Лисичка для "принца", дикие фиалки к Новому году

Глава 19. Полночь в Апачах

Ида

На улице бушевала метель. У меня в душе бушевали сомнения.

Может быть, зря я игнорировала Мстислава? Да, я решила больше не ждать чуда, не ждать скакуна на белых коньках, вообще ничего не ждать. Оставить навязчивые попытки познакомиться с приличным парнем и просто учиться и работать в свое удовольствие. Но ведь я сама отказывалась о того, что предлагала мне жизнь, буквально пихала мне под нос. Который я тут же воротила, не разобравшись. Держи, Ида: «Вот парень-красавчик с улыбкой, как свежевыпавший снег». А я: «Такого счастья нам не надо, приберегите для других».

А вдруг, пока я капризничала, мироздание решило, что мне вообще ничего хорошего не надо? И действительно раздаст другим, а мне больше и не предложит. Как в сказке о рыбаке и рыбке!

Некстати в воспоминаниях всплыл фонтан с заснеженными рыбинами посередине. Почему-то именно от них я ждала волшебства. Великий русский поэт явно знал больше других. Впрочем, он и котов постоянно подозревал. А я вместо кота завела кролика, чтобы быть не такой как все. Да-да, пора признаться самой себе, что именно для этого. Ведь женихов от сильных независимых женщин отпугивали вовсе не кошачьи лапы, усы или полосатые хвосты. Женихов сносило силой и независимостью, как снежным бураном.

Зябко поежившись от удручающих мыслей, я вернулась к работе.

Уютный цветочный магазин оделся к празднику. В наружной витрине разместились хвойные венки и авторские свечи от анклава местных рукодельниц. Я собирала букет с живой омелой, яркими фиолетовыми гвоздиками и мелкими шариками зеленоватых хризантем. Цветы ковром стелились по прилавку.

Моя напарница, Вика, поливала орхидеи в дальнем углу помещения. Для зимы они цвели необычайно пышно. Обычно не в сезон я работала одна. А сегодня мы ждали поступления луковичных, чтобы удивить покупателей к новому году, как в известной сказке, но те задерживались.

Я ровняла секатором ножки гвоздик, чтобы воткнуть их в губку, когда в зал неспешно проникла пожилая дама. Она запустила в тамбур морозный воздух, будто принесла с собой глоток мятного чая. Отряхнув седые кудри, уложенные вокруг лица и припорошенные снегом, дама сразу же поманила меня к витрине.

– Мне бы вон ту свечу с двумя фитилями. Думаете, она не подожжет ящик, если ее поставить в букет?

– Она в специальном стакане, – развеяла я опасения. – Но композицию надо разместить вокруг и следить, чтобы ветви и стебли не свисали над свечой.

– Доставайте.

– У нас есть еще такие на складе. Несу?

– Уж будьте любезны.

И пока я ковырялась в небольшой каморке за прилавком, колокольчик над дверью очередной раз пропел свою предпраздничную мелодию. Выбравшись из зарослей орхидей, Вика встретила нового посетителя.

– Я ищу фиалки, – поделился мужчина.

– О, у нас осталась последняя узамбарка от Джеймса Мунка «Полночь в Апачах». Коллекционный пестролистный сорт с невероятными цветками, к нам вообще попал случайно! – затараторила Вика и повела его к подсвеченному фитолампами стеллажу.

– Не такие. Мне бы в букет, такие, как в лесу по весне. Минуточку. – И он ей что-то показал.

Фиалки, как в лесу?

В груди все скукожилось, будто когтистая лапка поскребла по сердцу. А ведь у меня дома стояла корзинка с фиалками! И я до сих пор понятия не имела, кто мне их прислал. Более того, просмотрела базы наших поставщиков и диких фиалок ни в одной не обнаружила. Спросила у начальницы, на что та заявила:

– Изучайте матчасть, Ида. И не будет возникать подобных вопросов.

Ага. А то я же сама не знала, что эти цветы бывают только весной в определенной местности. Но спорить с работодательницей не стала. Она ведь права.

Так вдруг, к нам заглянул мой маньяк?

Отвлекшись на разговоры в зале, я забыла, зачем полезла в подсобку. Розовые коробочки со свечами попались на глаза в самом углу. Чтобы добраться до них и не рассыпать по пути кашпо и бутыли с удобрениями требовалась особая сноровка.

– С минуты на минуту привезут первоцветы: гиацинты, нарциссы и крокусы. Фиолетовые будут обязательно, – пообещала Вика, ведь не могла отпустить мужчину из цветочного магазина с пустыми руками. Где это видано?

– Фиалки? – обрадовался он. – Тогда я подожду.

– Гиацинты и крокусы часто фиолетовые. Из фиалок самая лучшая вот эта, от Мунка.

– Девушка, ну что там? – потеряла терпение старушка. – Давайте достанем с витрины. Я готова взять с пылью и со скидкой.

– Они, к сожалению, и без того, и без другого, – отозвалась я. – Ручная работа. Добралась! Вам с ароматом мандаринов или глинтвейна?

– У них есть аромат? – удивилась старушка. – Нет, я знаю-знаю, что в свечи добавляют синтетические отдушки, но на витрине…

– Где же тогда купили это? – продолжал мужчина.

Снова отвлекшись, я пропустила брюзжание старушки и на секундочку выглянула из кладовой. Стало так интересно, что мужчина показывал Вике! В длинных пальцах застыл подсохший стебелек с темным синеватым венчиком.

– Сухоцветы везут даже из Китая, – отмахнулась Вика. – Берите лучше живые гиацинты. Девушкам нельзя дарить засохшие или искусственные цветы.

– Еще есть ваниль и… – я притворилась, что выбралась ради своей покупательницы, а вовсе не для того, чтобы подслушать чужую беседу. А потому поспешно спряталась обратно, присмотрелась к наклейке на коробке и добавила: – «Снег в горах».

– Ни в коем случае, – согласился мужчина.

– Если подарок нужен срочно… – печально начала Вика, чтобы впарить коллекционную «Полночь в Апачах».

– Даже засохший цветок источает сладковатый аромат. Я ищу именно его. Гиацинты не подойдут.

Меня будто парализовало, ведь я знала мельчайшие оттенки дикой фиалки, каждую нотку ни на что не похожего флера. А потому выскочила из подсобки, навернув стопку пластиковых кашпо. Они с грохотом посыпались в зал, мешаясь под ногами.

За мужчиной закрылась дверь. Печально звякнул колокольчик. Я споткнулась, полетела вперед и вывалилась из-за прилавка прямо под ноги пожилой покупательнице.