Лисичка для "принца", дикие фиалки к Новому году

Глава 32. Графская площадь

Ида

Кутаясь в чужую куртку, я волочила по сугробам человеческие ноги. Я знала, что Феня найдет ее по запаху, когда я оставлю одежду на месте своей. Обернуться лисой больше не получалось. Ведь мы с мамой только что разыскивали моих троюродных братьев и сестер. И то, что Антон жил неподалеку, наводило на определенные выводы.

Рано радовалась!

Страх сменялся сожалением по кругу. Но вместо того, чтобы помочь снова переодеться в рыжую шубу, смятение лишь сковывало тело, будто я давно лежала на кровати в неудобной позе и не могла пошевелиться.

– Мне не писала твоя мама, – в который раз повторял Антон, едва прихватывая меня за локоть, чтобы скорректировать направление движения.

Я же лезла напролом через валежник, не важно куда, лишь бы побыстрее выбраться из леса! Быстрее получить ответы! Быстрее избавиться от неприятного оцепенения!

Ведь он меня поцеловал! А потом я его! Не могло же меня тянуть к брррр… брату! Пускай и троюродному. Фу, какая гадость!

Передернув плечами, я подавила всхлип, но Антон заметил.

– Мои родители жили в Цаплино, это Екатеринбургская область, – убеждал он.

– Бррр! – повторила я вслух. – И откуда они там взялись?

– История умалчивает, – признался он. – Я вырос в приемной семье. Но фиалки!

– Что?

– Разве мы бы пахли друг для друга фиалками, если не были идеальной парой?

– Так сказала Феня? – Я наморщила нос и тяжело вздохнула.

– Она.

– Давно ты ее знаешь?

– Пару недель, – признался Антон.

– А я за всю жизнь не потрудилась узнать своих родственников, хоть росла и не в приемной семье. – Я покосилась на него краешком глаза, а он заметил и ободряюще взял за руку. Ладонь окутало теплом, а по коже пробежал приятный холодок. Пришлось зажмуриться, чтобы не выдать себя. – Знаешь, она права. Мы все думаем, что у нас все нормально, пока не попадем в подобную ситуацию!

– Феня умеет такие вещи! Она определенно права, в том числе и насчет нас с тобой.

– Какие же?

– Она старая лисица, а притворяется девчонкой! Управляет и своей человеческой «шкурой».

Под раскидистым ясенем нашелся мой лавандовый пуховик и потертые коньки. Сквозь стволы просвечивали огни Графской площади.

– Отвернись, – жалобно проскулила я. Хотела попросить пожестче, чтобы не думал про меня невесть что… Кинулась целоваться, надо же! А он уже и решил, что я с ним до гроба.

Пальцы слушались плохо, колготы с трудом натягивались на озябшие ноги, руки застревали в рукавах вязаного платья. Антон оделся быстро и серьезно вглядывался, плотно сомкнув губы, в рыжеватые огни вокруг старинного фонтана.

В кармане завибрировал смартфон. Куча сообщений в мессенджерах. Пятнадцать пропущенных от мамы! Десять от Аллы. Я тут же перезвонила подруге.

– Ида, мать твою! – послышалось из трубки.

– Мама с тобой?

– Ты в порядке? – затараторила Алла. – С этим? В смысле с тем?

– Я с Антоном. Вы дома?

– На площади. Хороводим вокруг фонтана. Тут у каждой елки активность.

– Мы уже идем.

– Познакомишь?! Наконец-то! – возликовала подруга. И не мне: – Тетя Мариночка, Ида тащит Его знакомиться! Отдайте уже компот, от него у вас бордовые усы! Скорее, ищите «Дюшес». – И снова мне: – Он с подарками?

– Эм, ну, мы точно с сюрпризами.

Антон рядом усмехнулся и показал большой палец:

– Они мне уже нравятся.

И несмотря на страхи и сомнения я приняла его помощь – подставленные локоть и плечо. Мы вместе шагнули на лед, и мир поплыл перед глазами смазанным желтым пятном праздничных огоньков. Музыка включилась будто только сейчас. Словно между лесом и площадью была натянула полиэтиленовая пленка, мы ворвались в настоящий праздник – шумный, яркий, веселый.

В небе вновь распустился салют, прямо над нашими головами – фиолетовый с золотистыми искорками.

– Кажется, у творца закончились другие краски, – подметила я.

– Скорее всего, это знак свыше для нас двоих. – Антон рассмеялся.

Он был со мной на одной волне, раз понял, о чем я. И это взволновало меня гораздо больше его обжигающих прикосновений.

Только бы не родственник!

– Мне надо к фонтану, загадать желание. Срочно! – встрепенулась я.

– А как же знакомство с твоей мамой?

– Ты ее видишь? – Я изогнула брови и сама же ответила: – Вот и я «нет». На льду толпа.

Антон снова захохотал, будто я отмочила самую смешную шутку на свете. Я же слегка опешила. А угомонившись, он подмигнул и заговорщически проронил:

– Я слышал, что она танцует вокруг елки.

– Антон, – серьезно нахмурилась я. – Ты хочешь, чтобы все получилось?

– Между нами? Все получается лучше, чем я мог бы мечтать.

Такого ответа я не ожидала, а потому так и застыла с открытым ртом, ведь приготовилась требовать, чтобы он не спорил и ехал к фонтану. Антон же щелкнул меня по носу и потянул к приснопамятной елке между палатками с пирожками и пряным варевом.

Не различая лиц, я скользила следом и практически столкнулась с Аллой, которая звала меня по имени и махала руками, стоя у кромки льда.

– Аллка!

– Так вот он какой, аленький цветочек! – буквально пропела подруга, вцепившись взглядом в Антона.

– Подхожу? – осведомился Антон.

– Вполне, – проворковала Алла и протянула ему руку. – Алла, соседка Иды.

– Антон, будущий сосед Иды. – Он слегка пожал ее пальчики в тонких не по погоде перчатках.

– О-о-о, м-м-м, – заценила она. – Ида, ты съезжаешь?

– Ничего подобного! – открестилась я. – Где мама?

Та будто услышала и отделилась от домика с напитками. Держа в руках несколько петушков на палочке, она направилась прямиком к нам.

– С Новым годом, дорогая! – мама расцеловала меня в обе щеки и крепко обняла, чтобы следующие слова прошептать на ухо: – У меня для тебя особенный подарок. – Я скептически покосилась на леденцы. – Приехали Витя с Дианочкой и Кирюша с Леночкой. А еще Валя обещал заглянуть завтра на чай. Представляешь, все! Все троюродные братья и сестры нашлись! И все тут!