Лисичка для генерала дракона

Глава 9.13 – После

Ночь окончательно вступила в свои права, окутав поляну мягким бархатным мраком. Костёр догорал, превратившись в островок тлеющих углей, где–то потрескивавших, будто переговаривающихся между собой. Один за другим спутники уходили под полог палаток – сначала Трей с Тилем, потом Григорий, ворча себе под нос, и наконец Эльда, бросившая на них последний оценивающий взгляд перед тем, как исчезнуть в тени.

Лес не спал – он дышал, шептался, жил своей таинственной жизнью. Где–то вдалеке ухал филин, его крик терялся среди деревьев, как эхо из другого мира. Ближе, за кольцом камней, мерно журчал ручей, его воды переливались под лунным светом, как живое серебро.

Амелия сидела чуть поодаль, укрывшись плащом, который обнимал её плечи, словно пытаясь защитить не только от ночной прохлады, но и от собственных мыслей. Её рыжий хвост лежал рядом, кончик его иногда вздрагивал, реагируя на невидимые дуновения ветра.

Вирен подошёл почти бесшумно, его тень скользнула по траве, прежде чем он опустился рядом. Несколько мгновений они молчали, слушая, как ветер играет в кронах, перебирая листья, будто струны невидимой арфы.

– Ты ещё не ложишься? – его голос прозвучал тихо, почти растворяясь в ночных звуках.

Амелия кивнула, не отрывая взгляда от чёрного кружева деревьев, где стволы и ветви сплетались в загадочные узоры.

– Я думаю... – она поджала ноги под себя, обхватив колени руками. – О том, что будет после. Когда всё закончится. Когда мы выполним ритуал. Когда Лес... очистится.

– Всё будет хорошо? – осторожно спросил он, боясь спугнуть её откровенность.

– Конечно, хорошо, – её губы дрогнули в улыбке, но в ней не было радости, только усталая покорность. – Это ведь цель, ради которой я существую. Мать Лис дала мне жизнь, чтобы что–то исправить. Но когда всё будет исправлено... что дальше?

Ночь впитала её слова, растворив в густой черноте. Он молчал, давая ей продолжить.

– Кто я тогда? – её голос звучал ровно, но в нём слышалась глубокая трещина. – Нужна ли я миру за Барьером? У меня нет родных. Нет прошлого. Я не знаю, кем быть. Только... – её пальцы машинально коснулись ушей, – есть это. И древняя сущность внутри, которую я до сих пор не понимаю.

Она наконец повернулась к нему, в свете убывающей луны её лицо выглядело почти детским – упрямым, уязвимым.

– Если честно, меня это пугает. Не ритуал – я готова. А вот то, что будет после? Там, за чертой...

Вирен смотрел на неё, и в этот момент она казалась ему одновременно и бесконечно сильной, и хрупкой, как первый ледок на ручье. Он медленно протянул руку, его пальцы обхватили её ладонь – тёплую, живую, чуть дрожащую.

– Амелия, – произнёс он, и в его голосе звучала непоколебимая уверенность. – После... будет просто «после». Мы не знаем, каким оно будет. Возможно, хорошим. Возможно, трудным. Но в нём будем мы.

Его большой палец медленно провёл по её костяшкам – лёгкий, успокаивающий жест. Амелия открыла рот, чтобы возразить, но он мягко сжал её пальцы, не давая словам сорваться с губ.

– Что бы ни случилось, – его голос звучал тихо, но с той непоколебимой твёрдостью, что рушит стены, – мы пройдём через это вместе. С тобой. Не потому, что ты часть какого–то плана. А потому что ты – это ты.

Лунный свет скользил по его лицу, вычерчивая жёсткие тени. Ни толики сомнения в глазах – только тихая, глубокая уверенность, как у корней древнего дерева.

– Ты не обязана быть героиней. Или спасительницей. Или даже... полезной. Ты просто нужна. Мне. Нам.

Амелия вздохнула, её пальцы дрогнули в его руке.

– А если я... не смогу быть такой, как ты хочешь? – её шёпот едва различался среди шепота листьев.

Вирен улыбнулся – по–особенному, так, как улыбаются лишь перед рассветом, когда ночь уже почти закончилась.

– Тогда ты будешь такой, какой захочешь быть сама. И я всё равно буду рядом.

Что–то тёплое и тяжёлое подкатило к горлу. Она не стала смахивать навернувшиеся слёзы – позволила им скатиться по щекам, ярко блеснув. И улыбнулась в ответ – нежно, чуть неуверенно, но искренне до боли. Она подняла руку, кончики пальцев дрожали, когда касались его щеки. Так осторожно, словно боялась, что он может рассыпаться.

– Спасибо, – её голос звучал глубже обычного, пропитанный благодарностью и облегчением, что наконец можно не держаться.

Они сидели так ещё долго, плечом к плечу, не нарушая тишину словами. Просто слушали, как лес дышит вокруг них. Как ручей продолжает свой вечный рассказ. Как их сердца бьются в такт – чуть учащённо, но ровно.

И в этой тишине, под звёздами, среди теней, пряталось самое важное – надежда. Простая и тёплая, как пламя догорающего костра.

Завтра будет новый день.

И они встретят его вместе.