Литерный "А": ставка на жизнь

Глава 6 Марита

Иногда, за вечерним чаем, на меня снисходит странное ощущение того, что меня не существует.

Туве Янссон «Путешествие налегке»

– Чай будете? – поинтересовалась Марита, стараясь рутинным вопросом спугнуть установившуюся меж ними тревожную тишь. Потом отвернулась к раковине – сполоснуть руки.

– Вижу, ваша соседка чаевничать не стала. – Кулагин помолчал, дожидаясь пока Марита поймет, что он все знает. Столкнулся с соседкой в дверях? На этот раз ему удалось растянуть бесцветные губы в самодовольной улыбке. – А я не откажусь от стакана воды, прохладной, если можно.

Зачем он играет с ней в кошки-мышки?

– Сейчас налью, – Марита взяла из холодильника початую бутыль минералки, наполнила стакан и торопливо, стараясь, чтоб коршун не заметил как руки дрожат от волнения, поставила на стол перед Кулагиным.

Налила себе, выдавила в воду сок из половинки подсохшего лимона и отпила кисловатую жидкость, пытаясь унять тошноту. К столу присаживаться не стала, осталась стоять, опираясь на привинченный к стене разделочный столик.

Нетронутая чашка чая, будто обозначая незримую границу, осталась стоять на столе между ними.

Опустошив одним махом, майор начал кутить стакан между ладонями, при этом поглядывал на Мариту, будто с мыслями собирался – понятно, пришел выпытывать про Тимку…

– Я знаю, после того, что произошло с вашим мужем, вы оказались в незавидном материальном положении, – зашел с неожиданной стороны. – Если бы Валентин погиб, вы могли бы оформить пенсию по потере кормильца, но в вашем случае никакие законодательные меры пока не предусмотрены. Найти работу домохозяйке в интересном положении с двумя малолетними детьми на руках будет крайне затруднительно, а жить на что-то нужно. И здесь я вижу два варианта, – уставившись на Мариту холодными ледышками глаз, продолжил майор. – Либо вы сядете на шею престарелым родителям, ведь со стороны родни Валентина помощи ждать не приходится. Он из детдома. Это мне тоже известно, как видите…

– Либо? – не удержалась Марита.

– Либо будете сотрудничать с нами. Поверьте, у меня достаточно полномочий, чтобы устроить вас к нам внештатным сотрудником с месячным окладом в пятьдесят тысяч рублей, – голосом бездушного автомата проговорил Кулагин.

– И за что же вы собираетесь мне платить? – с язвой в голосе поинтересовалась Марита, потом закашлялась, не в силах сдерживать подступающий к горлу ком. Брякнув стаканом о стол, выхватила из раковины замороженную курицу. Две оставшиеся с вечера грязные тарелки отставила на разделочный столик и сложилась пополам. Долго рвала, сливая кусочки непереваренной пищи проточной водой в крестообразное жерло. Избавившись от накопленной с вечера дряни, умыла лицо, промокнула бумажным полотенцем. Оглянулась – Кулагин сидел на прежнем месте.

Марита перефразировала вопрос:

– Что вам от меня нужно?

– Мне доложили, что ваша старшая дочь сумела проникнуть внутрь образовавшегося на дороге аномального объекта, внутри которого застыл ваш муж, и выйти обратно живой и невредимой. Скажу вам больше, на данный момент времени ваша дочь единственная, кто смог это сделать. По этому поводу есть свидетельские показания, так что «вкручивать мне лампочки» больше у вас не получится. – Предвосхитив ложь, уже готовую сорваться с губ Мариты, он пробуравил побледневшую собеседницу глазами, потом смягчился. – Поймите, чтобы помочь вашему мужу и всем остальным пострадавшим, ученым необходимо понять, с чем мы столкнулись. Явление требует изучения, а для этого нужно каким-то образом доставить внутрь объекта измерительную аппаратуру. Не волнуйтесь, ничего тяжелого вашей дочери носить не придется.

Уж лучше бы выпытывал про Тимку!

Марита скрестила руки на груди, возразила:

– Нет, ищите других, кто сможет. У моей дочери астма. Случись что, она там внутри задохнётся. А мы проживем как-нибудь и без ваших денег.

– Вы не понимаете… – сочувственно вздохнул коршун.

– Чего я не понимаю? – изумилась Марита.

Вместо ответа майор поводил по столу стаканом, передвигая его по клетчатой клеёнке словно шахматную королеву, потом заговорил, продолжая следить за плавными перемещениями стакана:

– Я пришел не для того, чтобы просить у вас разрешения. Скажем так, мог вообще этого не делать, но… – особист поднял на собеседницу взгляд, тяжелый и бесцветный, отчего Марита как-то сразу сникла. – У меня тоже есть дочь, потому и решил предложить вам сделку. И лучше уж вам согласиться, потому что время не ждёт, – он выразительно посмотрел на часы. – Если вы будете препятствовать, завтра к вам нагрянет социальная служба. Заберет у вас детей и передаст на воспитание в приемные семьи. Ведь у вас нет средств на их содержание.

– А если Валя вернется? – робко предположила Марита.

Однако голос изменил, сломался – она поняла…

– Вернется – не вернется, рассчитывать на это пока не приходится, а нам уже нужно бы выезжать. Дел впереди много. – С этими словами он расстегнул пиджак и выудил из внутреннего кармана сложенный вчетверо лист бумаги, развернул его и протянул через стол Марите вместе с тонкой серебристой авторучкой. – Вот договор, прочтите и распишитесь. А за дочь не беспокойтесь. Мы будем делать все возможное, чтобы ничего плохого с ней не случилось.