Листок из Книги Предсказаний. Книга 2. Курочка по зёрнышку

Глава 19

На следующее утро установилась прекрасная погода. Пожалуй, это был первый по-настоящему теплый и солнечный день лета. Все были довольны этим обстоятельством. Все, кроме выпускников летных училищ. Вчера это их бы обрадовало. Сегодня уже нет.

Им предстояло соревноваться не на земле, а в космосе. Лагстайр тоже засобирался. Он хотел увидеть происходящее не на экране монитора, а наяву, своими глазами. Сначала стартовали корабли гостей и членов жюри. Потом суда военной поддержки и охраны. И только в последнюю очередь челнок с участниками состязаний.

Выпускники летели с песнями и шутками. Им было весело. Каждый находился в предвкушении начала предстоящих соревнований. Пусть лидеры уже определились, но остальные тоже собирались «показать» себя. Наземные соревнования были, по мнению большинства, скучным делом, а вот в космосе можно было «развернуться» по-настоящему.

Сегодняшней ночью, тайком от преподавателей многие из ребят сделали себе татуировки и теперь показывали их друг другу. Когда очередь дошла до Скевера, тот ответил, что спал. Это вызвало шквал насмешек.

Юноша смерил однокурсников презрительным взглядом, и заявил, что не собирается «уродовать» себя глупыми надписями. Чтобы побеждать, нужно совсем другое – в первую очередь смелость и умение стратегически мыслить, что он и докажет сегодня остальным. Брайти, сидящий в другом конце корабля, мысленно с ним согласился. Скевер был выскочкой и зазнайкой, но рассуждал он здраво.

Всех участников разместили на специальном корабле. Когда до начала соревнований оставалось не больше часа, каждому из них был вручен листок с примерной схемой этапа и бланк о согласии с условиями. В схеме содержалась краткая информация о нахождении мин-ловушек и конечной цели, добравшись до которой, участник заканчивал соревнования.

Бланк был специально предусмотрен для того, чтобы снять всякую ответственность с жюри. В нем выпускники уведомлялись об опасности, которая грозила им на космическом этапе соревнований. Установленный лимит времени для прохождения этого этапа был равен двум часам. Именно на столько времени было топлива в баках кораблей. Выпускники вынуждены были соревноваться на старых машинах. Из-за больших потерь на вагкханском фронте генеральный штаб не мог себе позволить использование новейших истребителей.

Лагстайр тоже получил схему. Только более подробную, чем курсанты. Из нее было ясно, что космический полигон имеет квадратную форму. По его углам дежурили корабли охраны. Вдоль всего периметра постоянно двигались автоматические модули оцепления. В центре полигона находился корабль-база.

Участники соревнований должны были миновать минное поле, сразиться с самолетами-перехватчиками условного противника и проникнуть внутрь базы. Но это было еще не все. Каждый пилот должен был самостоятельно отыскать комнату связи, разбить защитный колпак и набрать свой личный код. Тот, кто сделает это первым, тот и выиграет космический этап соревнований.

Если бы у Лагстайра был передатчик, он рискнул бы и связался с Комдой, чтобы предупредить ее о ловушках. Но передатчика не было, а серебристый браслет, который женщина когда-то оставила ему, бесследно исчез. Неожиданно адмирал вспомнил о Дистрайте. Точнее, о том, что они с Комдой, думая только о соревнованиях, забыли про него и мужчина уже второй день сидел голодным. Старик тяжело вздохнул. Это был их первый просчет. Он надеялся, что последний.

***

Через час истребители стартовали. Они влетели в «зону» и сразу же разлетелись в разные стороны. У каждого из пилотов был свой план, как ему раньше остальных достичь базы. Комда влетела в зону вместе с остальными, и сразу же остановилась.

Та схема, которую Скеверу вручили перед стартом, была поверхностной и неточной. Единственное, что из нее можно было понять, это то, что в центре периметра находится корабль-база, на который ей нужно попасть.

Часть пространства до базы, так сказать, первый этап, была заполнена минами. Это были суперсовременные ловушки, определить нахождение которых при помощи оборудования было невозможно. Только визуальный осмотр позволял разглядеть этих маленьких, но чувствительных стражей.

Гатьянское командование не скупилось на ловушки, в отличие от кораблей, на которых летели курсанты. Визуальный осмотр предполагал маленькую скорость движения кораблей. Комду это абсолютно не устраивало. Она собиралась добраться до базы первой. Справа от нее что-то вспыхнуло. Значит, кто-то из курсантов поторопился и напоролся на мину. Через мгновение вспыхнуло слева. Сколько же участников доберется до второго этапа, когда им нужно будет сразиться с истребителями условного противника?

Штабное начальство обезопасило себя, заставив всех пилотов подписать документ о добровольности участия в соревнованиях. Таким образом, вина за их возможную гибель ложилась на самих участников соревнований. Хитро… И точно в духе гатьянского военного менталитета.

Взгляд женщины скользнул по приборному щитку. В размышлениях прошло около пяти минут. Нужно торопиться. Комда поерзала в кресле, поправила страховочные ремни, опустила светоотражающее «забрало» летного шлема и… закрыла глаза. Её тело осталось телом Скевера, изменились только руки.

Вместо гатьянских «птичьих» лап появились человеческие пальцы. Комда отключила автопилот и легко тронула переключатели скоростей. Корабль вздрогнул. Она нажала сильнее. Он резко рванул вперед. Женщина не отпускала переключатели. Маленький истребитель продолжал набирать скорость.