в этой части замка. Похоже, сюда не ступала нога человека уже много лет.

Когда Вирен вошёл в комнату, лишь слегка прикрыв за собой дверь, Амелия замерла у порога. Разум подсказывал вернуться, но между дверью и косяком зияла предательская щель, манившая заглянуть. Внутри царила кромешная тьма, нарушаемая лишь дрожащим светом одинокой лампы. Генерал скрылся из вида, а тишина вокруг сгущалась, становясь почти осязаемой.

Потом она услышала его голос. Слова разобрать было невозможно – лишь обрывки фраз. Но интонация... Будто что-то внутри него наконец лопнуло, как перетёртая верёвка, долгие годы удерживавшая непосильный груз. Усталый, надтреснутый голос. Без привычной твёрдости. Без намёка на гнев. Но невыносимо тяжёлый.

Амелия сжалась в комок. Уши прижались к голове, хвост обвил лодыжки, словно пытаясь защитить хозяйку. В груди что-то дрогнуло. Перед ней стоял не грозный генерал, не неприступный страж Барьера. Просто человек. Одинокий, согнувшийся под тяжестью чужих ожиданий.

«Сколько же боли ты носишь под этим чёрным камзолом, Вирен?...»

Неожиданно перед глазами всплыла картина: она входит в комнату. Тихо. Без слов. Подходит и просто... обнимает его. Не как пленница или шутница, а как тот, кто понял – иногда отчаяние лечат не слова, а простое человеческое тепло.

Мысль обожгла, будто она нечаянно сунула руку в пламя.

«Что за глупости? Он – генерал. Ты даже не знаешь, кто ты сама. Как ты смеешь...»

Она резко отпрянула от двери. Шаг назад. Ещё один. Потом, не помня себя, бросилась бежать. В темноту. Прочь от этих мыслей. От увиденного. От почувствованного.

Вернувшись в комнату, Амелия с силой захлопнула дверь, повернула ключ и прислонилась к деревянным панелям, будто преследователи висели у неё на пятках. Схватив подушку, она прижала её к груди, как якорь спасения в бурном море непонятных чувств.

Спать не хотелось. Но и избавиться от навязчивых мыслей не получалось. В ушах по-прежнему звучал тот надломленный голос, а перед глазами стоял образ – одинокий человек в тёмной комнате, разговаривающий с тенями прошлого.