Лисохвост для Дракона

Глава 7

— Вот тут родовая книга, Бекки. Когда я помру, она тебе откроется. В подпол по весне может пойти вода, ты следи! На огороде растет разрыв-трава, надеюсь, в твоей академии тебе объяснили, как с ней обращаться? И где ты витаешь? Я тебе, между прочим, дело передаю! — Магда вполне ощутимо ткнула Бекки пальцем в бок.

— Бабушка! — молодая ведьма аж подпрыгнула. — Ну что ты такое говоришь! И почему ты не хочешь поехать в Черноград? За последние сто лет медицина достигла больших высот…

— Глупости не говори! — бабушка устало уселась в потертое кресло. — Медицина! Каждая ведьма знает, когда приходит ее время. И я знаю. И это мой дом и помру я здесь.

Бекки почувствовала, как на ее глаза навернулись слезы! Это всё звучало так ужасно! Не может, не может быть, что ничего нельзя сделать! Ведьмы они или кто? Вот бабушка считает, что они даже сильного дракона могут завалить, а болезнь — почему-то нет.

Похоже, Бекки слишком громко думала, потому что бабушка положила руку ей на голову, и девушка почувствовала приятное оцепенение.

— Кое-что можно сделать. Но лучше не стоит, — сказала бабушка.

— Что?

— Когда-то давно, очень давно, когда я была молода, как ты, я сделала большую глупость… — начала бабушка.

— Какую? — выдохнула Бекки

— Влюбилась в инквизитора, — Магда как будто выплюнула последние слово. — Влюбилась, как дурочка, хотя и была дурочка. Но он был хорош, конечно. Красивый, молодой, и хозяйство имел, как у коня! Вот не вру, вот такой!

И она показала Бекки ладонями размер хозяйства неведомого инквизитора, как некоторые рыбаки показывают свой улов. Размер, действительно, был впечатляющий.

— Но, конечно, я его не за это любила! Ты там не думай! — строго сказала Магда.

— Ага, вообще не думаю, — соврала Бекки. — А дальше что?

— А дальше он пошел на повышение, уехал в столицу и бросил меня, — грустно ответила бабушка. — Я ждала его пять лет! Ни слова, ни полслова от него не было! Типа «безопасность»! Ублюдок. В общем, на шестой год я вышла замуж за твоего деда и вошла в род Златовых. А на седьмой год он вернулся.

— Инквизитор? — кажется, начиналось что-то интересное. У Бекки даже уши зашевелись от предвкушения.

— Да, этот засранец. Приехал и, представь, стал меня обвинять, что я не дождалась! Что разбила ему сердце! Урод. А я ведь отдала ему часть своего! — у бабушки задрожали губы, и внучка обняла ее, чтобы утешить. Потом до нее дошел смысл слов, сказанных бабулей.

— Что? Ты сделала ему «сердечник»?!

— Да, дитя мое. Говорю же, дура была.

Бекки пришла в ужас. Она не могла понять, как можно было совершить такую несусветную глупость! Это же «сердечник» — такими вещами не разбрасываются!

Бабуля укоротила себе век ради какого-то хмыря в черной форме, пусть даже у них была любовь, и у него было хозяйство, как у коня! Но отдать свои личные годы, чтобы другой человек прожил дольше положенного? Это было что-то немыслимое!

— Пусть вернет! Он нарушил договор!

— Подарки — не отдарки. Слышала? — бабушка легонько стукнула Бекки пальцем по лбу. — Он мне ничего не обещал. Я отдала ему «сердечник» без условий. И не могу его забрать сама. Хотя к старости у него крышу снесло, конечно. На себя перестал походить.

— И кто этот счастливец? — спросила Бекки с любопытством. Явно везучий и подлый инквизитор живет в Дивногорске, далеко от создателя «сердечника» нельзя уходить.

— Это Барий Сивый Конь, — грустно улыбнулась бабушка.

Бекки поперхнулась чаем. Этого старпера она уже пару раз видела. Да он же ужас какой был старый и страшный! Хромал, одного глаза у него не было, а вместо левого уха змеился уродливый шрам! Такого на ночь детям лучше не показывать!

Похоже, она опять начала слишком громко думать.

— В молодости он был красавчик, — почему-то обиделась бабушка. — А увечья? Так он воевал. Он и сейчас, в принципе, ничего. С некоторых сторон. И красота в глазах смотрящего, знаешь ли. Одно только, он совсем помешался на ненависти к ведьмам. Потерял благородство. Явно плохо кончит.

— Я знаю, что он тебе задолжал. И я верну твой «сердечник», — сказала Бекки с энтузиазмом. Перед ней забрезжила надежда продлить дни бабули! Внучка должна Магде за приют, а ведьмы долги чтят.

— Поаккуратней, Бекки. Вообще-то он Старший Инквизитор. И тебе никогда не пробраться на территорию ВШИ.

— Еще посмотрим, — сосредоточенно ответила Бекки.

В ее голове начало складываться что-то похожее на план. План с участием одного мрачного, занудного молодого курсанта.

Бабушка посмотрела на внучку с тревогой.

— Я уже жалею, что рассказала тебе эту историю, Бекки! Давай-ка ты прижмешь свой хвост и не будешь делать глупости! И уже скоро обед, ты собираешься выходить на ярмарку?

— Конечно. Просто вчера с утра там народу почти не было. Одни «вши». Один ко мне все докапывался с документами. Бран Чернокрыл. Мерзкий тип. А продажи пошли только к вечеру.

— Чернокрыл? Хороший род, старый, давно известный на севере. Но лучше держаться от них подальше. Сожрут и скажут, что так и было, — неодобрительно покачала головой бабушка. — Сама уже знаешь.

— Бабушка, мне одного дракона на всю жизнь хватило, уж поверь! А этот — нудный, жадный тип. Хотя они все такие! А Чернокрыл еще и инквизитор. Ужасное сочетание. Ладно, ба, пойду доварю глинтвейн и буду греть машину.

Бекки убежала на кухню. Ей нужно было все хорошенько обдумать.

***

Бран сегодня спал на удивление отвратительно. Хотя всё было как всегда: курсанты храпели, пыхтели и скрипели кроватями. И обычно ему это совсем не мешало.

Чернокрыл всегда считал людей на удивление шумными и слабыми существами. Потому и живут они кучами, что порознь их любой поползень сожрет, несмотря на то, что большинство людей искрят каким-никаким, а даром.

А ведь поползни такие медлительные и тупые!

Хотя мясо у них отличное: сочное и сладкое, как мед. У Брана даже желудок заурчал от воспоминаний об этом дивном вкусе.