Лисичка для генерала дракона

Глава 9.11 – Фонтан и прочие искушения

Вода действительно оказалась обжигающе холодной. Первые капли, коснувшись кожи, выбили из лёгких резкий выдох, превратившийся в клубящееся облачко на прохладном утреннем воздухе. Но после трёх дней лихорадочного бреда и внутреннего жара это ледяное прикосновение казалось очищающим, почти благословенным.

Вирен стоял по пояс в естественной купели, образованной древними камнями, отполированными веками падающей воды. Его мускулы напряглись, когда он зачерпнул очередную пригоршню из каменного желоба, стараясь не скрипеть зубами слишком громко. Водопад, скорее напоминающий шумный горный ручей, звонко плескался рядом, разбрызгивая в воздухе миллионы сверкающих капель.

На плоском валуне рядом сидела Амелия, поджав босые ноги. Её рыжие волосы, собранные в небрежный хвост лентой, слегка намокли от долетающих брызг. Хвост лежал пушистым полумесяцем вокруг, а в золотистых глазах светилась смесь заботы и едва скрываемого веселья.

– Ну что, дракон, как водичка? – невинно поинтересовалась она, когда увидела, как он снова вздрогнул.

– Очень... освежающе, – процедил Вирен, чувствуя, как мурашки бегут по спине.

– Зато теперь ты пахнешь не как герой после трёхдневного беспамятства, – лукаво заметила она.

– А как же? – он прищурился, хотя уголки губ дрогнули.

– Как человек, – она улыбнулась, и в этой улыбке скрывалось столько тепла, что на мгновение показалось, будто вода стала чуть теплее. – И знаешь, это приятно. Особенно для тех, кто три дня не отходил от твоей постели.

Вирен вздохнул, откинул голову назад, позволяя струйкам воды скатиться по груди. Капли скользили по старым шрамам, подчёркивая бледные линии на загорелой коже.

– Тебе просто нравится смотреть, как я страдаю, – пробормотал он, прикрывая глаза.

– Возможно, – она легко спрыгнула с камня и подошла ближе, опускаясь на колени у самой кромки воды. Или, может быть, мне просто не хватало тебя. – Её голос стал тише. – Очень не хватало.

Он открыл глаза и встретил её взгляд – золотистый, прозрачный, как утренний свет. Её пальцы осторожно коснулись его плеча, скользнули по мокрой коже.

– Ты бы знал, как я испугалась тогда, – прошептала она. – Когда ты упал... Эти три дня длились вечность.

– Я бы извинился... – его усмешка смягчилась, став почти нежной, – но это ведь не отменит того, что ты всё равно собираешься меня отмывать, да?

Амелия рассмеялась – звонко, как тот самый водопад за спиной, обмакивая в воду кусок грубого полотна. Вода тут же пропитала ткань, превратив её в холодный комок.

– Придётся потерпеть, генерал. Хотя бы ради приличия. Повернись, у тебя там между лопатками мох завёлся.

– Это всё тот проклятый камень, – пробурчал он, разворачиваясь и опускаясь на скользкое дно купели. Вода всплеснулась, окатив его спину новыми ледяными струйками.

Её пальцы двигались по его спине мягко, но уверенно. Грубая ткань скользила по коже, смывая следы лихорадки. Иногда её прикосновения задерживались чуть дольше необходимого – там, где особенно выделялись старые шрамы.

– Ты дрожишь, – заметила она, чувствуя, как под её ладонью вздрагивают его мускулы.

– Ты бы тоже дрожала, если бы сидела по грудь в ледяной воде, а тебя терзала такая прелестная садистка.

– Значит, надо спешить, пока ты совсем не превратился в сосульку, – весело отозвалась она и, закончив, быстро чмокнула его в щёку. – Готово. Теперь будешь благоухать, как лесной ландыш.

– В ландышах я себя никогда не представлял, – фыркнул он, но улыбка выдавала, что протест чисто формальный.

– Всяко лучше, чем в пропотевших доспехах, – засмеялась она, отбрасывая мокрую тряпку в сторону.

Когда он выбирался из воды, Амелия демонстративно отвернулась – якобы давая ему уединение. Но краем глаза она всё видела: как он неуклюже закутывается в полотенце, как сжимает зубы, когда ледяной ветер касается мокрой кожи, как осторожно натягивает свежую рубашку, будто всё тело стало невероятно чувствительным.

Она подошла, когда он почти закончил, и взяла его за руку. Его пальцы оказались удивительно тёплыми после ледяной воды.

– Пошли. До заката ещё далеко. Мы можем немного погулять... если ты, конечно, не свалишься обратно в обморок.

– С тобой – хоть в обморок, – пробормотал он и получил шутливый тычок локтем в бок.

Лес звучал вокруг них многоголосьем, когда они шли, рука в руке, по заросшим тропинкам, мимо причудливо переплетённых корней. Шелест листьев, перекличка птиц, журчание ручьёв. И что–то ещё... Будто сама земля, пробудившись от долгого сна, прислушивалась к их шагам.