Лисичка для "принца", дикие фиалки к Новому году

Глава 42. Да ты попал

Антон

Забирать меня из больницы приехал лучший друг, а его жена – хоть называть так Катюху до сих пор было непривычно – поехала ко мне, чтобы приготовить на несколько дней полезной еды. Марк внимательно выслушал рекомендации врача и заявил, что пицца и доширак не годятся для быстрого восстановления мышц и нервной системы. Я не спорил, ведь своим пациентам тоже не рекомендовал питаться одними углеводами. А «но» все-таки имелось.

– Мама уже выехала из Екатеринбурга, завтра будет в Москве. Не стоит так суетиться, – повторил я в который раз, медленно переставляя дурацкую металлическую табуретку, доходящую мне до пояса, в сторону выхода.

Ноги еще не слушались как следует, а потому передвигаться мне предстояло при помощи ходунков. Я злился, но твердо решил, что сделаю все возможное, чтобы распрощаться с ними как можно быстрее.

Буду тренироваться целыми днями!

– Нам с Катюшей приятно о тебе заботиться, – возразил Марк. Ему все еще казалось, что он предал нашу дружбу, женившись, пока я боролся за жизнь.

Словами не передать, как я растрогался. А потому я про себя благодарил Всевышнего и само мироздание за все, что у меня было. За лучшего друга, за возможность дышать и снова видеть солнце по утрам. И молча вывалился в больничный коридор, грохоча дверью, шкрябая ножками по глянцевой плитке пола.

Обожаю жизнь! Обожаю Марка! Ненавижу зимние дороги…

Ровно на этой мысли я снова столкнулся с Идой.

Совпадение? Злой рок?

Она ревела и таращилась в никуда. А я сам только что так расчувствовался, что нес полнейшую чушь. Хорошо, что Марк выкатил следом мои вещи и скрасил неловкость ситуации. Девицы – за Идой приехала подруга, а не мать-истеричка – переключились на него.

– О, Тони обо мне рассказывал? – развеселился Марк.

– Нет, – заверил я, медленно продвигаясь к лифту.

Если честно, мне хотелось забыть историю с аварией, а не ковыряться в странноватых фактах. И уж тем более я не обсуждал с Идой друзей, личную жизнь и планы на будущее. Выписка тоже не доставляла радости, кроме трогательного момента с лучшим другом.

Ведь уже завтра меня ждали в органах для дачи показаний. Марк заверил, что меня признают невиновным, ведь я пытался затормозить, а девушка была не на дороге, а на обочине. Пострадали мы оба.

Но нервозность сохранялась. Вместо покоя и планомерного восстановления мне предстояла беготня. И я все равно чувствовал себя виноватым: что не заметил яму, что не справился с заносом, что злился за рулем на хозяев собак.

На душе становилось погано.

А Ида? Да-да, почти что женская ипостась царя мертвых.

Ида – напоминание о моих промахах. Не хочу ни видеть ее, ни вспоминать, ни случайно встречать на улицах города.

А потому, когда мы все набились в один лифт, я специально смотрел в другую сторону. И с отрешенным видом ждал, когда девушки первыми выберутся наружу на первом этаже.

– До встречи, – бросила Алла, оборачиваясь на нас с Марком.

– Надеюсь, больше не увидимся, – выплюнул я. Настроение окончательно испортилось.

И чего я так разозлился? Никогда ее не увижу! Надо радоваться!

Но не получалось. Ида с подругой забрались в темно-синий Opel, а за рулем оказался мой знакомый из качалки. Он помог девушкам затолкать сумки в багажник и заявил, принимая Иду в объятия:

– Тебя там Толик заждался! Места себе не находит.

Толика в зале я не встречал, а потому как-то напрягся. Ее слезливые признания в мой адрес никак не вязались с наличием ухажера.

Меня Марк усадил в мою любимую белую, отремонтированную, пока я был в отключке, Subaru Forester.

– А сам за ней не приехал. Толик этот! – пробурчал я другу, хотя вообще не должен был подслушивать.

– Номер взял? – усмехнулся Марк, усаживаясь на водительское сидение.

– Что?

– А, ладно. – Друг махнул рукой. – Найдем. Если что, в больнице спросим.

– Не дадут.

– Виктор Семенович? Даст, как миленький. Он же вас обоих еще изучать планировал.

Точно! Я же пообещал доктору помощь в исследовании. Похоже, поскорее забыть происшествие не получится.

– Мне не надо. Поехали.

Наблюдая в зеркало заднего вида, как Макс вырулил со стоянки, я напряженно сжимал в кулаке ремень безопасности. И когда его машина повернулась боком, Ида будто бы поймала мой взгляд даже через стекла и зеркала. А мне вдруг снова померещились фиолетовые лепестки в ее волосах. Но оглянувшись, я застал удаляющийся бампер.

– Да ты попал, бро, – протянул Марк. – И вовсе не в аварию.