Лисичка для "принца", дикие фиалки к Новому году

Глава 1. Идеальная соседка

Ида

В отчаянных попытках быстро собраться и успеть к назначенному времени Алла суетливо носилась по квартире в обтягивающих леггинсах и спортивном топе-бра вызывающей леопардовой расцветки. Тюбик красной помады в одной руке и флакончик любимого парфюма в другой намекали, что в зал подруга собирается не только тренироваться. На голове у нее красовалась бабинка из мягких бигуди, делающих ее похожей то ли на даму позапрошлого века, то ли на резвую овечку. Потрясая замысловатой конструкцией, Алла оглядела меня сверху вниз и немного нервно пропела:

– На новый год подарю тебе абонемент. Научу тебя охотиться на приличных мужчин.

Еще на втором курсе университета Алла сделала мне заманчивое предложение:

– Ты тихая. – Она искренне похлопала меня по руке. – Идеальная соседка.

Мне бы и хотелось возразить, но Алла оказалась права. Шумела я исключительно редко. И даже если на студенческих вечеринках, к слову, не самых любимых в жизни мероприятиях – предлагали веселящие напитки – отказывалась, не буянила и часто сидела в уголочке. Таких скучных особ как я, по словам Аллы, с каждым годом становилось все меньше. Так что она, словно грибник, нашедший редкий фиолетовый паутинник, вцепилась в мою кандидатуру, пока скромницу-Иду не занесли в Красную книгу.

Мы вместе снимали квартиру на окраине Гвоздикина. А в последнее время Аллу будто подменили. Она, кончено, замечала мои слезы в подушку, жалела и пыталась научить всему, что знала о парнях сама. Потом вспоминала своего предыдущего, с выпускного курса, и заявляла ободряющее:

– Нет парней – нет проблем!

Я бы предпочла хоть немного проблемок, но желаемое знакомство воображала по-своему. И в отличие от лучшей подруги натягивала шерстяные рейтузы в рубчик на плотные колготы с начесом.

– У нас разные представления о приличиях, – буркнула я, перекидывая через плечо тканевую сумку с потертыми временем коньками. На голенищах серебрилась вышивка в виде снежинок. Шнурки пушились на концах, но мне не хотелось их менять, ведь пара досталась мне от мамы, и каждая деталь была по-своему дорога.

– Вот потому-то ты до сих пор одна, – парировала Алла, собирая тугие локоны в высокий хвост.

В груди болезненно сжался ледяной комочек, будто снежинки с острыми краешками разбередили только-только затянувшуюся рану и притаились до следующего раза.

– Пожалуюсь на тебя Толику, – пригрозила я, надула губки и направилась на выход.

Алла прицелилась и распылила из флакончика удушающее облако. Я ловко увернулась и вывалилась на лестничную клетку. Редкие капельки попали только на рукав любимого пуховика. А из квартиры донеслось дружеское ворчание соседки:

– Это Том Форд! Гвоздика, анис и ваниль – беспроигрышный новогодний аромат. Все мужики на катке будут твоими! – А потом она вдруг выглянула и добавила: – А-а-а, ну тебя, Идка. И откуда они там, а? На льду одни мальчишки…

– В хоккей играют настоящие мужчины, – пропела я себе под нос с первого этажа. – А кто-то на зумбу опаздывал.

Но Алла услышала и беззлобно проворчала, запирая дверь:

– Прошлый век! Толик, ты знаешь что-то про хоккей? – Она притворно вздохнула. – Вот и я говорю, спортсмены в зале и на стадионе, а не на Графской площади. Не скучай, дорогой.