Лисичка для "принца", дикие фиалки к Новому году

Глава 18. Всего лишь вода

Антон

Когда в пабе вновь загорелись разноцветные огоньки, превращая пространство в ломанный новогодний витраж, веселые студенты мне показались, наоборот, бесцветными. Яркие наряды не красили толпу. Затхлый воздух смешивал приторные духи девушек с дымным дыханием парней, отчего свербело в носу, и начиналась одышка.

– Куда подевались фиалки? – буркнул я себе под нос.

А из-под локтя вынырнула низенькая Феня и вставила, хотя ее не спрашивали:

– Ты тормоз, Антоша. – Она поправила тугую пуговку на платье под самым горлом. – Так ведь сейчас говорят? Не догадался еще?

– Нет.

– М-м-м, ну тогда, наверное, подвисший ботик.

В голове на длинное мгновение зазвенело, а мысли пропали вообще. Я внимательно посмотрел на Феню, оценивая заново.

И почему она вела себя со мной так, будто мы близкие родственники или, как минимум, знакомы целую вечность?

– Тебя Марк подослал?

– Сама пришла. А ты все еще здесь?

Ее вопрос выбил из колеи. Я тряхнул головой и оттянул шарф, который начал мешаться.

Ида! Точно, я же искал Иду!

– Она ушла с тем чудиком, у которого голливудская улыбка, – подсказала Феня.

– А?

– Твой слух острее, чем у других. Ты слышал. – Феня забавно сложила руки на груди, чем напомнила взрослую даму. Даже черты ее лица будто поплыли, уголки губ опустились от разочарования, лоб прорезали напряженные морщины.

– Кто ты?

– Она села к нему в машину. Смекаешь?

– Вот же!..

Стоп! А мне какое дело? Если Ида выбрала его, так запросто, увидела и через пять минут танца уехала. Да кто я такой, чтобы мешать девушке веселиться?

И все же, будто колючая еловая ветка царапнула внутри. Необъяснимое логикой чувство! Но я знал, что Ида моя! Я встретил ту самую, которую поклялся не обременять своим недугом. И не смел сделать ее несчастной, как не смел мешать ей устраивать личную жизнь. Но от мыслей, что к ней будет прикасаться Мист, у меня темнело в глазах.

– И чего стоим? – меланхолично поинтересовалась Феня, но в наигранном спокойствии сквозило настоящее бешенство.

Мне вдруг захотелось предложить ей прививку, но, медленно закипая, я спросил другое:

– И какая тебе разница?

– Когда-нибудь узнаешь! – рявкнула она.

– Куда? – Я искренне решил, что Феня в курсе, куда Мист повез Иду.

– А я откуда знаю?

Действительно. Откуда? Откуда, мать твою, ты все обо всех знаешь?

Зарычав, словно дикий зверь, я рванул к выходу. Две студентки поблизости взвизгнули, отшатнулись.

– Больной какой-то, – прошептала одна из них. Вторая кивнула.

Если бы вы знали, насколько правы!

– Выясни сам, – припечатала Феня в спину. Девчонка скакала за мной, сверкая стразами на смешных валенках. – Твой приятель, возможно, знает адрес.

Прямо на ходу я набрал Максу. Будто Ида мне что-то должна. А она ведь даже не оставила свой номер. Мы просто случайные знакомые, которые совсем не знакомы. Она меня и не вспомнит. А я одержим до гребаных чертиков.

И когда это случилось?

– Я вас? – отозвался Макс в трубку.

– Скинь адрес Миста.

– Без понятия. Тебе зачем?

– Он увез Иду.

В ушах барабанило сердце, и я боялся пропустить ответ Макса.

– Быстро у них. Тебе тоже понравилась?

– Я ее знаю! Это моя… – запнулся, сомневаясь, какое подобрать слово. Кто она мне? Никто!

– Сейчас спрошу у своей ее номер. Пришлю.

Макс отключился. Я уселся в свою белую Subaru и нервно барабанил пальцами по рулю, пока дожидался сообщения. Перед глазами всплывал образ Иды в зеленом переливающемся платье. Оно ей невероятно шло. Раньше не видел ничего прекраснее!

От одних воспоминаний по коже пробежал озноб. Волоски на руках встали дыбом, дыхание участилось, и я испугался, что начнется приступ. В брюках стало тесно. Ладони покалывало. Стоило убраться подальше из центра города!

Резко вывернув со стоянки, я помчался к лесу. Но на светофоре у Графской площади на экране бортового компьютера – смартфон сам подключался к нему, стоило завести двигатель – высветилось сообщение от Макса. Я тут же ткнул номер во всплывающем окне. В динамиках послышались длинные гудки, а потом досадное:

– Абонент сейчас не может ответить на ваш звонок. Пожалуйста, перезвоните позднее.

Повторил. Результат остался прежним. Я разозлился, саданул кулаком по торпеде. А светофор моргнул желтым сигналом, отчего пробрало животным ужасом. С широко распахнутыми глазами я медленно отпустил педаль тормоза, а машина почему-то на бешеной скорости помчалась вперед. Деревья зарябили перед глазами, последние дома на окраине города устрашающе нависли. Рекламный щит дрогнул в порыве налетевшего ветра.

Стоп! В таком состоянии нельзя садиться за руль.

С усилием втянув носом перегретый климат-контролем воздух, я завернул к обочине, включил аварийку.

Вылез из машины, перекинул через плечо коньки, связанные между собой шнурками, и направился к катку на площади.

Пешком.

Ведь я отъехал совсем недалеко, а голову стоило проветрить. Уже сидя в деревянном домике раздевалки, я искренне радовался, что зимой никогда не вынимал коньки из багажника. Да, можно было снова побегать по лесу, но после случайной встречи с Феней на поляне, я опасался. Лучше выпущу пар на льду.

Неспешное катание успокаивало. Но я все равно крутил головой, выискивая Иду, путался в ногах. Грелся то чаем, то компотом, то кофе, пытаясь дозвониться ей. Съел не меньше десятка румяных пирожков.

Ведь если Ида не отвечала, значит, была очень занята…

Но я караулил ее там, где мы встретились впервые. Долго сидел на низком бортике с выпуклыми узорами и смотрел в ночное небо, не чувствуя холода… Ладони касались ледяной корочки, превратившей шершавый камень в гладкое зеркало. И мне чудилось, что совсем недавно его так же касалась Ида.

Подмерзшими пальцами я выцарапал из кармана смартфон и набрал Марка.

Стоило нормально объясниться с ним раньше, сразу после ссоры или на следующий день. Ведь мне как никогда требовался его дружеский совет. А теперь я слишком затянул и сомневался, как начать разговор. Марк не отвечал, как Ида. Будто бы я в чем-то так сильно провинился, что все разом от меня отвернулись. Но как только погас экран, друг перезвонил сам.