Листья на ветру

Расплата

Стража искала иноземку весь день, перевернув дворец наследника и заглянув в каждый уголок общего крыла дворца. Только девушка как в воду канула. Пока не явился Дакараи. Мхотеп встретил своего наставника с растерянностью. Если явился именно он, значит, замешан Отец. Собрав свои эмоции в ладони, наследник запрятал их глубоко внутри. При встрече с правителем нужно сохранять лицо.
Правитель ожидал его в своем рабочем кабинете, где кроме него находился приближенный вельможа, что по совместительству являлся зятем одной из его сестер. Слуги отпущены, а двери за спиной захлопнулись, образуя звенящую тишину. «Не к добру это», – мелькнула мысль у преемника. Тем временем Дакараи приблизился к правителю и встал по другую руку. Суровые лица, строгие глаза, обращенные к нему, как на преступника. Они знают. Их не удалось обмануть.
– Знаешь ли ты, почему стоишь предо мной сейчас? – жёсткий глухой голос отца пронёсся по помещению.
– Нет, – Решил отчитывать.
– Дабы устранить волнения, мной было принято решение о казни.
– Кого? – с враждебностью вперил сын взгляд в отца, высматривая ответы в холодных глазах. Правитель перевел взор на стоящего приближенного. Тот кивнул и прошел к софе, где покоился небольшой ларец. Взяв его, советник преподнёс наследнику. Мхотеп в недоумении нахмурился, предполагая, что увидит: рука, глаз… Что могло бы еще поместиться в это хранилище? Он открыл и застыл. Волосы. Они мелькнули в его памяти. Как искрились на солнце, как пылали при свете огней, как заправлялись за ухо тонкими пальцами. Он знал хозяйку этих волос. Дрожащей рукой Мхотеп достал их из ларца и вдохнул. Они пахли Ею.
– Преступница созналась и на месте была казнена, – объявил Дакараи, сжав крепче ладони за спиной.
– Ложь, – тихо промолвил юноша, прожигая затравленным взглядом.
– Больше этой девушки нет в твоей жизни, Мхотеп, – констатировал Сети. Его лицо осунулось от вида своего ребенка. Тот ненавидел его: обида и несправедливость, неверие и падение еще глубже проникли в него. Ему казалось, что отцу падать некуда в его глазах, но даже со дна могут постучать.
– Где её тело? – леденящим тоном задал юноша вопрос. Все его эмоции бушевали в нём, грозя вырваться и разорвать всех на своем пути, но он запер их за каменными стенами своего сердца. Ему хотелось верить, пока бездыханное тело девушки не окажется в его руках. Только тогда он поверит.
– Выброшена в Зэорис в подношение защитнику – Себеку, в надежде, что души смогут пройти суд Осириса, – ответил приближённый.
– Не ожидал от вас такого, Несу-бити, – сжав на минуту челюсть до скрипа, Мхотеп резко переместил взгляд на правителя, – Без расследования и суда казнить человека, что ни в чём не повинен.
– Даже если она солгала, то всё равно ей тут не место. Влияние, что она оказала на преемника династии, принесло лишь зло. Это будет и тебе уроком: никто не имеет власти над правителем или его наследниками, кроме Богов.
Юноша крепче сжал пряди волос в ладони. Слова, произнесённые отцом, вызвали новую волну гнева. Грудь вздымалась от учащенного дыхания. Кровь прилила к коже. Урок? Урок! Будто ему было мало! Он потерял своих близких, а стоило ему впустить в своё сердце кого-то, то и его отобрали! И не кто иной как собственный отец! Тот, что любил безмерно его мать, а после её смерти стал лишь изваянием, правителем без сердца.
– Хепри была самым честным и бесстрашным человеком в моей жизни. Единственной, кто любил меня, а не титул или власть. Но ты решил забыть, что подобных ей или моей матери нужно беречь. – Горечь прожигала внутренности. Он не кричал, не шептал, лишь сухо произнёс и отрёкся от отца. Мхотеп признал: есть только Несу-бити.

Он вышел с каменным лицом. Острый взгляд отгонял от него людей. Ему хотелось крушить всё вокруг, но он держался, пока не покинет общие залы. Только стоило переступить порог своего кабинета, как всё, что кипело, вырвалось. Рёв зверя громом прошелся по помещению. Звон ваз осколками разлетался по стенам. Трещали ножки у стульев, улетая в углы. Всё, что можно разломать, разрушить, разорвать, попадало к нему в руки и становилось непригодным. Но даже когда не осталось ничего, эмоции тупой болью рвали его изнутри. Он не защитил. Он не послушал. Ему вспоминалось её лицо в последний миг. Сколько боли в нём отразилось, а всё из-за его поступка. Всеми способами старался удержать её рядом. Теперь же её нет совсем. Он больше не услышит её голоса, не увидит её улыбку или смущение, не почувствует радость от любви и покой, что она дарила одним своим присутствием. Её больше нет. Мхотеп ударил по каменному полу, с горечью наблюдая, как поверхность темнеет от капель скупых слёз. И стоило его взгляду зацепиться за запястье, как тиски сжались плотнее вокруг сердца. Браслет из лент с камнями, что он не снимал, как получил. «Вот подарок… Неуклюжий и совсем обычный», – пронеслись её слова в голове. Под светом пламени переливались серо-голубые камни, звавшимися оком неба и воды.
– Знала ли ты, моя возлюбленная Хепри, что камни напоминают мне твои глаза… – с трепетом прикоснулся юноша к украшению, – И теперь я смогу видеть тебя только в своих воспоминаниях.

Весть о смерти иноземки свалила Нубит с горячкой. От слёз и пустоты девушка несколько дней прибывала в лихорадке, пока за ней присматривала мать в безмолвной скорби. Зубери не появлялся несколько недель во дворце. То у себя в резиденции, то в местных тавернах пропадал он в забытье. Наследник же заперся в своём дворце, прогнав почти всех слуг. Сидя в четырех стенах маленькой комнаты, Мхотеп смотрел в маленькое окно и будто ждал, когда призраки потери перестанут мучить его душу, что не находила прибежище в вине или сне. Каждый день стучался Мбизи, напоминая о делах наследника и уходя ни с чем. Нубит же после выздоровления всё своё время посвятила, чтобы господин хоть немного ел, спал или мылся.
– А ведь он даже тела мне не оставил, Нубит… – промолвил пьяным языком господин, пока девушка укладывала его в постель, куда раньше укладывала ушедшую в небытие. – Теперь даже после смерти я не смогу увидеть её…
– Это не так, Господин, – ласково отозвалась Нубит, укрывая юношу, – Она всегда рядом с вами, и после смерти она будет первой, кого вы встретите.