Листья на ветру

Воительница

Фигура жрицы тихой поступью вела за собой свою группу. Они передвигались довольно медленно, будто на охоте, когда нужно оставаться незамеченным, чтобы не спугнуть добычу. Наложница бывала на охоте. В праздник богини-охотницы каждый член знати отправлялся за добычей, которую приносили затем в жертву. Она вспоминала, как ходила с луком вместе с сестрой, за которой нужен был глаз да глаз. Однако неприятно осознать, что стреляла та лучше. Ещё в одном деле оказалась лучше…

Голубые глаза неотрывно глядели на спину жрицы, но та не оборачивалась, полностью отдавшая себя инстинктам. Девушка вздохнула и краем глаза посмотрела на мужчину рядом. Она видела только его глаза, ведь он, так же как и жрица, полностью скрылся в тёмных одеждах. Но, даже не видя его лица, он казался ей неприятным. Спокойный, сильный, таинственный… Такие люди обычно манят к себе, но только не её. Всё тайное настораживало. Она чувствовала подвох. Однако, если он с ними, то полководец ему доверяет, значит, и Несу-бити. Да и жрице он подчиняется… Может, они знакомы?

– Акиф, как давно ты знаком с Метит? – шёпотом спросила девушка, продолжая глядеть на него.

Мужчина перевёл взгляд на неё мгновенно, а затем вернулся обратно, вперёд.

– Можешь ответить ей, – послышался тихий голос жрицы, что, не оборачиваясь, махнула рукой, – Только будьте тише. Патрульные могут быть близко.

Акиф кивнул.

– Она вырастила меня, – ответил он.

– Вырастила? Сколько тебе лет? – недоумевающее нахмурилась она.

– Шестнадцать.

– Сколько?!

Метит хихикнула, остановившись.

– Откормила, вот и вырос, – повернулась она к ним, – Ты бы видела, каким он был малышом четыре года назад… Такой милый и робкий.

– Госпожа, прошу вас, – сконфужено промямлил Акиф, – Сейчас не время.

– Смутился, – умилилась девушка и протянула руки к его лицу.

– Госпожа, – немного угрожающе повторил воин, перехватив её руки.

– Прости, – ласково отозвалась она и вновь повела за собой.

Блондинка, наблюдавшая за ними задумчивым взглядом, вновь окунулась в воспоминания. В её мыслях престала Роксан, девушка, что стала им наставником и по совместительству нянькой. Хоть они недолго жили вместе, Кьянеа успела привязаться к ней. Она вспомнила, как Роксан часто обнимала и игриво щепала за щеки, когда девушка злилась, обижалась или расстраивалась. Так она ободряла. Но всегда давала совет, даже без раскрытия мыслей она будто знала о причинах. Почему же она ушла? Роксан появилась в их жизни неожиданно и так же исчезла. Только разговоры с ней в прошлом приоткрывали занавес…

Они всё шли и шли по коридорам пустым. Метит это очень не нравилось. Она ощущала опасность. Чем дальше они проходили, тем больше росло напряжение, усиливая тревожность. Акиф тоже ощущал это. Он держался за меч крепкой хваткой, хоть и оставался внешне хладнокровным. Наконец, жрица резко остановилась, чувствуя присутствие. Они переглянулись с воином. Дыхание. Чужое дыхание, от которого сердце загрохотало в груди. Их уже ждут. Наложница прошла дальше. Глаза Метит в ужасе распахнулись, замечая металлический блеск в верхнем углу колонны. Она схватила блондинку за плечо и резко потянула её назад, одновременно вытаскивая меч и отражая клинок врага. Кьянеа с грохотом приземлилась на ягодицы и с удивлением уставилась на жрицу, что сдерживала противника. Стая из десяти вооруженных солдат им заградила путь. Акиф не подпускал к девушке никого из нападающих, пока та глядела на ловкие движения жрицы, что искусно владела мечом, отбрасывая противников с ранениями. Она отшвыривала натренированных мужчин, показывая, что на равных, даже немного превосходя их.

– И долго ты будешь сидеть? – прорычала Метит, не отрываясь от боя.

Кьянеа вздрогнула. В её голове снова появилась наставница с озорной улыбкой, протягивающая меч. Девушка потянулась рукой к своему поясу. Она достала короткий меч и заглянула в отражение, где видела страх. В мыслях пронёсся усмехающийся мужской голос, заставивший её подняться и без лишних мыслей взмахнуть мечом и перерезать, прорвавшемуся к ней, солдату горло. Все замерли, обратив на неё взгляды, на мужчину, что беззвучно кричал, захлебываясь в крови, и в итоге свалившегося на каменный пол в посмертном окрике. Блондинка же с равнодушием вновь глянула в отражение на мече, замечая хмурые брови и уставший вид лица. Она подняла взгляд и медленно подошла к Акифу. Он осуждающе сверкнул глазами, отвернувшись. Тогда девушка огляделась, пытаясь понять причину его взора. Её губы выгнулись в ухмылке: жрица и её пёс никого не убили. Для неё это означало слабость. Девушка рассмеялась. Один из оставшихся патрульных выругался и с проклятиями кинулся на неё, что послужило сигналом к продолжению.

Блондинка играючи уворачивалась от гнева мужчины. Подгадав момент, она жалом направила клинок в открывшееся слабое место. Солдат повалился набок, получив лишь царапину. Позади него стояла Метит, что ударила его, вырубив. Наложница осмотрела корчующиеся тела и вернулась к жрице, чьи глаза неистово горели ярким зелёным.

– Зачем ты его убила? – озлобленно спросила Метит.

– Потому что он напал на меня, – спокойно ответила она.

– Зачем. Ты. Убила. Его, – повторила более жёстко жрица.

– Иначе бы я умерла, – с возмущением недоумевала девушка.