Лисичка для "принца", дикие фиалки к Новому году

Глава 27. Преображения с прибабахом

Антон

Как много времени надо, чтобы решиться на простой шаг. Только простым он кажется уже после, а сначала видится невозможным. Я сам придумывал ограничения, страдал от безысходности, а мог бы давно жить иначе.

Нет, не мог. Ведь дозрел только теперь, а раньше бы и не понял, что мне сказал Денис. Стряхнул бы его слова с плеч, как крошки от печенья со стола после завтрака. Но во мне больше нет сожалений.

Не будь я таким, какой есть, разве встретил бы Иду?

– Тони, але! – третий раз повторил Марк. А я и не услышал, как он снова отказался, ссылаясь на знаки судьбы в виде подобных сложностей.

– Ты же профи! – подмаслил я, переминаясь на пороге. – И не все бабы капризные обманщицы! Такие не выдержат моего недуга. Но, оказывается, бывают понимающие.

– Понятливые? – напряженно переспросил Марк, не пропуская меня внутрь. Только теперь я догадался, что приехал без предупреждения и, наверняка, застал его с девушкой. – Так Катюха все сразу и поняла, когда нашла кольцо. Она самая понятливая баба из всех, что я знаю.

– А я не узнаю, примет ли Ида меня таким, пока не попробую. – Я похлопал себя по груди и бокам. Пижама придавала ситуации нелепости.

– Ты оскорбил мою невесту и думаешь, что я стану помогать? – зарычал друг, прикрывая дверь, но я успел подставить ногу.

– Разве? – удивился я, переосмысливая сказанное, ведь и не думал никого обижать. Просто выложил, как есть.

– Спасибо, что открыл мне глаза. Больше не приезжай и не звони.

– Марк!

– Ее я готов терпеть, она красивая. А от друга терпеть гадости не намерен.

– Я говорил про себя!

– Вот именно, Тони! Все должны прыгать вокруг тебя, твоей болезни, твоей ситуации, опираться на твои гениальные выводы. Только я своей башкой подумаю, ок?

– Ок! Ты просил совета, сейчас я прошу помощи…

– Досвидос.

– Для этого и нужны друзья, разве нет?

Марк ловко выпихнул мой кроссовок на коврик с затертой надписью «Welcome». И дверь закрылась перед моим носом раньше, чем я договорил.

Я и не заставлял думать так же. Но ведь имел право на свою точку зрения. Почему Марк так отреагировал? Потому что Катюха услышала, и он испугался скандала.

Только я тоже не хочу терпеть такое от друга. Он впервые отвернулся от меня. Впервые оставил меня без помощи.

И я помчался переодеваться, чтобы скорее попасть на Графскую площадь. Мне требовалось выпустить эмоции, чтобы случайно не выпустить зверя.

– Сегодня такой каток на каждой улице, – подметил таксист, высаживая меня около ярких палаток с пирожками и морсами. – Можно далеко не ездить.

– Только здесь так вкусно пахнет, – улыбнулся я и попрощался.

Напускное веселье превратило мое лицо в гримасу, которую тут же сковало холодом. Мне требовалось прокатиться с ветерком, агрессивно вспарывая лезвиями лед!

Даже не помню, как переобувался. Чувствовал только, что до боли туго затянул шнуровку. Колкий воздух так же туго хлестал по щекам, кусал за нос, пронзал мочки ушей – сбивал пламя, бушующее в душе.

Мне не хотелось в очередной раз ссориться с Марком. Я всего лишь хотел найти Иду. Марк считал, что я позавидовал его счастью?

Может, и правда, хотел вкусить хотя бы кусочек чего-то подобного. Настоящих отношений.

Только моя влюбленность была моей личной проблемой. Ничуть не взаимной. Даже, скорее, надуманной. Слишком эфемерной, чтобы считаться настоящей.

И отчего же тогда я так маялся?

Марк пытался переключить мое внимание, даже поссорился со мной… чтобы уберечь от пустых страданий.

Закопавшись в мыслях, я чуть не сшиб девчонку, которая бросилась мне под ноги. Выставив руки, я увернулся от столкновения, но утянул ее за собой, будто в страстном танце. Она вскрикнула и прижалась к моей груди. А я вместо того, чтобы притормозить, втесался в бортик фонтана. Отодвинул неожиданную партнершу от себя и заглянул в озорное лицо.

– Феня?

Она пахла полынью и липовым цветом несмотря на то, что недавно дарила мне клевер и нежную фиалку. И я все еще подозревал, что именно она источала тот сумасшедший аромат. Но теперь что-то не складывалось.

– Я думаю, что ты слегка заблудился, – предъявила Феня. – Сколько можно?

– Уверен, как никогда, что на правильном пути, – парировал я.

Если честно, хотелось спорить с ней, что бы она ни сказала. Это ужасно раздражало, ведь девчонка не вызывала во мне мужского интереса. Я гонялся за призраками: эфемерной красоткой, выдуманной влюбленностью. И не желал замечать ту, что все время крутилась под ногами, буквально навязывала общение. Феню.

– Нет же! – Она возмущенно всплеснула руками, отчего еле устояла на коньках. – Такое важное дело нельзя пускать на самотек.

– Да я стараюсь. А ты чересчур активная. Парни пугаются такого напора.

– Считаешь? – Феня делано приподняла брови.

– Конечно! Мы уже несколько раз обнимались. И все по твоей инициативе.

Она смешно попятилась и фыркнула:

– Не выдумывай.

Это я-то выдумываю?

– Ты же не любишь кататься. Еле стоишь на коньках, поджимаешь губы и держишься кулачками за куртку, чтобы не упасть, – подметил я. – Только это мало помогает.

– Не умею. Плохо получается, – попыталась она схитрить.

– Не любишь, – настаивал я. – И специально следишь за мной.

– Знаешь, многие верят в судьбу. Жалуются на нее, что у других она более удачная, – вздохнула Феня и присела на бортик фонтана, словно собиралась поведать мне нечто серьезное, и разговор наш будет долгим. – Или говорят: «ну, не судьба». И успокаиваются. Перестают стремиться к цели, если не получают желаемое легко и быстро. Только мы своей судьбой управляем сами, а не кто-то там свыше. – Ее глаза заблестели, в голосе появился звон, будто бились сосульки, срываясь с крыши. – Сами сдаемся. Так вот я не сдамся и тебе не позволю! Ты же чувствуешь!

– Что?!

– Аромат фиалок! Диких, лесных фиалок! – У Фени на ресницах заблестели слезы, тут же превратились в искристые кристаллики и осыпались за воротник.